Сваха. Аферистка для беса - Алёна Цветкова

— Да, ладно, — отмахнулась я. — Чего уж… Я все понимаю.

— Нет, Аля, не понимаешь, — покачал он головой. — Ад очень непростой мир. Здесь все не так, как у там, у вас. Из-за климатических особенностей самая большая ценность в аду — это материальная пища. Сейчас, правда, мы выращиваем растения в теплицах, поэтому недостатка в ней нет, но уважение к еде осталось в наших генах… Когда-то у моего отца была самая большая теплица в нашем городе, — в его голое послышалась тоска. Но он не поддалке ей и взял себя в руки. — Поэтому все, что связано с едой в нашем мире надо умножать не на два, а на тысячу. И мама, когда швырнула тебе тарелку, показала, что презирает тебя больше, чем ценит пищу, которую тебе дает…

— Ничего себе, — покачала я головой, — никогда бы не подумала…

— Мы почти пришли. — Мы с Вайем уже добрались до выхода из Вонючего тупика. — Моя Летиса живет в соседнем переулке… Поэтому мама ее не любит, она до сих пор считает, что оказалась в трущобах по ошибке и скоро снова вернется в наш дом на центральной площади. Поэтому все, кто живет здесь, недостойны ни ее, ни меня…

— Вы потеряли все из-за смерти отца? — ляпнула я, и только потом прикусила язычок, слишком бестактно это прозвучало. — Прости…

— Нет, — мотнул головой Вай. — Из-за его самоуверенности. Он захотел построить самую большую теплицу в аду и прославится. Набрал кредитов… А платить вовремя не смог. Все ушло с молотка: и недострой, и действующая теплица, и городской дом, и дом за городом… Осталась только огненная повозка. Отец так любил ее, что готов был остаться без штанов лишь бы сохранить ее. На ней он и разбился буквально через несколько дней, после того, как мы переехали в Вонючий тупичок. А мы, кстати, пришли…

Мы остановились у неприметной двери. В переулке не воняло. А в остальном все оказалось точно так же, как в Вонючем тупичке: горы мусора, старые, обшарпанные стены, лужи и грязь.

Вай поднял руку и быстро и коротко постучал:

— Летиса, это я… открывай!

— Вай! — в распахнувшуюся дверь выпорхнула девушка. Симпатичная, даже несмотря на сине-зеленый цвет кожи и огромный нос. Или я уже привыкла к чертям⁈ — А это кто⁈

Она уставилась на меня во все глаза. И прежде чем кто-то из нас успел ответить, ахнула:

— Попаданка⁈ Настоящая⁈ Но зачем ты ее привел сюда⁈ — возмутилась она.

И сразу мне разонравилась. Давать себя в обиду я не собиралась, поэтому, широко оскалившись в лживой улыбке, протянула ей руку и представилась:

— Привет, меня зовут Аля. И я невеста Вайя.

А что? Нечего смотреть на меня, будто бы я плесень!

— Вай⁈ — Летиса растерянно взглянула на черта.

— Я все объясню. Позволь нам войти. Уже очень холодно. И мы голодны… Мама устроила очередную демонстрацию, — он устало вздохнул.

Летиса на мгновение задумалась, пристально вглядываясь в жениха. А потом кивнула и отступила назад, позволяя нам войти:

— Входите… Но, Вай, если мне не понравятся твои объяснения, я попрошу вас покинуть мой дом. Я не собираюсь принимать у тебя попаданку. Тем более, если ты назвал ее невестой. Что это, вообще, за блажь такая⁈ — воскликнула она.

— Летиса, — Вай шагнул внутрь и, тяжело вздохнув, обнял любимую, — все не так, как кажется. Это понарошку. Чтобы убедить маму дать согласие на наш с тобой брак. И у нас получилось. Мы подписали соглашение… И, вообще, я скучал, — прошептал он и, несколько не стесняясь моего присутствия, впился жадным и жарким поцелуем в ее губы. И она, на миг замерев, ответила на поцелуй с такой же страстью.

Мне даже не по себе стало… Я ощутила себя третьей лишней. Как будто бы пришла к ним в дом свечку подержать. Ужасное чувство. Невольно отступила к двери. Потопталась в темном коридоре… Часики тикали, черти целовались…

— Кхм, — прокашлялась, — не забывайте, что я тоже здесь. И, вообще…

— Вай, — выдохнула Летиса и тихо рассмеялась, пряча лицо на груди черта. — Я тоже соскучилась… Но почему она… Аля, да?.. говорит, что ты ее жених, если твоя мама дала согласие на наш брак?

Она подняла голову и взглянула ему в лицо. Счастливая, доверчивая… Я тоже когда-то была такой же дурой. Когда не знала, что любовь — это ложь.

— Потому что потому, — буркнула я. Настроение почему-то испортилось. Захотелось послать всех подальше и вернуться в свою комнату. Там я хотя бы смогу закрыть дверь и никого не видеть.

— Мама еще не подписала документы, — кивнул Вай. — Ты же знаешь, какая она. Будет тянуть до последнего, но, поверь, согласие у меня в кармане.

— Я не понимаю, — захлопала ресницами Летиса.

— Давай ты нас сначала накормишь, а? А то у меня с обеда маковой росинки во рту не было, — вздохнул черт. — А потом я тебе все расскажу. И тебе, и Але…

И Летиса, ахнув и всплеснув руками, кинулась вглубь кухни.

* * *

На ужин у Летисы была пшенная каша с мясом. Вернее с тонкими прожилками чего-то, очень похожего на мясо. И, вообще, обстановка в крохотном домике из одной комнаты и кухни, оказалась существенно беднее, чем в доме Вая. На кухне стоял всего один стол, на котором и готовили, и ели, крохотная печка, труба которой выходила в приоткрытую форточку и две табуретки. Чтобы сесть с нами, Летиса притащила из коридора обувницу.

— Рассказывайте, — потребовала она, когда мы с Вайем выскребли тарелки. Я положила ложку и довольно облизнула губы. Голод лучшая приправа, говорила моя бабушка, и сейчас я убедилась насколько она права.

— Хорошо, — кивнул Вай. — Я встретил Алю сегодня. Она моя подопечная, и я должен помочь ей подтвердить жизнеспособность.

— Но обычно ты так не делал? — удивилась Летиса.

— Она оказалась убедительна, — фыркнул черт. — К тому же мы и раньше говорили с тобой, что премия это наш единственный шанс быть вместе, если мама