Никогда тебя не отпущу - Александра Багирова

В ответ он лишь набирает скорость.

— За похищение человека предусмотрена уголовная ответственность! — меня колотит от гнева. Мысли путаются.

— Я тебя не похищал, Вик, — быстрый взгляд в мою сторону, глаза все еще кровью налиты, но в них проскальзывает жгучая одержимость. Будто не посмотрел, а огнем опалил.

— Серьезно?! А как это назвать? Ты ворвался на мою свадьбу! Мать до обморока довел. А она, между прочим, из-за тебя едва на тот свет не отправилась. Так ты приперся добить? — руки чешутся его ударить. Расцарапать до крови наглую физиономию. Но он за рулем. — Агата переживала, едва справилась. Да, и вообще ты не имел права снова все портить!

— Угомонись, — властные ноты в голосе. — Я не отдам тебя недоноску.

— Это не тебе решать! Ты сделал свой выбор! Оставил мне могилу, а сам свалил в новую жизнь, — дергаю за ручку двери. Я в таком состоянии, что реально могу спрыгнуть на ходу. Только дверь заблокирована.

Я не могу дышать с ним одним воздухом. Не могу находиться рядом. Я вновь пропитываюсь его отравой, сердце просыпается, оно вновь чувствует и бьется в глупой надежде.

— Останови и выпусти меня! Мне надо к детям! Я в первую очередь мать!

— Мы просто поговорим, Вик. Повторю, я не похищал тебя, — не глядя на меня протягивает руку, хочет дотронутся. — Мы столько не виделись, — шумно выдыхает воздух.

— Руки убрал! — отодвигаюсь на максимальное расстояние. — Никогда! Слышишь! Никогда не смей прикасаться ко мне!

Мое свадебное платье заляпано кровью. Это знак, с ним одна дорога — в ад.

Я больше не хочу там сгорать. Хватит!

— Зачем ты это устроил? Зачем вообще вернулся? Нам прекрасно без тебя жилось!

Он сохраняет молчание. На руках вздуваются вены, костяшки сбиты.

— Денис, отпусти меня, — говорю спокойней. Гнев проходит, место ему уступают совсем другие эмоции, запретные, неконтролируемые, пугающие.

— Никогда, Вик, — слова звучат как приговор.

Приговор для нас двоих.

Денис въезжает на территорию элитного жилого комплекса, паркует машину у одного из высотных домов.

— Без глупостей. Просто поговорим, — жесткий, властный голос, вызывает табун мурашек по всему телу.

— Ты же не отпустишь, — вздыхаю. — Не долго. У меня дети!

— А про кобеля своего не переживаешь? — выгибает дугой бровь.

— Не твое дело!

Карим избит из-за меня. Но у меня в душе такой хаос, что я едва сейчас могу об этом думать.

Потом придет сожаление. Сейчас я обязана любым способом вырваться от Дениса.

Он выходит из машины, открывает дверь с моей стороны. Быстро оглядываюсь по сторонам. Ищу способы улизнуть. Только его реакция молниеносная. Хватает меня за руку, держит крепко.

— Вик, реально, ты ж не устроишь истерику посреди двора, — усмехается.

Улыбка у него другая. Жестокая, твердая, хищная.

— Пошел, ты… — бью его локтем в бок.

Денис ведет меня к подъезду. Вызывает лифт.

Пол под ногами превращается в зыбучую трясину. Мне страшно. Так боюсь остаться с ним наедине. Я не верю ему, не верю себе.

Створки лифта открываются. Заводит меня внутрь, нажимает на двадцать первый этаж.

Наши взгляды встречаются в зеркале. Его непроницаемый и мой загнанный. Кислорода нет, только его запах, другой, чужой, все же такой родной, ударяющий в голову подобно сильнейшему дурману. Цепенею. Как загипнотизированная смотрю, как его радужка меняется, искрится, как калейдоскоп, затягивает внутрь.

Он наклоняется и шумно втягивает воздух около моего уха. Стонет. Глухо. Надсадно. Болезненно.

Резко разворачивает к себе и впивается в мои губы.

Властно крадет поцелуй. Прижимает к себе до хруста костей. Пьет мое дыхание, его твердые, жадные губы сминают мои.

Никогда прежде. Ни разу. Он так меня не целовал.

Это Денис, и не он вовсе.

Это поцелуй зверя, завоевателя, победителя.

Тело — раскаленная сталь.

Не могу противостоять. А должна! Обязана!

Его руки бесстыдно блуждают по моему телу, пробуждают то, что я похоронила вместе с ним. И нечто новое, некий ураган, с которым я не была знакома. Но этот ураган, наполняет энергией, вызывает безумное желание и жажду. Хочу пить его огромными глотками, и понимаю, что никогда мне не насытиться.

— Я так соскучился, — его слова льются ко мне в рот, попадают внутрь и окутывают окровавленное сердце теплым покрывалом. Они уносят боль, даруют забвение.

Дверь лифта открываются. Нас обдает холодным воздухом.

Пробуждение. Морок спадает.

— Не смей! — кусаю его за губу. — Ты не имеешь права! — во рту его кровь. Она мне кажется сладким ядом.

Упираюсь руками в его грудь. Денис смотрит на меня, медленно слизывая кровь.

— Только я имею право, — берет мое лицо в капкан своих ладоней. — Запомни, Виктория, иного не будет.

Поднимает меня на руки и несет по коридору. Одной рукой открывает дверь, входит внутрь, аккуратно кладет меня на диван.

— И что дальше? Чего ты добиваешься? — вскакиваю, упираю руки в бока.

Ярость взрывается новой волной. Ненавижу, за то, что напомнил, как он искусно умеет лгать, далеко не только словами.

Глава 9

— Хочешь пить? — неожиданно спрашивает. — Американо с молоком без сахара, как всегда?

Он стоит, засунув руки в карманы брюк. Невозмутимый, на первый взгляд спокойный, только пульсирующая венка на шее выдает волнение.

— Черный кофе. Одна ложка сахара и стакан минералки, — скрещиваю руки на груди. — Все меняется, Денис, вкусы тоже.

— Ок, — разворачивается и выходит из комнаты.

Смотрю по сторонам. Помещение явно нежилое. Тут еще сохранился едва уловимый запах краски. Ремонт в светлых тонах, стандартная мебель, квартира напоминает отельный номер.

Срываю со головы фату, которая каким-то чудом продолжала болтаться сзади. Раздражает. Все бесит.

Не хочу его видеть, и не могу находиться одна в комнате. Нонсенс.

Иду за ним. На его запах. Застаю на кухне, включает кофе-машину.

— Успокоилась? — спрашивает не оборачиваясь.