Косячь как попаданка - Ася Медовая

Остальные титулы были мелкими и часто вообще в обращении опускались. Мастеров своего дела, точнее специалистов, было принято называть Мастерами, и не важно в какой области он специалист. И отдельным титулом наделялись последователи Вечного, священники-проповедники, как я сообразила. Вот Посвященный были как раз служителями храмов Вечного.

Посвященный приближенный Нейл уже имел два титула, причем если верить титулярному советнику, Нейлу уготована роль священника, а ректор уже им являлся.

Я отложила книги, понимая, что многое довольно легко понять и принять, главное достать информацию. Жаль только я ничего не взяла по механике, а ведь секрет кроется где-то там. Все провода ведут к механизмам, я уверена!

* * *

Утром я проснулась с двумя гложущими вопросами: где найти информацию про Пятую землю и почему в титулярном советнике не было информации о титуле Отверженный?

И я бы помчалась в подвал, к тому, кто знал ответы на эти вопросы, но Ула напомнила, что сегодня занятия дневные и ведет их Мастер Кларк.

— Ректор? Он еще и лекции читает?

— Айна, ну ты как ребенок, честное слово! Хорошо, что читает. Я его лекции больше всех люблю. Оторваться же невозможно!

О, да! Ректор Олан Кларк вблизи производил еще более ошеломляющее впечатление. Но вот сами лекции оказались нудными религиозными и плохозапоминающимися. Я за три часа, проведенные в классе, запомнила только, что будь я девственницей — первым моим мужчиной точно бы стал Олан (об этом я грезила половину времени), и что алхимия это дар, переданный Вечным своим приемникам — высокорожденным.

А вот последнее заявление явно тянуло на чепуху, потому что приемников у Вечного не было, иначе какой же он Вечный, а во вторыхвысокорожденными считались все носящие титулы, а наследниками первых титулов были только Приближенные. Так что заявление ректора о том, что алхимия дар для Приближенных, воспринимался как бред фанатика.

Заскучав на лекции ректора, я со вздохом счастья вышла из замка и вздохнула полной грудью свежий воздух, непроизвольно улыбаясь и радуясь началу коротких выходных.

— На вечер у нас намечено чаепитие в большом зале, — трещала рядом Ула, — но ничего интересного, там будут только девчонки. А вот следующий день куда любопытнее! Утром проповедь у…

— Как часто ректор читает проповеди? — уточнила я, не испытывая того же восторга от новой встречи, что и Ула.

— Через день и в короткие выходные.

— Но я же могу пару раз пропустить?

— Ты что⁈ Ты Приближенная — тебе ходить на проповеди обязательно.

— А вот Отверженного никто не заставляет, — тихо проворчала я и тут же перестроила свои планы на сегодняшний вечер. Зачем тратить время на бесполезный вечер сплетней? — Ула, а Отверженным разрешено учить алхимию, или они занимаются только механикой?

Подруга вздрогнула и огляделась по сторонам, прежде чем придвинуться и прошептать:

— Я не знаю. Отверженным ничего нельзя, их изгоняют. Но этот Отверженный какой-то неправильный. Он из Приближенных — на него правила не распространяются.

И тогда я вспомнила, что Отверженный — не титул, поэтому я ничего не нашла о нем в титулярном советнике.

Ладно, Брэн, надеюсь, ты выспался и соскучился. Будет у нас с тобой сегодня чаепитие!

— Ула, скажи, а где бы мне раздобыть корзину для пикника и всякие вкусняшки к чаю?

— Но на вечере все будет накрыто! Зачем тебе корзина?

— Хочу чай в уединении попить.

Ула пожала плечами и махнула в сторону кухонь, сама ушла в комнату, назвав меня странной. Эх, я так близка к провалу. Со мной должно что-то случится, чтобы странность оправдывалась или не так бросалась в глаза.

Отнесла фолианты в храм и не удержалась, заглянула в чашу: кольцо всё еще было там. Никому изумрудный утопленник был не нужен.

Я опустила руку и взяла колечко, в голове тут же зашептал голос, гипнотизируя и парализуя:

Когда источник магии иссякнет,

Исчезнет вера в чудеса,

Тогда черед придет для артефакта —

И Призванного вышлют небеса.

Разбудит Спящего он, верный путь укажет,

К магическому сердцу след,

Но если с магией вдруг Призванный не сладит,

Настанет в мире Хаоса рассвет.(*)

(*) стихи пророчества Натальи Ротаненко.

Когда я смогла отдернуть руку от чаши, кольцо со звоном отскочило от меня и попрыгало по гулким плитам под ближайший стеллаж с книгами. Ну и пусть там лежит.

Я же, слегка расстроенная этим происшествием, пошла к кухням, рассчитывая пропустить ужин, но добыть побольше информации у Брэна.

* * *

— Только не ты!

— А к тебе еще кто-то ходит? — удивилась я, водружая корзину полную закусок и десертов на стол. — Ты же вроде отшельника?

— Не твое дело.

— Пока ты не расскажешь мне всё — очень даже моё. Ставь чайник.

Брэн показательно лениво подошел к столу, оперся бедром к краю и заглянул в корзину.

— Ты решила остаться у меня на неделю?

— Нет, но до утра у меня вопросов хватит.

Он протяжно вздохнул и взял чайник, поставил на конфорку, а я пока раскладывала угощения на столе. Только когда мы оказались друг напротив друга, я достала блокнот и посмотрела на него. Брэн уже без театральных жестов кивнул:

— Начинай.

— Хочу все знать про отверженных. И про тебя. Почему ты Отверженный?

— Плохое начало беседы. Я могу рассказать про отверженных, про себя говорить не буду.

Я согласилась, придвигая к себе бисквитное пирожное и разные джемы. Пусть расскажет в целом, а про него я и сама позже выясню.

— Во время эпидемии, когда сгинули все маги, на другие расы тоже накинулась болезнь. С Пятой земли она хотела распространится на остальные земли поселяясь внутри живых.

— Так там случилась эпидемия? Я в исторических книгах не нашла информацию о Пятой земле и магах.

— Ты не в тех книгах искала. Все упоминания о магах и их конце есть в фолиантах по алхимии.

Он ненадолго замолчал, поглощая сочный бутерброд с ветчиной, сыром и зеленью. Я придвинула к себе пиалу с ягодами и розетку сливок.

— Рассказывай дальше. Получается, болезнь заразила всех людей, которые были там на момент эпидемии?

— Да.

— И маги от нее умирали, а другие являлись переносчиками?

— Примерно так. Вечный планировал локализовать эпидемию на Пятой земле и тем самым спасти магов, живущих в других землях, но… О переносчиках, как ты их назвала, догадались не сразу. Только много позже, когда все маги вымерли, а на остальных начались гонения, Вечный заметил, что болезнь деформирует внешность, подселяясь в человека.

— Как проказа что ли?

— Я не знаю, что такое проказа. У нас это уродство или увечье. Кто-то портился лицом, у кого-то отсыхали конечности. По-разному. Но Вечный