Надежда дракона - Миранда Мартин

— Астарот, — выдыхает она, выдвигая бедра вперед и глубже вводя мой палец.

Она плотно обхватывает мой палец, крепко сжимая его, интересно, смогу ли я втиснуться в неё, не причинив ей вреда. Я знаю, что другие мужчины змай сделали это, но я не хочу причинять вред Лане. Я позволю ей вести, чтобы убедиться, что я не причиню ей вреда.

Её бедра двигались назад, а затем вперед, водя моим пальцем внутрь и наружу, так что я подчинился. Двигаясь быстрее, она стонет всё громче и громче. Я облизываю её груди в такт движениям пальцев. Мои губы обхватывают твердую вершинку и тянут, затем переключаются на другую и повторяют.

Её стоны становятся постоянным пением бессловесных звуков удовольствия. По мере того, как её тело приспосабливается к моему пальцу внутри неё, оно становится более влажным. Я ввожу второй палец, расширяя её, подготавливая её к своему члену. Пальцы скользят легко, но снова туго. Она стонет, двигая бедрами вперед и назад.

Она тянет меня за затылок. Я смотрю вверх, и она наклоняется ко мне, прижимая свои губы к моим и стонет мне в рот. По мере того, как её тело приспосабливается и влажность увеличивается, я добавляю третий палец. Она задыхается от удивления, но задыхающиеся стоны продолжаются.

Решив, что она готова, я цепляюсь руками за её задницу и поднимаю её. Мой второй член готов, пульсируя от желания. Двигаясь медленно, продолжая целовать, я опускаю её вниз, пока не чувствую первые намёки на её влажность, касающуюся моего члена. Она запрокидывает голову и стонет, пока я продолжаю её опускать.

Головка моего члена толкается в неё, пока первый гребень на вершине моего члена не встречает сопротивление. Давление её нарастает, и затем с удивительной внезапностью первый гребень окутывает её тепло. Она взвизгивает, и я останавливаюсь, испугавшись.

Когда она открывает глаза и встречается с моими, она прикусывает нижнюю губу и кивает. Я снова опускаю её на свой член. Никогда не чувствовал себя лучше. Её тело обволакивает меня, приветствуя, ощущение, как будто возвращаешься домой после долгого, тяжелого дня. Я со стоном скольжу глубже в неё, пока, наконец, мой член не оказывается полностью внутри. Твердый гребень у основания моих бёдер проникает в её мягкие складочки. Она двигает бедрами, затем задыхается, её глаза расширяются, и она улыбается.

— О, боже! — восклицает она, вращая бедрами по кругу.

Её хватка на моих плечах стала крепче. Её губы впиваются в мои, наши зубы стучат друг о друга, затем её язык проникает в мой рот, когда она подтягивается, а затем снова опускается на мой член.

Она задаёт быстрый, жёсткий ритм, который я никогда бы не попробовал с ней. Поднимается и опускается на мой член. Моё ядро напрягается, пока не превращается в твердый шар. Я изо всех сил пытаюсь сохранить контроль, я чувствую себя так хорошо.

— Астарот, — бормочет она моё имя с каждым толчком вниз.

Когда она опускается, принимая меня, она запрокидывает голову и испускает крик удовольствия. Я отвечаю на её крик своим собственным, когда мы становимся одним целым. Наши тела соединяются в физическом проявлении, когда наши души переплетаются друг с другом.

Она кладёт голову мне на плечо, тяжело дыша. Я чувствую, как её сердце колотится у моей груди. Когда её пульс замедляется, и она восстанавливает дыхание, она начинает двигаться, поднимая голову и подтягиваясь. Я помогаю ей, снимая её с моего члена и опуская на землю.

— Было весело, — улыбается она.

— Да, — соглашаюсь я, пока мы оба собираем одежду.

Она натягивает рубашку и останавливается, чтобы посмотреть на приближающиеся тени. Солнца скрылись за горизонтом, только их отраженный свет покрывает тьму.

— Красиво, — выдыхает она.

— Да, — говорю я, подходя к ней и обнимая за талию.

— Ладно, увидимся завтра, — говорит она, поворачиваясь и направляясь к двери.

— Что? — я спрашиваю.

Внезапная смена отношения и слова не имеют смысла. Мы соединились, есть что обсудить, что она делает?

— Увидимся завтра? — спрашивает она с очевидным замешательством на лице.

— Но мы соединились, — говорю я.

— Да, и это было весело, — отвечает она.

— Я не понимаю.

Она тоже выглядит растерянной. Она качает головой, затем наклоняет её набок.

— Завтра мне нужно разделать мясо. Ты будешь там? — спрашивает она.

«Разделовать мясо? Мясо? Она говорит о мясе, а что насчет нас?»

— Но… что насчет… нашего соединения? — спрашиваю я, чувствуя себя потерянным.

— Да, — говорит она, качая головой. — Это просто интрижка. На одну ночь, верно?

— На одну ночь? Я никогда не слышал о таком. Я знаю слова, но складывать их вместе бессмысленно.

— Да, ну знаешь, мы повеселились, теперь мы будем жить дальше?

— О, — говорю я.

Мои сердца перестали биться. Сдавливает грудь, невозможно дышать.

— Ты в порядке? — спрашивает она, проявляя признаки беспокойства.

С трудом сглотнув, я киваю.

— Да, — говорю я чуть не надломившимся голосом.

— Хорошо, ладно, — говорит она, поворачиваясь и уходя сквозь дверной проем.

Глядя, как она уходит, на меня накатывает волна тошноты. Я наклоняюсь и кладу руки на колени, ожидая пока это не пройдет.

«На одну ночь?» — думаю я про себя.

Змай не делает такое… что бы это ни было. Когда мы соединяемся, мы соединяемся навсегда, вот и всё. Это кульминация. Иметь дело с людьми так… странно. Я хочу её, она мне нужна. Я не могу представить жизнь без неё. Она моё сокровище. Итак, что мне теперь делать?

Я сделаю то, что должен сделать. Если это то, что я могу получить от неё, то я возьму это. Единственный другой вариант, который я вижу, это вообще не иметь её, но это не вариант. Ей нужно время, это должен быть единственный ответ. Я подожду.

Она увидит, что она моё сокровище, и мы будем вместе. Это только вопрос времени.

Решившись, я подхожу к краю здания и смотрю на тускло освещённые дюны. Облака надвигаются, делая тени глубже, чем обычно. Я покинул свой дом, чтобы найти что-то. Не зная что, но я знал, что узнаю это, когда увижу, и я узнал, как только нашел Лану.

Что бы ни случилось, я буду рядом с ней. Неважно, как долго мне придется ждать её, я буду ждать.