Няня моей сестры - Анна Каржина

— Что ж, ты прав. Очень разумно.

Я достала телефон из сумки, чтобы набрать смску Мэри с успокоительной информацией.

— Предупредила?

Брендан чуть сбавил скорость и хитро посмотрел на меня.

— Да.

Следующим поступком он застал меня врасплох. Его правая рука опустилась на моё колено. Она была гораздо больше и уж точно горячее моей озябшей конечности.

Я многозначительно посмотрела в его глаза, беззвучно намекая, чтобы он отступил.

Вот только рука медленно начала скользить выше, заставляя меня резко свести ноги. Ох, лучше бы я этого не делала… если до этого я не признавала, до какого напряжения меня доводят его прикосновения, то сейчас меня пронзило тысячей иголочек сильного возбуждения.

Я едва удержалась от стона. Но сгруппировав весь свой здравый смысл расцепила его пальцы своими и убрала руку.

— Её здесь больше нет.

Резко припечатала я.

— Извини, я вошёл во вкус.

— Не порти моё впечатление о тебе.

А у самой сердце в груди билось очень быстро.

Он резко остановился посреди пустынной трассы. На долю секунды промелькнула мысль, что он утащит меня в густую чащу, а потом заметет следы.

Спустя примерно 25 ударов моего сердца за 10 секунд, он резко крутанул руль и мы развернулись на 180 градусов.

— С ума сошёл?!

Я очень испугалась.

— Возникла острая необходимость кое-что показать тебе.

Он внимательно смотрел на дорогу, выстраивая новый маршрут. С набором скорости я вжималась в кожаное кресло всё сильнее.

— Сбавь скорость, пожалуйста.

— Не бойся, я хорошо вожу.

Он лишь приподнял бровь, но не замедлился.

— Да, я боюсь! Брендан, сбавь скорость!

Костяшки моих пальцев побелели, пока я намертво приклеивалась к дверной ручке. Видимо, впечатлившись моим состоянием он замедлил автомобиль. Коснувшись лба ладонью, ощутила холодную влагу и поспешила её стереть.

— Ты правда так сильно боишься?

— Я ведь просила тебя… Почему бы не сделать сразу то, о чем тебя просят, когда это ничего тебе не стоит!?

Почему он решил вывести меня каждым своим поступком, я мучительно не понимала. Не дожидаясь ответа, отвернулась к окну и громче, чем вообще хотела, я вздохнула. Скорость нашего автомобиля больше не превышала допустимую.

Через 10 минут мы подъехали к многоэтажному зданию. Молча Брендан вышел из машины и, обогнув её, открыл мою дверь, подал руку.

— Прошу.

— Где мы?

— Захотелось показать тебе это место.

С его помощью я встала на ноги и наконец пошла следом. Мы прошли холл, лифт, будто ждал только нас, и мгновенно доставил на последний этаж. Этаж, где в тишине нас ожидала святая святых Брендана — его студия.

Несколько минут я молча с интересом озиралась по сторонам, вдыхая ароматы красок, лаков и растворителей. Не понаслышке знала, чем пахнет искусство. Фред писал изумительные картины, у бабушки до сих пор хранятся его художественные принадлежности, а шедевры украшают стены некогда его дома.

Ей тяжело без любимого мужа. Боюсь, из-за этого болезни и удалось взять верх над ней.

— Почему ты расстроилась? Не нравится здесь?

Брендан заставил меня вспомнить о неумении контролировать эмоции, проступающие на лице, и о том, что он рядом, а мы в его студии.

— Очень нравится, просто вспомнила, кое-что.

Я прошла вглубь помещения, рассматривая всё вокруг. Картин было много, очень.

— Когда ты только успеваешь?

Проговорила, не оборачиваясь, рассматривая картину с изображением ночного города. Огни на ней переливались разными оттенками сквозь пелену дождя, смывающего всё на своём пути.

— С ума сойти…

Провела пальцами по насыщенным оттенкам, прекрасно зная, что холст уже покрыт лаком, и мои лёгкие прикосновения не испортят шедевра.

— Я просто часто сюда приезжаю. Когда дома бывает слишком душно, я ищу тут свежий воздух. А ещё чаще я этим живу.

Взгляд продолжил блуждать по полотнам, пока не наткнулся на изящно выведенные инициалы Ф. К.

— Фред Картер…

Вспомнились его рассказы о том, что подпись художника должна быть индивидуальной и всегда тем же материалом, которым написана картина.

— Ты знала Фреда?

— Он был мне, как родной дедушка… — И снова удивление в его глазах. — А ты? Откуда знал его ты?

Спросила на самом деле уже зная ответ, ведь Фред вёл художественные курсы, сколько его помню.

— Только он долгое время хвалил меня за это всё. — Он окинул взглядом своё богатство. — Когда родители запрещали рисовать, выбрасывали кисти, я сбегал к нему в студию. Он помог мне сохранить это в себе.

Он так тепло отзывался о Фреде, что я ощутила, что ему он не менее дорог, чем мне.

Он всегда был человеком, спасающим окружающих. Встретив мою бабушку, когда ей было 35, с 10-летним непоседливым ребенком в виде моего отца, он влюбился в неё по уши, и забрал сюда. Всегда только любил и поддерживал во всём. Впрочем, как и она его. По сути он и был мне родным, пусть и не кровным, дедушкой.

— И ты не знал? Серьезно?

— Да, это сюрприз для меня. Хочешь чай?

— Боже, какое гостеприимство, Брендан.

— Я ведь всё-таки джентльмен.

На чай я согласилась, как, впрочем, и на конфеты. Брендан отказался от моей помощи, а посему мне оставалось лишь приземлиться на небольшой диванчик салатового цвета и ждать.

— Брендан и мятный чай с земляникой… — Задумчиво произнесла, краем глаза заметила его ожидающий взгляд. — Совсем не сочетается в моей голове.

— Почему же?

— Ты совсем не такое первое впечатление производишь. Ты будто слишком крутой для мятного чая, тем более, с земляникой.

— А мне он нравится.

Его глубокие теплые глаза встретились с моими.

Мы болтали об искусстве, вспоминали Фреда, смеялись. Я чувствовала себя в своей тарелке.

— Ого, уже 4 утра… — Брендан будто только сейчас вспомнил о времени. — Поехали домой, родители уедут рано, как и всегда, по воскресеньям с Бренни провожу время я.

— Ох, Бренни… у неё ведь день рождения, а подарок у меня дома!

— Заедем за ним завтра. Идём.

Брендан навёл порядок, и мы вышли на улицу, где на горизонте уже начал пробиваться рассвет. Казалось, будто от чая я опьянела ещё сильнее. Или я просто хотела спать. Или дело вовсе не в этом?

Войдя в тяжёлые двери, я сняла туфли, чтобы не привлекать внимание. Да и на улице начал накрапывать дождь. Брендан направлял меня в полумраке. Моя гостевая комната была весьма удачно рядом с его. А точнее, между его и комнатой Бренды.

Одна бы я этот путь точно