Беременность по контракту - Ксения Богда

— Вот, знаешь, — поднимает указательный палец и направляет его в мою сторону, — поэтому я терпеть ненавижу сидеть у кого-то под прицелом. Я работаю в своем темпе. Захочу — встану и уйду, а потом вернусь.

— Не боишься, что я откажусь от твоих услуг? — опираюсь на стол, чтобы казаться внушительнее.

Она фыркает.

— Не боюсь, не ты, так будет другой заказчик.

Высокомерно вздергивает свой курносый носик. Сжимаю руку в кулак и кривлю губы. Надо как-то прекратить реакции в её сторону. Цеплять её прекратить.

Но язык, кажется, решил, что вправе действовать отдельно от мозгов. Иначе как объяснить мою следующую реплику?

— Я тебе репутацию могу запросто испортить.

Аля удивленно вскидывает бровь.

— Вперед. Если ты настолько мелочный, то только такого от тебя и можно будет ожидать.

— Мелочный? — понижаю голос, отчего он становится похож на рык.

Она как ни в чем не бывало пожимает плечами.

— Это мелочные угрозы. Серьезно. Тебе зацепиться не за что? И ты решил меня попугать?

Ошарашенно моргаю. Это она мне хамит? Да мне никто не имеет права хамить! Тем более когда я плачу столько денег.

— Ты зарываешься.

Аля фыркает. Но нашу перепалку прерывает быстрый стук в дверь, и тот, кто по ту сторону, не дожидается, когда я дам разрешение войти.

На пороге появляется Вика.

— Ян, привет, нам надо поговорить.

Аля при виде Вики застывает и нервно хлопает глазами. Переводит с меня на неё удивленный взгляд, и её лицо превращается в непроницаемую маску.

— Вик, я сейчас немного не могу.

Вика смотрит на Алю и недовольно кривит губы.

— Мы с вами где-то виделись недавно, — задумчиво постукивает по подбородку.

А я застываю. Жду ответ Али.

Она слегка вздрагивает, но я это замечаю, мать его…

— Сомневаюсь, — пожимает плечами и прикусывает губу, — вы явно обознались.

И прячется за экраном ноута.

Вика ещё какое-то время с сомнением смотрит на Алю и выдыхает. Снова сосредотачивается на мне, складывает руки на груди.

— Ян, это важно, — давит.

Да я и сам понимаю, что нам бы объяснится по поводу того, что произошло. Точнее, того, что не произошло.

— Алевтина, ты не могла бы выйти? — указываю на дверь.

Спичка с удивленным лицом распрямляет плечи и пронзает меня недовольным взглядом.

— Прошу прощения, Ян Ярославович, но я пытаюсь работать. Чтобы закончить работу в нужный вам срок, — пытается быть любезной, но я вижу, как её зубы стискиваются. — Поэтому я, пожалуй, останусь на своем месте. У вас есть прекрасный конференц-зал.

Моя рожа вытягивается от удивления. Это она мне указывает, куда мне идти?

— Ян… — вторгается Вика и указывает глазами на дверь, — это важно, — переходит на шепот.

Психую, но встаю и выхожу с Викой за дверь, ощущая на своей спине прожигающий взгляд серых глазах.

И внезапно понимаю, что это даже весело — выводить Спичку на эмоции. Мать его, кажется, я спятил…

8

Аля

Это же она! Та девушка, с которой я столкнулась в клинике. Получается, она что, решила обзавестись ребенком от Багирова? И Багиров не против? Этот сухарь хочет детей?

Закатываю глаза… и стараюсь не реагировать на то, как неприятно засосало под ложечкой. Мне-то какое дело? Я же уже ношу своего малыша, и мне должно быть плевать на противоположный пол.

Да, так и стоит себя вести. Мне все равно…

Чтобы не думать сейчас, сидя за своим рабочим столом, о чем же они пошли беседовать, и не сопоставлять услышанный разговор Яна с этой Викой, я решаю позвонить маме.

Пора уже сказать, что я провернула и что она станет бабулей. Не уверена, что маму обрадует такая новость, она у меня старого воспитания. Если дети, то только в официальном браке и с двумя родителями. Хотя сама воспитывала нас с сестрой одна. Отец погиб при исполнении. Был лучшим опером района…

До сих пор сердце болезненно сжимается, стоит вспомнить высоко мужчину с медными волосами, которые по наследству достались мне. Как он нас со Светкой катал на санках и на плечах…

Стряхиваю грустные воспоминания и сосредотачиваюсь на экране телефона.

Светка же с меня не слезет, если я не расскажу сама маме обо всем, и рано или поздно все спалит. А это будет ещё хуже…

Мама отвечает молниеносно, я даже от удивления отдергиваю телефон от лица.

— Привет, пропажа, — судя по голосу, мама в прекрасном настроении.

Ну ничего… исправим, видимо.

— Привет, мамуль, — улыбаюсь, чтобы она в моем голосе это услышала, — как ты?

— Я-то хорошо, а вот как моя младшенькая? Совсем в своем компьютере закопалась, да?

Хмыкаю.

— Ма, у меня заказы. Надо зарабатывать, но я обещаю, что на днях приеду к тебе.

— О как, это радует. Не забываешь свою престарелую родительницу.

— Ма, — фыркаю, — напрашиваешься на комплимент.

Я понимаю, что я трушу. Я не готова ей вот так по телефону объявлять, да и есть вероятность, что в любой момент Ян вернется и услышит. А мне бы этого не хотелось.

Его не касается, что я беременна. Это никак не повлияет на мою работоспособность, так что… не его дело.

— Когда приедешь?

Бросаю взгляд на дату и день недели.

— Думаю, что на этих выходных смогу вырваться.

Мама довольно хмыкает.

— Давай, у меня как раз поспели помидорки твои любимые.

Рот тут же наполняется слюной при воспоминании о сладких больших розовых помидорках с маминого огорода.

— Это нечестно, — бурчу и слышу мамин смех.

— Для ускорения тебе, а то все Свете отдам.

Закатываю глаза.

— Я с ней и притащусь в субботу. Ладно?

Мама угукает.

— Жду вас.

— Все, целую, люблю, — чмокаю воздух, чтобы мама на том конце услышала.

И в этот момент распахивается дверь и заходит Багиров. И, судя по его перекосившемуся лицу, он слышал последнее мое сюсюканье.

Лучезарно улыбаюсь и откладываю телефон.

— Опять фигней занимаешься в рабочее время?

Хмыкаю.

— Ну почему же? Мы с тобой не оговаривали того, что мне будут запрещены личные звонки и признания в любви.

Ян морщится.

— Тем более, — указываю на дверь, — ты сам этим грешишь, так что… — качаю пальчиком и вижу, как от удивления глаза Яна округляются, — не надо мне указывать, хорошо, Ёжик?

Он прикрывает глаза ладонью и качает головой.

— Я тебя точно выпру.

Смеюсь.

— Не получится, я у тебя не работаю. А уволишь — останешься без защиты, а у тебя тут атаки одна за одной, отбиваться надоело.

Скрип зубов особенно радует.

— Спичка… — бурчит под нос, но я прекрасно слышу это слово.

Ян

За всеми