Научи меня (жить) любить... - Аглая Беккер

будет не до стряпни. Соня в домашней обстановке оказалась большая молодец — вела себя по-хозяйски, иногда мною даже командовала. К вечеру мы поужинали, я помогла Соне принять ванну, поиграли. Время близилось к десяти часам, но наша бабушка не объявлялась. Звонить ей я, конечно, не стала, но от девчонок узнала, что мужа оперируют, значит ждать скоро её не стоит. Уложив все-таки Соню спать, я включила в гостиной телевизор, шёл какой-то фильм, я не заметила, как сама прилегла.

Глава 9 ТИМУР

Высадил Марка у дома.

— Зайдёшь? — спросил друг

— Нет, поеду. Мать что-то трубку не берет, отец тоже. Да и время для гостей не подходящее.

— Ну давай, брат, как знаешь. Созвонимся.

Мы простились с другом, и я рванул к родителям. Если честно их игнор немного меня волновал. Если мама с телефоном не дружила, то отец был на связи круглосуточно, поэтому я переживал.

Подъехав к коттеджу, обратил внимание, что машины нет. Странно.

В дом вошёл тихо, мало ли. Может все уже спят — время то позднее, двенадцать почти. Прошёл в гостиную и обалдел… Пигалица, собственной персоной! Мирно посапывает на диванчике. Первая мысль — «какая же она в этот момент милая». Нет в ней тех колючек, которыми она всегда обороняется. Чистая невинность. В доме тепло, поэтому она без одеяла — идеальные ножки слегка поджаты, но так и манят прикоснуться. Каштановые локоны небрежно прикрывают часть милого личика. Провожу взглядом по расслабленному телу. Вот она — кажется, протяну руку и она моя. И тут я понял, что пропал. Вся обида на весь женский род вдруг отступила. И я решил — она будет моей, несмотря ни на что. Я просто не смогу иначе. Она уже моя- хоть сама и не знает. Шею сверну любому мудаку, который попытается разинуть рот на мое.

Подошёл к диванчику, присел, тихонько убрал локоны волос с лица. Она смешно покорчила нос, но не проснулась. Только пухлые губки свои облизнула во сне. И тут у меня окончательно сорвало тормоза, я наклонился и поцеловал. И оторваться уже не смог. Тем более что Аня начала отвечать. Сколько это длилось я не знаю — мне казалось вечность, но вдруг все закончилось. Резко, что даже стало холодно.

Я открыл глаза и увидел испуганное лицо Ани. Она смотрела на меня, как будто видела впервые. Её большие глаза от испуга, казалось стали ещё больше. И я тонул в них. Не мог сказать и слова, хотя понимал, что должен был.

— Тимур Александрович, что вы тут делаете? — первая прервала нашу игру в гляделки Аня. В этот момент не было в ней злости, только недоумение.

— Ну… тут живут мои родители. — сказал первое что пришло в голову. Было неловко. И решил я немного разрядить обстановку и пошутить — ну и видимо интуиция сработала, что ты тут.

Аня растерялась. Или не проснулась до конца ещё. Какая она в этот момент милая и растерянная.

О, и тут она заметила что я гуляю по ней взглядом. Напрягаясь, резко подскочила, но не рассчитана силы и расстояние между нами. Оказалась прямиком в моих руках, что я снова не сдержался и поцеловал. Уже более настойчиво.

Но видимо Аня уже окончательно проснулась и пришла в себя, резко вырвалась из моих объятий и оттолкнула.

— Да что вы делаете? — в лёгком её шёпоте были нотки раздражения. Но не было злости. Это давало надежду.

— Не удержался- ответил я ей. — Но извиняться не буду.

— Почему? — она казалось совершенно искренне удивилась.

— Потому что извиняются, за то что сделали и пожалели. Я не пожалел. И сделал бы это снова.

— Ну это вряд-ли. — И вот тут от милой и нежной Ани не осталось и следа. Вернулась пигалица.

— Поживём- увидим! — сказал я совершено спокойно. Я для себя уже все решил — осталось только пигалицу убедить в том что она уже моя- целиком и полностью. И нет у нее другого пути, кроме как рядом со мной. И ради этого я немного потерплю.

— Так что произошло? Почему ты тут и где все?

Я старался говорить, как ни в чем не бывало. Выходило плохо.

— Соня спит. Вашему отцу стало плохо, он в нашей больнице. Ваша мама с ним, а меня попросила проглядеть за Соней. Но раз вы уже тут, то я пойду.

Аня, конечно, тоже старалась упорно делать вид, что ни чего не было минуту назад. Но, как и у меня, у неё тоже нифига не выходило. Но сбежать она собиралась вполне серьёзно.

— Куда? Ночь на дворе. Оставайся. Утром я тебя отвезу.

— Вы же понимаете прекрасно, что я не останусь.

В этот момент входная дверь хлопнула и в гостиную вошла мама.

— Сынок, — мама была удивлена, не меньше чем я некоторое время назад. — Ты давно вернулся?

— 10 мин назад. Ты почему не позвонила? Как отец?

— Не хотела беспокоить. Его прооперировали. Язва. Сейчас все хорошо. — обратилась уже к Ане — Анечка, детка прости что я тебя сегодня так напрягла. Поздно уже, останешься?

— Александра Матвеевна, мне утром на смену. Я не могу, правда.

— Я отвезу. — Я решил, что это лучшее, что сейчас можно сделать. Если она будет спать в соседней комнате, я точно не усну, а то ещё и глупостей наделаю.

Моя красавица хотела отказаться, но мама сказала, что водителя она отпустила и собственно выбора у нее не оставалось.

Мы вышли во двор молча. И вроде старались вести себя непринуждённо, но напряжение не проходило.

— Сядь вперёд. Там мои вещи. — сказал Ане, когда она открыла заднюю дверь моей машины.

— Нет, я никогда не езжу на переднем сидении — в этот момент я заметил испуг в её глазах, но сразу понял что боится она не меня. Нет это что-то другое. — Вещи твои мне совсем не мешают. Я занимаю мало места.

Ладно. Может оно и к лучшему. Пусть сидит сзади.

До её дома доехали молча. Правда Аня всю дорогу ерзала и теребила сумку. А я глаз с неё не сводил, хорошо, что ночью машин почти нет.

Подъехав к дому, я планировал проводить до квартиры. Нет, напрашивается на чай я, конечно, не собирался, но побыть ещё хоть минутку рядом хотел. Но Аня как всегда разрушила мои планы — ей одной это удавалось делать филигранно. Она выскочила из машины, как только я припарковался, на бегу сказала «спасибо» и убежала

А я остался стоять. Понимал что бессмысленно