Останемся друзьями - Мишель Селмер

Второй поцелуй оказался еще лучше первого. И на этот раз, когда Ник остановился и спросил: «Уже что-то изменилось?» — вместо ответа, Терри вовлекла его в третий поцелуй. Ей так нравилось то, что она целуется с Ником, что она даже не задумывалась над тем, где находятся его руки. До того самого момента, как они оказались в задних карманах ее джинсов.

Она отодвинулась и серьезно посмотрела на него:

— Твои руки на моей заднице.

— Знаю. Я туда сам их положил. — Он выдержал паузу, затем уточнил: — Я слишком тороплюсь?

Торопится? А у них что, есть продуманный план, написанный для друзей, которые решили стать любовниками? Пока им так хорошо, пока они хотят друг друга, есть ли смысл останавливаться?

Боже, а ей так хорошо!

— Нет, — сказала она. — Ты не торопишься. Если бы это было так, разве бы я задумалась над тем, что стало бы намного лучше, если бы джинсов на мне не было?

Он издал глухое рычание и поцеловал ее еще глубже, но, несмотря на ее бессовестное приглашение залезть к ней под брюки, он не стал трогать ее одежду. И как бы она ни старалась разжечь его прикосновениями и стонами наслаждения, казалось, он не собирается переходить к большему.

Когда он наконец скользнул пальцами под ее блузку, она невольно вскрикнула:

— Да!

На мгновение он замер. Конечно, Терри было приятно ощущать его прикосновение на обнаженной талии, но она предвкушала, что случится с ее телом, когда его пальцы окажутся чуть выше и немного вбок.

Она слегка отодвинулась и спросила:

— Если хочешь коснуться моей груди или других частей тела — вперед.

Ник удивленно посмотрел на нее:

— Не часто женщины торопят меня.

— Я могу разыгрывать из себя недотрогу, но не вижу смысла. Мы оба знаем, что в результате окажемся в постели сегодня.

Ник приподнял брови:

— Правда?

— Можешь назвать хоть одну причину, почему нет?

После небольшой паузы он повел плечами и сказал:

— Ничего не приходит на ум.

Терри уже осознала, что всю свою долгую дружбу они шли к этому. Они ходили вокруг да около в течение двадцати лет. Технически их сложно было обвинить в том, что они торопятся.

— Тогда почему мы все еще торчим на кухне?

Он собирался ей ответить, но внезапно дверь квартиры открылась. В первый момент Терри представила себе другую женщину, входящую в дверь, которой Ник оставил ключ. Но в следующий момент они услышали голос его мамы:

— Э-ге-гей! Ники, ты дома?

Ники выругался себе под нос. Он уже решил, что стал достаточно взрослым для того, чтобы мама прерывала его свидания.

— На кухне, — сказал он и повернулся к Терри, чтобы извиниться.

Но он не смог ничего сказать. Ее волосы были в жутком беспорядке, а на подбородке красовался яркий засос. Одежда выглядела изрядно помятой. И если только по счастливой случайности его мама не забыла надеть с утра свои контактные линзы, она быстро сообразит, что происходило на кухне до ее прихода. Она всегда была наблюдательна, к тому же не любила держать язык за зубами. Терри в этом на нее похожа.

Глаза Терри округлились, и она опустила взгляд вниз. Но ей не о чем было волноваться: его эрекция исчезла в тот момент, когда хлопнула входная дверь и он понял, что пришла мама.

— Не могу поверить, что в этом году погода такая странная, — начала его мама уже в коридоре.

Наконец она появилась в дверях — пять футов и три дюйма роста и сто два фунта живой энергии, облаченные в костюм для занятий йогой, который она не снимает девяносто девять процентов времени.

— Вчера был снегопад, а сегодня — весенняя погода вместо осени. — Увидев Терри, она резко остановилась. Затем улыбнулась и сказала: — Ой, привет! Я не знала, что ты… — Она не закончила фразу, переводя удивленный взгляд с Терри на Ника и обратно. — Кажется, я не вовремя.