Чеченец. На разрыв - Ульяна Соболева

необходимости, а из чистого удовольствия, наслаждаясь каждым мгновением, когда мой кулак разгонял воздух, направляясь к лицу моего противника. Трупы валялись на песке, словно свергнутые в прах демоны, и я стоял в их центре, как кровавый тореадор, поедающий славу и страх своих жертв. Мой путь на арене был мостом через бездну, и я вглядывался в этот мрак, не зная, где кончится этот лабиринт. На арене я был бессмертным, непобедимым, где кровь становилась краской на моем пути к власти. Толпа завывала, а я чувствовал, что становлюсь чем-то большим, чем просто человек.

На этой чертовой арене я стал не только бойцом, я стал богом. Женщины сходили по мне с ума, их взгляды были как огонь, поглощающий меня целиком. Они кидались ко мне словно сучки, готовые к спариванию. Снимали с себя майки, кофты, трусы, трясли сиськами, лизали пол, по которому я прошел, готовые валяться в моих ногах.

Глава 8

Моя жестокость на арене создавала вокруг меня культ, в котором я был верховным божеством. Женщины становились передо мной на колени, словно перед алтарем, и в их глазах горел огонь преданности и страха. Я стал тем, кто вызывает восторг и ужас, и это было моей сладкой победой. "Марат, ты мой бог," шептали они, прикасаясь к моим рукам, словно жаждущие касания святыни. Я наслаждался этим поклонением. Они были моими служительницами, погруженными в бездну вожделения и выполняли все мои желания. Они отдавались мне с дикой алчностью, становясь частью этой черной церкви, в которой я был святым и дьяволом одновременно. Их тела горели в огне моего влияния, и я купался в этом безумном пламени трахая их пачками во все дыры, упиваясь своей властью и возможностями. Они называли меня богом, и я, как внутри своего собственного безумия, принимал это. Они были готовы пойти в ад ради еще одного взгляда на меня. Я стал для них олицетворением тьмы, и они жаждали этой тьмы, как проклятия и благословения. Этот культивированный фанатизм был моим оружием, и я не отвергал его.

Ступени власти не имели предела, и я решил взойти на следующий уровень. Моя жажда контроля росла, как пламя в аду, и я понял, что могу использовать свою безжалостную энергию не только на арене, но и в коридорах власти. Олигархия стала моим следующим вызовом, и я вступил в этот мир, как коварный волк, готовый схватить свою долю. Мафия была лишь начальным этапом, шагом на пути к созданию своей собственной империи. - Валид, приготовься к переменам, - сказал я своему верному помощнику, Валиду, когда мы сидели в моем офисе, окруженные стеклянными стенами, словно защитой от внешнего мира, который видим мы, но он не видит нас. Валид поднял брови, глядя на меня с любопытством.

- Что ты задумал, Марат? - Это время для перемен, - ответил я, сжимая в руке кубок с дорогим коньяком. - Мы войдем в мир олигархии, где правят деньги и огромное влияние. Мне стало тесно здесь, пора развернуться и заставить нас уважать, а не только бояться. Валид кивнул, выпивая из своего бокала.

- И как мы это сделаем? - Сначала нужны финансовые рычаги. Я хочу контролировать финансовые потоки, как я контролирую бойцов на арене, - сказал я, утопая в своих амбициях. - Начнем с торговли, энергетики, и конечно же, недвижимости. Валид улыбнулся, ощущая азарт.

- Этот бизнес опасен, но с тобой я готов к чему угодно. Если помнишь я твоя спина.

- И мы выебем этот мир пока он не выебал нас! - Ты мой правая рука, Валид. Вместе мы создадим империю, перед которой будут кланяться даже самые могущественные, - сказал я, вставая из-за стола. В тени своего альянса я стал создавать свои паутины, запутывая в них не только своих врагов, но и тех, кто мог быть мне полезен. Олигархия – это был для меня новый арендный бой, и я был готов взять ее под свой контроль, создавая свой собственный опасный бизнес.

Глава 9

В толпе мерцающих теней я увидел ее – девушку с волосами цвета пшеницы и глазами, в которых мерцала невинность, неискушенность. Мне всегда нравились такие куколки. Блондинки, длинноногие, с голубыми глазами. Моя слабость. А эта не только в моем вкусе она ослепительна, она так красива, что у меня дико колотится сердце. Давно так не накрывало. Хочу ее трахнуть. Сегодня ночью. А если я чего-то хочу я всегда получаю. Пока что наблюдаю, потягивая виски, курю сигару. Меня заводит в ней буквально все. Когда я последний раз трахался? Дня три назад. Не помню с кем. С какой-то богатенькой шалавой поклонницей сама сняла трусы и отсосала мне прямо за ареной в туалете. На охоту я не выходил давно…

Ее фигура изогнута под ритмами музыки, двигается красиво, гибкая, стройная. Представил, как она будет извиваться подо мной и яйца поджались. Это был вызов, который я не смог удержаться и не принять. Давно не брал такой азарт. Валид обещал мне привести в клуб новую сучку и сдержал свое слово. Привел. Уверен, что это она, потому что ни одна другая здесь в подметки ей не годится.

Мое внимание приковано к девчонке, я впиваюсь в эту соблазнительную фигурку горящим взглядом. Моя похоть вбивается в меня словно стальные когти, и моя страсть к ней взлетает, как дьявольский огонь. Ее красота завораживает и заставляет кровь кипеть в венах. Бляяядь, давно так не колбасило. Словно не трахался месяцами, последний раз так вставал в подростковом возрасте, когда моей любовницей была сорокалетняя блондинистая мажорка Элина.

Мои глаза прошлись по женскому телу, словно я уже мог прикоснуться к каждому изгибу. Я представил, как ее кожа будет дрожать под моими пальцами, как она будет поддаваться моей власти, стонать впуская мой член и стиснул челюсти.

В этот момент я решил – она будет моей. Никаких отсрочек, никаких игр. Просто моя. И я не собираюсь ждать ее согласия. Мой мир, мои правила. Хочу отыметь ее прямо сегодня.

- Эй ты, видишь вон ту блондинистую девку, - позвал я официанта, не отрывая глаз от девчонки. Моя уверенность в себе была как неумолимая сила, всегда давящая всех вокруг. – пригласи ее за мой стол. Без той курицы, что с ней рядом скачет. Одна пусть приходит.

Сунул ему за шиворот сто баксов. За такие чаевые он должен