Алчность - Никки Ром

— Отвали! — крикнула она в последний раз.

— Я ухожу. Сегодня ты будешь вести себя хорошо ради Мэрибет, и прежде чем ты попросишь, ей не разрешат выпустить тебя из этой комнаты. Она принесет тебе еду и таблетки, вот и все. А теперь убери там этот беспорядок, прежде чем порезаться.

Я подошел к тумбочке и взял одноразовый телефон, наличные и оружие. Сомневаюсь, что сегодня мне удастся всадить пулю в лоб Томми Маркони, но если мне повезет, возможно, я смогу убить нескольких его парней. Все они заслужили смерть за то, что сделали с моим волчонком, и я бы с радостью уничтожил каждого из них. Давно я не занимался подобной работой. На протяжении многих лет я обращался за помощью к тем, кто был в долгу перед моей семьей. Благодаря связям моей матери и работе, которую мой отец выполнял для Корсетти, в городе было более чем достаточно людей, которые могли делать за меня грязную работу. Однако это было другое. На этот раз они трахались лично со мной, и я этого не потерплю.

Я спустился на кухню и обнаружил, что Мэрибет уже одета и готовит завтрак.

— Раннее утро, сэр?

— Есть кое-какие вещи, о которых мне нужно позаботиться сегодня.

— А Майя?

— Не позволяй ее истерике беспокоить тебя. Она знает правила. Я выпущу ее из комнаты, когда вернусь домой. Там у нее есть все необходимое для отдыха и лечения, хотя она этим недовольна. Обязательно принеси ей еды, а я оставил несколько таблеток на тумбочке. Ей следует принимать две таблетки каждые четыре часа от боли.

— А если не будет?

— Она будет.

Час спустя я подъехал к своему клубу и обнаружил, что Нико Маркези уже припарковался перед входом. Нико совершенно неуравновешенный, непредсказуемый человек и правая рука дона Корсетти. Если бы я сказал, что меня удивила его встреча, это было бы ложью. Я знал, что Данте сунет нос в эту неразбериху, когда я позвоню ему, но не позвонить было бы еще хуже.

— Ты проиграл?

— Неа. Я там, где должен быть.

— Рановато для визита на дом.

— Хорошо, что эта дыра — не дом.

— Следи за собой, Нико.

Он улыбнулся, продолжая вертеть сияющий кинжал в руке.

— Знаешь, почему я здесь?

— Я не идиот.

— Да, если ты думаешь, что преследовать Томми в одиночку — хорошая идея.

— Кто сказал, что я буду один?

— Ну, я больше никого здесь не вижу в семь чертовых утра, а ты?

Я не стал отвечать, прошел мимо него и открыл дверь. Клуб был огромным, не таким большим, как некоторые заведения «Корсетти», но больше, чем мне нужно было для оплаты счетов. Я включил свет, направляясь в свой кабинет. Даже после того, как накануне вечером сюда пришла уборщица, здесь все еще сохранялся слабый запах пролитого спиртного. Я сделал мысленную пометку поискать новую компанию. Я толкнул дверь в свой кабинет и сел, включив компьютер.

— Как она? — спросил Нико, как только нашел себе место, где можно присесть на диване в углу.

— Чертовски зла.

— На Томми?

— На меня. Сегодня утром я запер ее в комнате и ушел под хор ее криков.

— Она тебя убьет, братан.

— Нет, ей виднее.

— Я знаю тебя и Майю всю свою жизнь, и, если честно, когда она злится, она страшнее тебя.

— Ха-ха-ха.

— Что она сказала о Томми?

— Немного. Я так чертовски разозлился на нее, что провел большую часть ночи в спорах, а остальную часть времени трахал ее. Кажется, она напугана. Это не похоже на нее. Он сказал ей, что собирается продать ее.

— Чертов член. Я знал, что он замешан в каких-то темных делах с Романо.

— С Романо? Семья Валентины?

— Да, ее двоюродный брат хотел, чтобы мы занялись торговлей людьми. Это легкие деньги, но Данте отказался. С тех пор он создает проблемы. Нам сообщили, что Томми проводит там время.

— Поэтому Данте послал тебя?

— Нет. Он просто не хотел, чтобы ты справлялся с этим в одиночку.

— Это ничего не меняет. Я не собираюсь работать на семью.

Нико сидел и ничего не говорил. Самодовольное выражение его лица вызвало у меня желание встать и ударить его, но если я не планировал умереть, это была не очень хорошая идея. Нико был тем, кто преуспел в том, чтобы заставлять людей исчезать ради семьи Корсетти. У него также был неконтролируемый характер и жажда крови. Я видел, как он превратился в бешеное животное, когда его внутренний зверь взял верх, и дразнить этого монстра было не в моих интересах.

— Какой у тебя план?

— Я собираюсь убить его, но начну с придурков, которые выбили дерьмо из моего волчонка.

Некоторое время спустя мы с Нико подъехали к ветхому складу в районе мясопереработки. Отец Томми владел им много лет назад, и теперь он оттуда вел свой бизнес. Если бы вы могли назвать проституцию бизнесом, то это так. Меня всегда забавляло, как каждый ребенок из преступного клана, которого я встречал, когда был моложе, говорил, что не будет делать то, что делали его отцы. Теперь, годы спустя, мы все здесь делали одно и то же дерьмо. У каждой семьи был свой бизнес, некоторые более законные, чем другие, и следующее поколение было занято поддержанием порядка. Я не завидовал Данте. Их бизнес простирался далеко за пределы Нью-Йорка, и возникающие проблемы становились один кошмар за другим. Большинство из нас знали свое место, но время от времени какой-нибудь громкий ублюдок пытался свергнуть короля. Это было бессмысленно, правда. Данте, Нико и Арес не зря были известны как Темные Короли. Каждый из них был полностью трахнут по-своему, и как только вы перешли дорогу им или тем, кого они любили, вы не дожили до того, чтобы рассказать эту историю.

— Я так понимаю, ты не собираешься с неожиданным визитом? — Нико засмеялся, когда я выдвинул свой внедорожник вперед и нажал сигнал.

— Я бы предпочел, чтобы они пошли стрелять, — сказал я со смехом, когда мы вышли.

— Да, черт возьми, пойдем на охоту.

Я вытащил оба пистолета и поднес их к двери. Нико предпочитал ножи, но в его наплечной кобуре находились две «Беретты».

— Звоните, звоните, ублюдки, — сказал я, глядя на камеры наблюдения.

Вскоре я услышал щелчок запертой двери, означающий, что она откроется, когда я потяну за ручку. Я закрепил один из своих пистолетов и открыл её, пройдя вперед, Нико не отставал от меня. На складе