Развод. Вернуть графиню - Агата Северина

Она уселась в крытую карету, которая уже ждала ее у подножия парадной лестницы. Летом Мюриэль могла бы проделать путь до деревни пешком, но по льду и сугробам это было небезопасно.

Поездка заняла не более получаса, а то и меньше, и всё это время Мюриэль наслаждалась зимним пейзажем, выглядывая в маленькое квадратное окно.

Вокруг поместья графа Кендала раскинулись холмистые луга, покрытые сияющим белым снегом. Красивая картина, если не думать, что сейчас эта земля такая же холодная, как и сердце ее мужа.

Прибыв на место, Мюриэль отправила карету обратно и постаралась прогнать тоску. Скоро же Рождество! Всё вокруг напоминало ей об этом.

Праздник оказался даже масштабнее, что в деревне ее отца. Прекрасно!

Уличные музыканты играли задорные песни, а мужчина на огромных ходулях расхаживал взад-вперед и развал мятные палочки. Лавки тонули в красочных платках, шерстяных шарфах и замысловатых резных фигурках.

Вокруг пахло морозом и сосновыми ветками. Если бы только Мэла могло всё это порадовать…

Мюриэль тряхнула головой, выталкивая его образ из головы, и направилась дальше. Остановилась только у лавки с кружевами и тканями, которая стояла рядом с главной деревенской дорогой. Пришлось посторониться, когда мимо пронеслись звенящие сани.

— Чудесный день, миледи! — радостно поприветствовал ее торговец. — Могу я вам чем-нибудь помочь?

— Эм… мне нужны подарки для сестер.

Она не была уверена, что увидит сестер до наступления Рождества, но ей просто хотелось чего-нибудь нового. Яркого.

Торговец отлично справился со своей задачей и помог ей подобрать четыре шелковых платка, отделанных кружевом шантильи. Как только Мюриэль передала мужчине монеты, он подмигнул ей и помог упаковать подарки в коричневую бумагу, перевязанную красными лентами.

Она попрощалась с торговцем и сделала шаг назад, чуть не врезавшись в еще одни сани. Но ни веселый звук колокольчиков, ни только что сделанная покупка, не подняли ей настроение. И это ее тревожило.

Она пришла сюда, чтобы украсть для себя частичку волшебства и хотя бы на пару часов забыть о своем провальном браке, но получалось скверно. Она не могла не думать о Малкольме, не могла перестать представлять его в объятиях другой женщины…

Интересно, он улыбается своей любовнице? Жене он практически не улыбался. И всё же Мюриэль помнила эти моменты, когда его лицо было озарено широкой улыбкой. Он так сиял, когда они стояли у алтаря…

В какой момент всё пошло наперекосяк? Когда именно они перестали быть влюбленными и счастливыми?

Мюриэль бы с радостью вернулась назад во времени, чтобы предотвратить эти ужасные перемены в Малкольме… Или нет, скорее, она бы просто никогда не выходила на ту террасу и спасла бы свое сердце от того, чтобы оно оказалось разбитым.

— Извините, — буркнула она, опустив взгляд, когда ей пришлось обойти трёх краснолицых мужчин, стоявших у нее на пути.

Проход вдоль лавок был ужасным тесным, а расстояние между ними и дорогой ничтожно мало. А мужчины либо не услышали Мюриэль вовсе, либо решили проигнорировать, потому что не дали ей пройти, вынудив потесниться и всё-таки шагнуть в сторону главной дороги.

Она сошла вниз, не взглянув по сторонам. Просто была слишком занята своими мыслями…

— Осторожно! — ворвался в ее сознание истошный крик.

Фургон, заваленный ящиками, появился из ниоткуда, а Мюриэль даже не сразу поняла, что водитель вопит всё это ей.

— Прочь с дороги!

Но было поздно.

Не было времени кричать или бежать. Или отпрыгивать назад.

Мюриэль замерла, ее глаза распахнулись, и она не могла ни сделать шаг, ни зажмуриться, ни даже выдохнуть — могла только смотреть, как на нее несется фургон…

Это заняло секунды, хотя ей показалось, что прошла вечность. Вечность в оцепенении.

И фургон, без сомнения, убил бы ее, если бы не пара крепких мужских рук. Они обхватили Мюриэль за талию и резко дернули назад, принеся спасение.

Глава 6

— Что значит ушла⁈

Рёв Малкольма эхом разносился из одного конца поместья в другой, пока сам он бежал вниз по лестнице. Он не успел закончить утренние сборы, не успел до конца одеться, но ему было плевать.

— Какого черта ее никто не остановил?

Оказавшись в холле, Мэл развернулся и ткнул пальцем в Джонсона, который семенил за ним.

— Тебя это тоже касается! — прорычал он камердинеру. — Почему ей позволили уйти?

Джонсон выглядел сбитым с толку. Он нахмурился и отвел в сторону глаза.

— Простите, милорд, я… Я не знал, что вы будете возражать, если графиня захочет посетить деревенский праздник. Если бы я знал, то…

— Деревенский праздник? — прошептал Мэл ошарашенно.

Его сердце, до этого колотившееся где-то в горле, соскользнуло обратно на свое место. Он ухватился рукой за бок, готовый согнуться пополам от облегчения.

— Деревенский праздник… Боже, она просто ушла на праздник…

Подышав немного, он распрямился и укоризненно посмотрел на Джонсона.

— Черт возьми, почему ты просто не сказал мне сразу? Не обязательно так меня пугать.

Камердинер удивленно моргнул, явно смущенный необычным поведением хозяина. Да Мэл и сам не помнил, когда в последний раз так сильно выходил из себя.

— Еще раз прошу прощения, милорд. — ответил Джонсон. — Если бы я знал, что вас волнует местонахождение графини, я бы сразу же обо всем вам рассказал.

Всё еще тяжело дыша, Мэл подозрительно прищурился. Ему показалось, или в голосе Джонсона послышался упрек?

— Джонсон? Возможно, ты хотел бы сказать мне что-то еще?

Его верный слуга расправил плечи и слегка прочистил горло. Но, несмотря на кажущуюся решимость, его взгляд блуждал по холлу, избегая встречи с графом.

— Кхм-кхм… господин, если вы позволите мне говорить открыто…

— Не просто позволю, я приказываю.

Камердинер глубоко вздохнул, прежде чем продолжить.

— Милорд, возможно, это не мое дело, но… в последнее время весь персонал, включая меня, обеспокоен состоянием Ее Милости. Она сама не своя, и мы опасаемся, что это сказывается на ее здоровье…

Мэлу показалось, что под ним разверзлась земля. Что он вот-вот провалиться в пучину страха и отчаяния.

— Мюриэль больна?

Он подался вперед и только каким-то чудом не схватил Джонсона за грудки, чтобы вытрясти из него душу.

— Проклятье! Почему мне никто сказал, что моя жена больна?

Первое, о чем он подумал — нужно срочно звать врачей. Потратить всё состояние, но согнать сюда всех докторов Британии, чтобы вылечили Мюриэль, даже если это будет последним, что они сделают в жизни.

Но как только эта мысль промелькнула, за