Пылкое сердце - Мелисса Макклон

— Попробуй еще раз.

Карли поджала губы.

— Вечно вы с Ником дразнили меня и заставляли прислуживать вам. То, что я называю тебя полным именем, — своего рода маленькая месть.

— А как ты отомстила Нику? — спросил Джейк.

— Однажды я покрасила все его трусы в розовый цвет.

— Не очень хороший поступок.

— А пойти за мной на мое первое свидание с Йаном, в кинотеатре сесть за нами и все время язвить было очень хорошо?

Он засмеялся, вспоминая тот случай. Ник тогда никому не мог доверить свою младшую сестру.

— Ну, может, мы немного перестарались.

— Немного?

— Хорошо, сильно перестарались. — Он положил телефон на ее протянутую ладонь. — Я нашел его на асфальте около пиццерии.

— Спасибо. Я даже не заметила, как он выпал. Должно быть, у меня сегодня счастливый день.

У него тоже.

Когда она смотрела на него своими бездонными глазами и так широко улыбалась, Джейку казалось, что он падает с высоченной скалы.

Карли положила телефон в карман.

— Дети расстроились, что тебя с нами не было.

Дети, но не она сама. Джейк ощутил приступ разочарования.

— Понравилось кататься на санках? — спросил он.

— Очень, хотя Кендалл и Остин носились на бешеной скорости.

— Раньше ты тоже любила быструю езду.

Она усмехнулась.

— Я когда-то каталась намного быстрее тебя и Ника.

— Мы просто позволяли тебе так думать.

Джейк улыбнулся, и Карли улыбнулась в ответ. Он подумал о том, что надо чаще заставлять ее улыбаться.

Они замолчали и огляделись по сторонам. Маффи Стивенс сбивал сосульки с кафетерия. Водитель разгружал коробки около кафе на углу. Смеющиеся лыжники входили в столовую.

— Забавно, что некоторые вещи не меняются, что бы ни происходило, — заговорила Карли. — Те же места, те же люди. Даже те же туристы.

— И мой отец.

Ее глаза потеплели.

— Вам по-прежнему сложно общаться?

— Как ты сказала, некоторые вещи не меняются. Он отошел от дел два года назад, а хочет по-прежнему контролировать все дела в баре. Он, кажется, не верит, что я и сам могу успешно вести дела.

Зачем он вообще ей это рассказывает?

— Просто ему тяжело расстаться с бизнесом, — тихо сказала Карли.

— Наверно.

Несколько светлых прядей выбились из-под ее лыжной шапочки. Джейк с трудом сдержался, чтобы не поправить их. Вместо этого он засунул руки в карманы.

Может, ему тоже пора двигаться дальше, а не топтаться на месте.

Карли посмотрела на часы на башне мэрии.

— Мне нужно возвращаться к Ханне и Гаррету.

— Хорошо, — кивнул Джейк, хотя на самом деле не хотел прощаться с ней. — Сейчас я тебя отпущу, но давай как-нибудь поужинаем вместе.

Карли удивленно посмотрела на него.

— Но…

— Например, в пятницу, — продолжил он, не замечая ее неуверенности. — Ханне не нужно в больницу до следующей недели. Я за тобой заеду.

— Я…

— Завтра в семь часов, — закончил он, не дав ей вставить ни слова. Потом повернулся и пошел в сторону офиса.

В два часа ночи Карли сидела на кухне с чашкой горячего чая. За окнами падал снег. К утру будут сугробы.

Она сделала глоток. На упаковке было написано, что ромашковый чай помогает заснуть. Она очень на это надеялась. С того дня, как она приехала в Худ-Хамлет, ей совершенно не спалось.

Карли очень бы хотелось списать свою бессонницу на трехчасовую разницу между восточным и западным побережьем, но в глубине души она знала, что причина кроется не в этом. Прошлое преследовало ее на каждом шагу. Здесь, в родном городе, в доме Ханны, на улицах. Не говоря уже о Джейкобе… Хорошо, о Джейке.

У нее язык не поворачивался назвать их предстоящий ужин свиданием. Слово «свидание» вызывало в ней нервную дрожь. К тому же он даже не дал ей возможности ответить. И теперь она не знала, что обо всем этом думать.

В гостиной послышались шаги, и в кухню вошла Ханна.

— Мне показалось, что здесь кто-то есть.

— Прости, что разбудила тебя.

— Ты думаешь, я спала? — Ханна погладила свой живот. — Как только я ложусь, этот озорник начинает толкаться.

— Хочешь чаю? — предложила Карли.

— Нет, спасибо. — Ханна медленно села на стул. — Если я выпью чаю, буду бегать в туалет каждые пять минут вместо положенных пятнадцати.

— Да ладно тебе, оно того стоит, — улыбнулась Карли. — Итак, какие у нас планы на сегодня?

— Я собираюсь подписать рождественские открытки, а потом проехаться по магазинам, если дороги расчистят. Я хочу уже поскорее разделаться с этой праздничной суетой.

Карли всегда покупала подарки в сентябре — задолго до начала предпраздничной суматохи. Она ничего не могла с собой поделать, Рождество неизменно ассоциировалось в ее сознании с трагедией в горах.

— Если хочешь, я могу завезти открытки на почту.

Она быстро бросит открытки в почтовый ящик и так сможет избежать ненужных встреч и разговоров.

— Было бы здорово, а то у меня дома нет ни одной марки. Тебе правда не сложно?

Карли вздохнула. Значит, придется провести какое-то время на почте. Но, в конце концов, Ханна просит ее о такой малости.

— Конечно, нет. Не волнуйся.

— Спасибо. — Ханна широко улыбнулась. — Это неоценимая помощь для меня, потому что стоять в очереди мне сейчас не под силу. С каждым днем я все больше становлюсь похожа на слона.

— Не за что. — Карли обхватила чашку с чаем. — Просто говори, что нужно делать. Ведь я именно за этим сюда приехала.

— И как тебе дома? — спросила Ханна.

— Нормально.

— Нормально в смысле «все хорошо» или «все плохо»?

— Что-то среднее.

Ханна выпрямилась.

— Хочешь поговорить об этом?

— Если честно, то нет.

— Все так плохо?

— Нет, просто временами я чувствую себя очень странно. Я смотрю вокруг и не могу не думать…

— О чем?

Карли избегала этой темы, да и время сейчас неподходящее. Но с другой стороны, днем Ханна всегда занята с детьми, а Карли просто необходимо выговориться.

— Я постоянно думаю о том, как сложились бы наши судьбы, если бы тогда я отговорила Йана от восхождения. Они оба — и Йан, и Ник — были бы сейчас живы.