Аноним - Л. П. Довер

— Хорошо. Мы появимся, поздороваемся, а потом сможем пойти домой. Как тебе план?

— Звучит как идеальный план. Пошли. — Он протягивает мне мою маленькую черную сумочку, чтобы я могла положить в нее телефон, и следует за мной за дверь.

— Кто будет у Оуэна? — Спрашиваю я.

Джек пожимает плечами.

— Наверное, как обычно. Только в этом году все будет на улице, так как погода хорошая.

Каждый год Оуэн устраивает крутую вечеринку в честь Хэллоуина. Он приглашает всех своих друзей из полицейского управления, а также некоторых наших старых друзей по колледжу. Мы с Оуэном познакомились в местном общественном колледже и быстро подружились, прежде чем я перевелась в кулинарную школу, а он поступил в Университет Северной Каролины в Шарлотте, чтобы получить степень бакалавра по уголовному правосудию. Так уж получилось, что именно там он и познакомился с Джеком. Они стали приятелями по спаррингам, когда Джек еще занимался смешанными единоборствами. А потом в один из выходных Оуэн отвел меня на один из боев Джека и познакомил нас. Мы с Джеком сразу же нашли общий язык, и все, что было после этого, уже история.

Оуэн живет всего в паре миль отсюда, и когда мы проезжаем по его улице, я уже вижу кучу людей у него во дворе. Когда все одеты в костюмы, это похоже на дом с привидениями. Мы паркуемся дальше по дороге, и как только друзья Джека видят его, все внимание сразу же переключается на него. В Джеке есть что-то, что привлекает людей. У него есть присутствие, которое нравится людям. Я восхищаюсь и обожаю, насколько он дружелюбен, но это также привлекает внимание других женщин, что я ненавижу. Но я знаю, что Джек никогда не сделает ничего, чтобы причинить мне боль, поэтому я обычно стараюсь плыть по течению.

Джек обнимает меня, и мы заходим в дом Оуэна. Из колонок в гостиной ревет музыка, но только несколько человек сидят тут и там. Думаю, все остальные снаружи. Оуэн на кухне фотографируется с парой своих приятелей-полицейских. Он одет как греческий бог в тоге, со своими темно-русыми волосами, загорелой кожей и серыми глазами. Его девушка Кимберли стоит рядом с ним, одетая как Афина, богиня любви.

— Эй, вы двое. — Говорит Оуэн, обходя Джека игривым толчком, чтобы он мог обнять меня. Он отступает и смотрит на мой костюм. — Выглядишь горячо, зайка-плейбой. Твоему мужу нужно присматривать за тобой сегодня вечером.

Я закатываю глаза и смеюсь. Кимберли подбегает и крепко обнимает меня.

— Ты выглядишь великолепно.

— Ты тоже. Твои волосы великолепны. — Они светлые и собраны в пучок кудрей, пряди свисают вокруг ее лица. Из всех девушек Оуэна Кимберли — моя любимая, хотя она немного эгоцентрична.

Оуэн крадется и приносит нам обоим по стопке виски.

— Выпейте до дна, вы двое. — Джек берет обе и быстро выпивает, заслужив любопытный взгляд Оуэна. — Ты в порядке? — Спрашивает он.

Нахмурившись, я смотрю на Джека.

— Ты еще не сказал ему?

Он качает головой.

— Я ждал, когда ты будешь со мной. Я думал, мы сможем рассказать ему вместе.

Взгляд Оуэна мечется между нами.

— Что я упускаю? — Его серые глаза смотрят на меня и расширяются. — Ты беременна?

Моя рука инстинктивно тянется к животу.

— Пока нет, но я надеюсь, что скоро буду.

Джек похлопывает его по плечу.

— Мы работаем над этим, чувак. Думаю, нам с Элли пора расширить семью.

Кимберли взвизгивает и обнимает меня за плечи.

— О, боже, как это волнительно. Поздравляю вас двоих.

— Сначала мне нужно забеременеть, — смеясь, говорю я.

Она отмахивается от меня.

— Это случится. Ты видела своего мужа? Он не может не заделать тебе ребенка.

Джек подмигивает мне.

— Точно так, как она и сказала.

Оуэн хлопает Джека по плечу и подталкивает его к кухонному столу.

— Давай выпей еще, чувак. Мы на три впереди тебя.

Джек улыбается мне, и я киваю ему, чтобы он уходил. Я не против, если он выпьет и хорошо проведет время с друзьями. Последний раз он напился, когда мы встречались. Теперь, когда мы поженились и стали старше, он намного успокоился.

Двое подружек Кимберли входят, чтобы украсть ее, оставляя меня с Оуэном. Он прислоняется к стене. Я копирую его позу у другой стены.

— Как идут дела с работой под прикрытием? Мы с Джеком почти не видим тебя в последнее время.

Он пожимает плечами.

— Все в порядке.

— Просто в порядке? — Я смеюсь. — Ты один из лучших агентов под прикрытием. Ты ходовой товар.

Затравленный взгляд в его серых глазах заставляет мое сердце болеть.

— Это тяжелая работа, Эллс. Я видел и делал то, о чем никогда не смогу тебе рассказать.

— Эй, — я тру ладонь о его руку, — Я всегда здесь, если тебе нужно поговорить. — Я люблю Кимберли до смерти, но в ее теле нет ни капли сострадания. В ее возрасте она все еще думает только о себе.

Оуэн вздыхает.

— Я запомню это. — Он скрещивает руки и ухмыляется. — Так, ребенок, да?

— Да. Мы пытаемся пару месяцев. Поскольку он часто отсутствует в городе, он отсутствует в прайм-тайм. Вероятно, это не произойдет в ближайшее время.

Он улыбается, но улыбка не касается его глаз.

— Это отличные новости.

Я знаю его достаточно хорошо, чтобы понять, что его что-то беспокоит.

— Что случилось? Ты боишься, что это отнимет у тебя время с Джеком?

Он оглядывает комнату, а затем снова смотрит на меня.

— Конечно, нет. Просто теперь, когда Кимберли знает, она будет сильно давить на меня, чтобы и меня подтолкнуть к этому. — Мои глаза расширяются, и я мгновенно понимаю о чем он.

Кимберли открывает заднюю дверь и машет мне рукой.

— Элли, пошли!

Оуэн делает жест в сторону двери и подмигивает.

— Иди. Мне нужна еще одна доза или двенадцать. — Он присоединяется к ребятам, и когда я смотрю на заднюю дверь, Кимберли уже исчезла.

Выходя на улицу, я вижу, что повсюду люди: толпа в основном состоит из друзей Оуэна из полицейского управления, а также их жен и подруг. Темно, и только ряд факелов тики освещает всех. Это выглядит одновременно волшебно и зловеще. Может быть, это потому, что там несколько зомби и кровавых убийц с бензопилами.

Я замечаю Кимберли на другом конце двора, стоящую с двумя ее подружками. Я иду и случайно врезаюсь в кого-то. Будучи неуклюжим человеком, я спотыкаюсь о ноги и почти падаю, но мужчина поддерживает меня.

— Мне так жаль, — выдыхаю я. — Кажется, я тебя