Тайна Драконьего Источника - Эрика Грин

— Да родители у меня поссорились из-за какой-то глупости, — раздраженный тон Айвены выдавал, что у нее накопились претензии к кому-то из них. — Я не слышала все, только конец разговора. Отец выдал маме что-то вроде: «Ну, конечно, куда тебе понять меня, ведь у нас нет меток истинности».

Айвена решила умолчать о том, что отец при этом был пьян. В таком состоянии он постоянно норовил как-то задеть свою жену, сказать что-то обидное так, что со стороны все выглядело вполне пристойно, но дея Креймод прекрасно понимала, что муж пустил в нее отравленную стрелу. После этого мама нередко плакала, поэтому поведение отца выводило Айвену из себя.

Райнар решил, что настало его время поразить девушек своими энциклопедическими познаниями.

— А я знаю, что такое метки истинности…

Девушки повернулись к нему и ждали в нетерпении продолжения.

— Когда парень и девушка влюблены, у них на запястье появляется метка истинной пары, одинаковая у обоих, — продолжил Райнар, ликуя при виде расширившихся от нетерпеливого внимания зеленых глаз Конопушечки. — У девушки появляется метка из рода парня. Например, у нас, у Бриггенов, — эта метка выглядит, как алая роза. Такие метки есть у моих родителей и у родителей Эрика.

— А она сразу появляется или через какое-то время? — спросила Айвена, задумчиво.

— Трудно сказать. У моих родителей она появилась сразу, стоило отцу на балу прикоснуться к руке мамы во время танца. Они влюбились друг в друга с первого взгляда. Ну, там у них потом вышла долгая запутанная история… — Райнар замялся, не желая посвящать всех в историю Харальда и Гвенды. — Потом метка побледнела и снова зацвела через много лет. А у родителей Эрика она тоже возникла сразу, как только Ингвар схватил Эллу за руку. Хотя полюбили они друг друга позже. Наверное, нет никаких правил.

— А, может быть так, что люди уже любят друг друга, а метка не появилась, но появится потом? — Лили напряженно ждала ответа. Она понимала, что несмотря на прекрасные дружеские отношения, она вовсе не ровня брату конунга. Ее родители были когда-то в услужении у родителей Эрика. Это сейчас они вполне обеспеченные люди, и Лили работала в библиотеке не ради денег, а потому что ей нравился мир книг, да и скучно ничего не делать. Но деньги не сделали ее происхождение благородным. Это очень угнетало девушку, поскольку ее друзья — отпрыски аристократических семейств, самых знатных в Дрокенсвёрде. И все-таки ей очень хотелось, чтобы в душе жила хотя бы призрачная надежда на возможное счастье.

— Вот этого я не знаю, — рассмеялся Райнар, польщенный высоким мнением Конопушечки о его начитанности. — У Бриггенов все с метками истинности.

— А вот у моих родителей никаких меток нет, — мрачно сказала Айвена. — Выходит, они никогда и не любили друг друга что ли?

— У моих тоже нет, но они очень любят друг друга, — поспешила заверить Лили. Ей не хотелось, чтобы Айви расстраивалась. — Мама называет папу своим спасителем и рыцарем. Хотя он не рыцарь, а купец, — смущенно добавила девушка.

— Знаешь, не всякий рыцарь поступает по-рыцарски, — перед взором Айвены снова мелькнул отец, обижающий мать. — Думаю, твоя мама имела в виду, что твой отец благороден если не по происхождению, то по свойству души.

— Девушки, вы что, тут все замуж уже собрались? А меня не позвали — не порядок.

Опершись на дверной проем, стоял Эрик и внимательно прислушивался к беседе. Он подтянулся на руках, грациозно спрыгнул, как леопард с дерева, и ввалился в помещение. Он явно только что закончил тренировку, в его гибком сильном теле все еще вибрировала энергия мускулов, а на разгоряченном лице пламенел румянец.

— Ерунда все эти метки, девчонки, — Эрик подошел ближе, и его горячее тело, казалось обдавало присутствующих жаром. — Сколько влюбленных, столько историй. Драконы да и люди все разные, верно? Женятся и замуж выходят и без меток.

И вообще, может, это только мы, Бриггены, такие… татуированные розами! — Эрик даже смеялся красиво, так, что призывать его к тишине не хотелось.

Эрик подмигнул Райнару и шутливо толкнул его плечом.

— Вот выйдете за нас, девчонки, замуж, и будете носить всю жизнь алую татушку.

— Эрик, вот ты как был всю жизнь наглым, таким и остался, — нахмурилась Айвена.

— А что? Классные пары получились бы: Нахал и Ледышка, Торопыжка и Конопушка.

Айвена вспыхнула, но ничего не ответила, помня о своем решении оставаться сдержанной. А Эрик смотрел на нее действительно с нахальной улыбкой.

Райнар стоял, глубоко задумавшись, словно решал в уме сложную математическую задачу. Вдруг его лицо просияло.

— Эрик — ты гений! — он в экстазе хлопнул друга по плечу.

— Ну, так я всегда это знал, — Эрик самодовольно улыбнулся.

— Ты навел меня на мысль, можно сказать, на открытие! Пока вы с Айвеной не пришли, мы с Лили изучали старинный манускрипт, в котором рассказано, как найти Драконий Источник. Эрик, помнишь, в детстве нам о нем рассказывал Хранитель Леса? Про четверых героев, который найдут этот источник и вернут гармонию в Дрокенсвёрд и все ланы. Так вот, в манускрипте том подробно сообщалось, какие задания надо выполнить, чтобы освободить Аурена из плена главаря Ордена Теней Морака.

Глаза Райнара блестели, как это бывает у первооткрывателей. Обычная сдержанность вмиг слетела с него, и он стал похож на одержимого ученого, который пытается донести до публики секрет своего открытия.

— Ребята, ведь Нахал, Ледышка, Торопыжка и Конопушка — это же четыре стихии! Солнечный Волк — огонь, Водяная Кобра — вода, Ветрокрыл — воздух, а рожденная в месяц Травоцвета — это земля! Ребята, команда, которая должна стать героями, — это мы!

Все смотрели на него так, словно видели впервые. То, что сказал Райнар, еще предстояло осмыслить каждому.

Глава 9. Райнар. Дракон не имеет права быть шутом!

После разговора с друзьями в библиотеке я сидел на берегу Ольдрима и чувствовал себя настолько переполненным энергией, что не удержался и обернувшись взмыл в небо. Вообще-то я не люблю летать при солнечном свете: никак не привыкну к тому, что внизу мельтешат люди, задирающие головы вверх, едва услышат свистящий шорох драконьих крыльев. За сотни лет совместного проживания среди драконов люди могли бы уже привыкнуть к этому зрелищу. Но нет, обязательно найдутся такие, кто готов бросить все дела и, прикрывая глаза от солнца рукой и роняя головные уборы, глазеть на прекрасного крылатого змея. Решаю не думать об этом и