Табу - Marian Felis

Вспомнила видео, отрывок которого прислал Коршунов, и вообще пошла пятнами от смущения. Это же нужно было догадаться?! Хотя такая работа и зарплата выше среднего их явно подстегнули вытворить нечто подобное.

Шеф молча кивнул, махнул рукой и остался в одиночестве переваривать информацию. Я воспользовалась моментом, чтоб сбежать на своё место.

— Ну, что там было? — ко мне на стуле подкатила подруга Маша и, понизив голос, таинственно зашептала. — Пока ты там с Кирюшей лясы точила, прибегал Колобок и ругался по поводу увольнения Крис и Димы. Мол, такие хорошие сотрудники и всё такое. Да и сами ребята не очень весёлые сидят.

Оглянулась с грустью на столы в середине большого помещения: именно там дорабатывали свои две недели Симонова и Малеев. Они уныло кликали мышками, переглядывались и кривились.

— Так то оно так, вот только проблема в том, что Коршун абсолютно прав. На реальные дела у них уходило около полутора часов в день, больше половины времени их вообще даже на рабочем месте не было. И это все последние три месяца. Кирилл Витальевич мне видеонарезку присылал на почту, — я опасливо обернулась, придвинулась ближе к подруге и зашептала едва слышно. — Представляешь, эти двое даже сексом в офисе умудрялись заниматься. На принтере.

Машка с ужасом прикрыла рот ладонью и расплылась в улыбке.

— Не думаю, что Коршунов здесь задержится надолго, — с долей напускной печали выдавила подруга, глянула коротко в сторону кабинета начальника и вздохнула. — Он хорош, только Колобку не "зашёл". Тот сам сказал, что Кирюша слишком рьяно взялся за чистку коллектива, и ему это совсем не нравится. Так что скоро место снова будет вакантно.

Её глаза коварно блеснули, словно следующей, кто удостаивался столь важного поста, в списке шла Мария. Именно в этот момент дверь в кабинет начальника открылась, а сам он появился на пороге своего стеклянного замка.

— Белова! — рыкнул на весь опенспейс. Машка подпрыгнула на стуле и испуганно привстала, как нашкодившая семиклассница. Пригладила короткую юбку, едва прикрывающую попу, и выпрямилась. — Зайдите ко мне.

Подруга подмигнула о засеменила в кабинет начальника. Работы хоть и было много, всё же я не могла перестать наблюдать за метаморфозами Беловой: она уверенно зашла к Коршуну, виляя бёдрами прошла к креслу, вальяжно села, закинула ногу на ногу. Но с каждым словом шефа улыбка сползала с её милого личика, а сама она казалась всё более потерянной и испуганной.

В конце концов она поджала губы, что означало лишь одно — Машка очень зла и близка к срыву.

— Чего он хотел? — поинтересовалась у Беловой сразу, как только она вместе с другим парнем вышла из стеклянного ада и с недовольным стоном рухнула на стул.

— Он там какие-то отчёты эффективности сотрудников составляет, представляешь? — взвизгнула подруга. — Задаёт всякие неудобные вопросы.

Тихо ойкнула.

— Какие ещё неудобные вопросы?

Фантазия рисовала совсем не рабочие картины.

Белова сделала рожицу, будто я невовремя пристала с дурацкими уточнениями, и яростно затарахтела:

— Он шерстит все отчёты в CRM и смотрит затраченное время по задачам. У меня в среднем в день вышло всего три часа. Понимаешь? Три! Мы ведь не ведём задачи в CRM, почему ты ему об этом не сказала? Могла бы упомянуть этот факт!

От напора негатива я отшатнулась и поёжилась. Меня отчитывала подруга, хоть и не имела на это никакого права. И я совершенно не понимала, как на подобное реагировать.

Прокашлялась и…

“Мы уже давно ведём учёт времени, у стажёров я проверяла всегда отчёты. У остальных я отчёты не вижу, так какие претензии ко мне? Ты, значит, задачи не вела в CRM, а виновата я? С чего бы вдруг? Может, мне вообще нужно одной за всех пахать тут? А зарплату как получать будем: честно или по-братски?” — подумала я и тихо ответила на её выпад.

— Я все задачи веду в CRM.

Ссориться с Машкой себе дороже. Она могла дуться годами.

— А что на счёт больничных и отгулов? — не унималась подруга. Она на правах старого сотрудника, который стабильно работал в компании восемь лет, пользовалась привилегиями по полной программе: раз в месяц брала дополнительный выходной, частенько не являлась в офис из-за головной боли, скидывала работу на стажеров при каждом удобном случае и говорила: “Пусть окунутся с головой в унитаз.” — Он вообще в курсе, что в компании за выработку лет есть дополнительные выходные, например? И что к некоторым сотрудникам здесь особые отношения? И что больничные не обязательно оформлять официально?

Внезапно мне захотелось встать, взять в руки надувную биту, которую притащил к нам в кабинет Колобок, и хорошенько заехать прямо между глаз Беловой. С каких пор мы стали в компании элитой? Я внутренне была готова крикнуть, что никаких особых отношений быть не должно, и что все больничные должны оформляться обязательно со справкой, и что “ой, голова болит” не является серьезным оправданием для того, чтоб остаться дома.

Маша меня знатно выбесила, но всё, на что мне хватило смелости, пожать плечами и отвернуться.

До самого вечера она обижалась и ворчала, капризничала, как маленькая. А я вновь отдувалась и работала. Уже после шести часов, когда все начали расходиться по домам, Коршун вновь вылетел в наши кулуары и без слов поманил меня одним пальцем. Ребята посочувствовали, пожелали удачи и быстренько сбежали, чтоб самим не отправиться случайно на второй круг ада.

Что ж, меня всё равно никто дома не ждал.

Выключила компьютер, взяла вещи и отправилась к Кириллу Витальевичу на ковёр.

— У меня вновь появились вопросы, — без церемоний начал начальник, взял в руки пульт и нажал кнопку. Мерно зажужжали моторы, и восемь рулонных штор начали синхронно опускаться.

Нервно сглотнула и натянуто улыбнулась. Я вообще впервые за восемь лет видела, чтоб кто-то закрывал шторы. Зачем?!

— Задавайте, — постаралась выдать абсолютно спокойно. — Но, думаю, знаю, о чём пойдёт речь.

Он удивлённо поднял брови.

— Маша, — запнулась и поправилась, — то есть Белова мне сказала, о чём вы её спрашивали. Предвосхищая ваши вопросы, могу сразу прокомментировать: все задачи я веду в CRM.

Кирилл Витальевич улыбнулся одним уголком губ и, как мне показалось, вполне искренне.

— Это я уже знаю. Мне сейчас больше интересно, почему же другие так плохо ведут задачи. У некоторых за неделю не больше десяти часов — а это совсем мало.

— Понимаю, — вскинула руку в останавливающем жесте. — Только в мои обязанности входила проверка отчётов у стажёров, и те за косяками не замечались. Отчёты постоянных