Мой профессор - Р. С. Грей

— Ты могла хотя бы брюнетку выбрать?

— Знаешь, это не звучит как благодарность. Я от тебя не услышала ни единого «спасибо».

Я бросаю на нее взгляд, будто говоря: «Ты, наверное, шутишь».

— О, это потому, что я совсем не благодарна. Вообще, я не исключаю, что ты сумасшедшая. Тебе нужна помощь.

— Ты серьезно? — она оскорблена моими словами. — Это была тяжелая работа. Которая заняла почти десять минут. Мне пришлось просмотреть несколько твоих действительно тошнотворно-милых фото, чтобы найти подходящую для этого снимка. Она пододвигает ноутбук, чтобы я могла посмотреть на фото еще раз, но мне это не нужно.

— Мне удалось тебя убедить? — спрашивает она.

Тишина.

Она вскидывает руки.

— Вот как? Ты официально заявляешь, что это не катит? И не собираешься меня слушать? Просто продолжишь вести свою скучную жизнь?

— Да, — отвечаю я категорично.

— Какая огромная ошибка, — Соня закрывает ноутбук и засовывает его обратно в рюкзак. — Ты могла бы улизнуть с профессором Барклаем прямо сейчас, чтобы уединиться с ним перед лекцией.

Она не утруждает себя регулировкой громкости голоса, и я знаю, что ей даже не стоит об этом говорить. У моей подруги есть только один режим: громкий.

— В данный момент я не особо в этом заинтересована. Сейчас я пытаюсь заработать средний балл для поступления в аспирантуру, желательно на стипендию. Не думаю, что секс с профессором поможет мне в этом.

Двери в аудиторию открываются, и студенты начинают заходить. Я собираю вещи и встаю, после чего протягиваю руку, чтобы Соня пожала ее. Недовольно нахмурившись, она все-таки делает это.

— Извини, я больше не хочу приключений. Если честно, то от мысли о романе с профессором у меня начинает болеть живот.

— Думаю, я понимаю, о чем ты. Но по-прежнему уверена, что ты совершаешь ошибку, и теперь знаю, что ты безнадежна.

Я смеюсь, понимая, что в ее словах нет и капли сарказма. Она имеет в виду все то, что сказала. В мире Сони имеет смысл поставить под угрозу все свое будущее ради ночи с горячим профессором. Я бы никогда так не поступила.

— Покончим с этим раз и навсегда?

— Да, — Соня кивает. — Тема официально закрыта.

Мы заходим в аудиторию вместе, и подруга начинает рассказывать мне об одном сексуальном парне на ее лекциях по психологии. Я слушаю ее до тех пор, пока не бросаю взгляд на центр зала и не вижу профессора Барклая, который общается с несколькими студентами. В них я сразу узнаю тех студенток, которые стояли рядом с нами в коридоре… Те, кто увидел работу Сони до того, как я закрыла ноутбук.

Я чувствую, как румянец начинает заливать мое лицо.

Нет.

Это просто совпадение.

Это должно быть совпадение.

У них возникли вопросы по книге. Они хотят узнать, какие главы из прочитанных будут на первом тесте. ЧТО-ТО ТАКОЕ.

Профессор Барклай оглядывается через плечо, замечает нас с Соней, идущих по проходу, после этого кивает девушкам. Они расходятся и занимают места в первом ряду. Одна из них — симпатичная блондинка, в ней я узнала девушку, у которой профессор Барклай согласился быть консультантом, ехидно улыбается мне, прежде чем отвернуться. В этот момент я понимаю, что моя судьба предопределена.

Мне едва удается успевать за Соней, которая совсем не понимает, что происходит. Она идет вниз, не задумываясь ни о чем, и рассказывает о парне-психологе. Тем временем профессор смерил меня взглядом, наполненным таким гневом, что я удивлена, как не растаяла на месте. Он жестом приглашает меня подойти.

Мне хочется развернуться и убежать, но ноги не слушаются.

Не успеваю оглянуться, как оказываюсь рядом с преподавателем. Неужели я действительно считала его привлекательным? Он пугающий.

— Мисс Мерсье, мне нужно встретиться с Вами и Вашей подругой в кабинете после занятия, — резко говорит он.

— Вы хотите обсудить…

Он пресек мою попытку исправить ситуацию здесь и сейчас.

— После занятия.

Глава 5

Эмелия

Кабинет профессора Барклая располагается в Рид-холле, в центре кампуса. Памятник архитектуры из белого кирпича находится рядом с зеленой зоной, а на лужайке полно студентов, наслаждающихся отдыхом после обеда. Люди бросают фрисби, распаковывают ланчи, а раскаты смеха дразнят меня, пока я иду прямо на место казни. Печали добавляет и то, что сегодня прекрасный осенний день.

Температура достигает семидесяти градусов по Фаренгейту, и все, чего мне хочется — это сесть на любимую скамейку, достать хорошую книгу и позагорать, как остальные студенты.

К сожалению, мне нужно появиться на одной встрече.

— Все будет не так уж и плохо, — заверяет меня Соня, пытаясь улыбнуться.

Когда девушка видит мое лицо, ее улыбка исчезает.

Мы не торопились идти в кабинет Барклая. Даже задержались на занятии. Медленно собирали вещи. Зашли в уборную. Медлили. Тем не менее я не нашла ни одной причины, которая может помочь выйти из положения.

Рабочий кабинет профессора находится на втором этаже здания. Мы медленно идем по коридору, я позволяю Соне обогнать меня. Удивительно, но она ведет себя тихо — такое с ней случается редко. Она уже извинилась, но от этого я на нее меньше не злюсь. Для Сони это была не более, чем шутка, поддразнивание с помощью фотографии. Она не хотела причинить никакого вреда, и это то, что я готова сказать Барклаю.

Мы подходим к закрытой двери и стучим, но никто не отвечает. Я думаю, что, учитывая нашу медлительность, он уже ждет нас здесь, но нет. Рядом с дверью стоит деревянный стул, напоминающий тот, на котором я сидела в аудитории. Жестом предлагаю подруге сесть не него, а сама прислоняюсь к стене.

Из коридора доносятся голоса, но мы с Соней молчим.

Дверь открывается, и я слышу уверенные, смелые шаги человека, который направляется к нам. Напрягаю слух, но не могу заставить себя поднять взгляд. Если это Барклай, то я скоро узнаю об этом. Если не он, то мне повезло. Человек приближается, и я замечаю сшитые на заказ серые брюки и коричневые кожаные оксфорды. Запах его одеколона такой тонкий, опьяняющий… словно предупреждающий о чем-то.

— Я хочу поговорить с каждой из вас наедине. Мисс Мерсье, подождите здесь.

Соня встает и идет за ним. Я поднимаю взгляд только после того, как она заходит внутрь, и занимаю место подруги.

Где-то тикают часы.

Мои ладони потеют.

Желудок завязывается в тугой узел.

Я слышу их тихий разговор, но не могу разобрать слов. Во всяком случае, он не кричит на подругу, хотя, честно говоря, это не в его стиле.

Интересно, какое