Ты больше не одна - Мила Незнакомка

Мирослава смиренно прикрыла глаза и постаралась прислушаться к себе. Она пыталась изо всех сил внять тому зову, что поможет ей обрести силы. Но вокруг стояла благоговейная тишина. Лишь едва слышные шорохи небольших насекомых нарушали её.

В итоге внимание неожиданно переключилось на тепло мужских рук. Большие и сильные, они бережно касались её плеч, и это отчего-то сводило все усилия на нет. Измученная Мира открыла глаза, пытаясь прогнать прочь смущающие мысли, и обернулась к нему.

— Что-то у меня никак не выходит сосредоточиться, — устало вздохнула Мира, отводя взгляд. — Может, ты мне пока поподробнее расскажешь обо всём, что происходит после того, как «ключи» определяются со стороной?

9. Чувство

Хранитель с неохотой убрал руки с её плеч и поднялся. Он пересел напротив неё, сложив ноги по-турецки. Внутри возникло чувство какой-то пустоты. Анвар списал его на грусть из-за недоверчивости подопечной. Он приступил к рассказу, чтобы отвлечься от размышлений.

— Время движется по спирали: один виток занимает сто лет, — неторопливо пояснял Анвар. — И под каким лозунгом он пройдёт, определяется людьми.

Хранитель заметил её удивлённый взгляд и понял, что она собирается о чём-то спросить. Он поднял ладонь, останавливая её. Она безмолвно кивнула. Анвар тем временем продолжил:

— Как я уже говорил, раз в сто лет среди жителей планеты появляются семь «ключей». Пребывание на Земле помогает им избрать ту сторону, которая для них ближе.

— Какое глупое правило, — не удержавшись, возмущённо закатила глаза Мира. — Если бы я определяла сторону по тому, как жила, то сейчас бы со мной рядом сидел Велимир. — Она недовольно сложила руки на груди. — Жизнь не всегда проходит гладко, тем самым уничтожается чистота выбора.

Анвар задумчиво поглаживал себя по подбородку и внимательно смотрел на неё. Неожиданно его серебристые глаза насмешливо вспыхнули. Он склонился к ней поближе и улыбнулся.

— В корне с тобой не согласен, Мира, — длинные пальцы Хранителя ласково погладили её по щеке. — Будь в твоей душе хоть капля тени, ты ни за что бы не пошла со мной.

Мирослава, непривыкшая к настолько бесцеремонному нарушению личного пространства, поспешно отстранилась. Её смущали все эти нежности и фривольное поведение, будто они родные друг другу. А ещё они приводили её в странный трепет. Мира поторопилась сменить тему.

— Так что происходит после того, как «ключи» определились?

Мирослава чопорно подпёрла рукой голову, продемонстрировав Анвару нарочито преувеличенное внимание. Она не сводила с него проницательных глаз. Он добродушно улыбнулся и сделал вид, что ничего не заметил.

— В течение определённого времени происходит сражение, выявляющее победителей, — сложив руки на коленях, ответил на вопрос Хранитель. — Прежде, чем ты спросишь, как твоя сила может помочь нам, добавлю: это сражение не похоже на те, что происходят на Земле. Но они не менее страшны.

Мирослава прижала к себе ноги и обняла их, внимательно слушая Анвара. Богатая фантазия вкупе с теми немногочисленными фильмами об апокалипсисах, что она видела, рисовали ей ужасающую картину предстоящего.

— Наше поле боя — сердца людей, мы должны очистить их и направить к Свету, — отрешённо пояснял Хранитель. — Выбирая себе сторону, «ключи» определяют, что они будут нести: Тьму или Свет.

Мире слабо представлялось, как именно она должна заставить человечество прислушаться к себе. Особенно учитывая, что не смогла этого сделать при жизни. А в этом тихом, умиротворённом месте хотелось думать об этом ещё меньше.

— Знаешь, что во всём этом самое страшное? — его голос неожиданно стал глуше. Мира насторожилась и пожала плечами. — Самое страшное, когда мои подопечные погибают, а я продолжаю жить…

Мирослава не произнесла ни слова, лишь молчаливо взглянула на Хранителя. Её нисколько не испугала поведанная им новость. Жизнь приучила к тому, что сказок не бывает, поэтому его слова не ошеломили и даже не удивили. Она была готова к подобному исходу.

Анвар заглянул подопечной в глаза, чувствуя, как погружается в их синюю бездну. Ему вдруг стало невыносимо страшно от мысли, что он может потерять и её. Хранитель импульсивно подался к Мире, резко обнял её и, как ребёнок, уткнулся ей в шею.

Мирослава на мгновение растерялась. Дыхание сбилось. Его непосредственная близость смущала её. А от невесомого прикосновения мужских губ к коже шеи по всему телу забегали странные мурашки.

Её первым порывом было желание оттолкнуть его. Но действия Хранителя вдруг напомнили ей саму себя. Она в самые тяжёлые для себя моменты также прижималась к бабушке и находила в её объятиях успокоение. Мира легонько приобняла Анвара, понимая его отчаяние, и успокаивающе погладила по спине.

— Всё-таки ты удивительная, — пробормотал он ей в ухо. — Впервые вижу «ключ», который так спокойно отнёсся к этой новости, и даже утешает меня.

Мирослава невозмутимо отстранилась и заглянула ему в лицо. Хранитель озадаченно посмотрел на подопечную. В её бездонно-синем взгляде плескалась усталость и… Насмешка?

— Я, конечно, понимаю, что это иной мир, и всё здесь по-другому: жизнь и смерть на лезвии ножа, — усмехнулась она и склонила голову набок. — Но почему у меня впечатление, будто я попала в дурацкую сказку, где передо мной сидит грустный эльф и вот-вот появится единорог?

— Ты уже видела Чудеса? — брови Анвара удивлённо поднялись.

Мирославу посетило абсурдное желание побиться головой о стену. Она бессильно прикрыла ладонью лицо, негромко застонала и покачала головой. Донести свою точку зрения до этого, витающего в облаках Хранителя, оказалось ей не под силу.

— Ты неисправим, Анвар, — усмехнулась она, поднимая на него глаза. — Говоря о серьёзных вещах, ты так резко переходишь на другую тему, что я теряюсь.

В глубине синего взгляда засиял мягкий свет. Насмешливая улыбка убрала из нежных черт Мирославы настороженность, придавая её лицу некую озарённость. Анвар с наслаждением подмечал открывавшиеся в ней изменения.

Они вызывали в нём необъяснимую радость. Внутри затрепетало странное чувство, от которого перехватывало дыхание. Хранитель почувствовал, как всю его сущность пронизало ощущение тепла и счастья.

10. План

Под высоким хрустальным куполом раскинулась огромная мраморная зала. В её центре возвышалось роскошное кресло. На нём восседал высокий темноволосый мужчина. Его равнодушный взгляд бегло скользнул по стоявшим пред ним юношам и девушке.

Они в нетерпении переминались с ноги на ногу, ожидая окончательного вердикта. Мужчина откинулся на спинку, задумчиво поглаживая себя по подбородку. Тёмный взгляд устремился дальше. Он остановился на пустом месте, где должна была стоять она. Мирослава.

Он сумел отыскать на Земле три «ключа» очень быстро. Несмотря на юный возраст, эти избранные разделяли его взгляд на человечество,