Сладкая месть - Барбара Картленд

Многие отговаривали ее от столь опрометчивого шага, даже называли дурочкой и пытались раскрыть ей глаза на истинное положение вещей. Ей говорили, что ее парень — это жених номер один в Глендейле и девушки ему буквально проходу не дают. Тем более что у него отличная ферма, доставшаяся в наследство от отца, унаследовавшего ее в свою очередь от своего отца. Словом, Ангус — человек зажиточный, и к тому же он получил хорошее образование. «Слишком хорошее», — язвили местные кумушки, ибо парень вел себя заносчиво и даже, по мнению знающих его людей, «начал строить из себя джентльмена». Пожалуй, все это можно было бы списать на его молодость, но настораживало другое. Ангус успел раздружиться со всеми своими сверстниками, с которыми когда-то вместе рос и учился в школе. Теперь он водил дружбу с теми, кто побогаче, у кого были собственные дома и земли.

— Я хорошо помню его мать, — сказала как-то раз в присутствии Джин одна пожилая женщина. — Та не чуралась никакой работы и сама била лучшее в округе масло. Но своей жене Ангус вряд ли позволит возиться на кухне или в хлеву. Ты у него будешь жить как леди, а всю грязную работу за тебя станут делать другие.

— Я не собираюсь превращаться в белоручку! — возмутилась Джин.

Однажды она спросила Ангуса о том, какой он видит их будущую совместную жизнь.

— Тебе будет чем заняться помимо уборки и стирки, — ответил он довольно резко. — Домашняя работа — для слуг. Да и я не собираюсь торчать на ферме круглый год. Мы с тобой съездим в Лондон, будем наезжать в Эдинбург. А там, кто знает, может, и в зарубежное путешествие отправимся.

Джин понимала, что столь грандиозные планы должны, по мнению Ангуса, привести ее в восторг, но что-то мешало ей радоваться от чистого сердца. Она чувствовала в словах Ангуса непонятный ей скрытый смысл. Его честолюбивые планы были ей чужды, Джин хотелось радоваться жизни, радовать Ангуса. Но Ангусом двигали непомерные амбиции. В тот момент она промолчала, решив не спорить с женихом, но скоро получила наглядное подтверждение своим наихудшим подозрениям. Она увидела, как ведет себя Ангус с джентльменами, приезжавшими в их края на сезонную ловлю лосося. Увидела и расстроилась. Иначе чем подобострастным его поведение трудно было назвать. Да, ее Ангус заискивал и даже пресмыкался перед всеми, кто занимал более высокое положение в обществе, чем он сам.

Тогда впервые в жизни Джин сравнила своего жениха с покойным отцом. До сих пор она всецело доверяла Ангусу и смотрела на него влюбленными глазами, восхищаясь каждым его словом и поступком, а теперь увидела его в истинном свете. Да, ее жених был хорош собой, это правда. Но в нем не было той внутренней культуры, которая прививается из поколения в поколение и которая в ее семье была совершенно естественной. И напрасно она пыталась убедить себя, что все это пустяки и она все равно любит Ангуса и будет любить его всю жизнь. Тут же перед глазами возникали увиденные картины: Ангус, нелепо размахивающий руками и суетящийся возле приезжих господ, и те, спокойные, уверенные в себе, без тени рисовки или позы. Просто стоят и со снисходительным видом слушают его болтовню.

После смерти тети ее дом выставили на продажу, и до отъезда в Лондон Джин некоторое время жила в доме их бывшей служанки Энни, которая когда-то убиралась в доме священника. Именно от Энни она и узнала о существовании Элизабет.

— Подумайте хорошенько, мисс Джин, — сказала ей как-то раз старая женщина, — разумно ли с вашей стороны бросать жениха и уезжать бог знает куда!

— Конечно, разумно! — возразила ей девушка. — Ты же отлично понимаешь, Энни, почему я это делаю. И потом, я не собираюсь навечно оставаться в Лондоне. Заработаю немного денег и сразу же назад, домой. Вы еще меня не узнаете, какой нарядной я сюда вернусь.

— На вашем месте я бы никуда не ездила! — пророчески изрекла Энни.

— Это почему же?

— А потому, что ваш Ангус — красавчик хоть куда и сам это знает. Да и не вы одна по нем сохнете. Есть и другие, кто ради этого парня готов на все.

— И кто же эти другие?

— Кто-кто? Да взять хотя бы ту же мисс Элизабет Росс. Дня не проходит, чтобы она не появилась у нас в деревне, и обязательно заглянет на ферму. Уж она-то точно не станет терять время даром, когда вы отъедете в столицу.

— Глупости ты несешь, Энни! — рассмеялась Джин. — Я прекрасно знаю, о ком ты говоришь. Эта женщина намного старше Ангуса. Да и полковник Росс едва ли обрадуется, если его дочери взбредет в голову выйти замуж за фермера.

— Ну уж если женщине что втемяшится в голову, станет она кого-то слушать, как же! — проговорила старая служанка и больше не стала распространяться на эту тему.

Но ее последние слова засели в памяти Джин, и она даже почувствовала укол ревности к своей потенциальной сопернице. Впрочем, когда она напрямую спросила у Ангуса об Элизабет Росс, то услышала в ответ, что ее дружеские визиты на ферму ему очень приятны.

— Она очень добра ко мне. И только благодаря ее стараниям старый полковник позволяет мне денек-другой побродить с ружьем по его угодьям, когда сам не охотится. Они очень славные люди, Джин. Именно с такими людьми мне и хотелось бы общаться в будущем.

В глубине души Джин отлично понимала, что полковник Росс, владелец огромных лесных угодий, который приезжает в Шотландию лишь в сезон охоты, едва ли снизойдет до общения с простым фермером и его женой. Но к этому времени она уже успела понять, как тщеславен ее будущий муж, а потому не стала ему возражать.

Тем не менее когда на следующий день Джин увидела Элизабет Росс, сидевшую в машине, то посмотрела на нее с нескрываемым любопытством. Женщина не показалась ей красивой. К тому же жесткие складки в уголках тонких губ, накрашенных алой помадой, придавали ее лицу хищное выражение.

Пристальное внимание Джин не осталось незамеченным. Элизабет вдруг повернулась в ее сторону и взглянула на нее в упор. При этом — или это только померещилось Джин? — выражение ее лица стало еще более хищным, а губы сжались еще плотнее, превратившись в одну узкую полоску. Это был откровенно враждебный взгляд. Но Джин, памятуя о словах Ангуса, приветливо улыбнулась ей. Однако Элизабет отреагировала на эту улыбку странным образом: она гордо вскинула голову, а потом резко отвернулась и тронула машину с места. Джин рассеянно смотрела ей вслед. Ей показалось, что в одно мгновение ясный солнечный день померк. Настроение у нее испортилось, ясно было, что Элизабет невзлюбила ее с первого взгляда. Да, но за что?

Это, наверное, лишь ее фантазии, пыталась убедить себя Джин, ведь мисс Росс даже не знает, кто я. Но это были пустые отговорки. В деревне все всегда и всех знают, по крайней мере хотя бы в лицо. Джин вернулась в дом Энни в полной растерянности, не зная, что и подумать. Но когда на следующее утро за ней заехал Ангус, чтобы отвезти ее на станцию, она сочла за лучшее промолчать и не стала рассказывать ему о встрече с Элизабет.

— Не уезжай! — взмолился Ангус, когда они поджидали поезд, стоя на платформе.

И Джин, почувствовав всю искренность его слов, уже готова была сдаться. Ведь еще не поздно все отменить. Достаточно ей сказать, что она передумала и не поедет в Лондон, и Ангус тут же подхватит ее чемодан и отвезет обратно, в дом к Энни. А на следующей неделе они поженятся, и все у них будет прекрасно. Слова уже были готовы сорваться с ее языка, но что-то остановило ее в самый последний момент. Внутренний голос уже в который раз сказал ей, что она не может вступить в дом мужа вот так, с пустыми руками.