Чертоги солнца - Тата Филатова

душила; спасаясь от неё, я вломилась в салон первой попавшейся машины, села за руль, залезла под руль, без запинки замкнула провода и выжала сцепление, газ. Машина дёрнулась, я слишком грубо обошлась с механикой, но не заглохла, повиновалась. Я могла добраться куда угодно сама, без машин, но могла напасть на кого-нибудь по пути, железный корпус машины послужит хоть какой-то преградой. Я бросила взгляд на лобовое зеркало, мое лицо стало другим, теперь на меня смотрел хищник. Глаза блестели, круги под ними просвечивали сквозь тональник, черты лица стали острее, челюсти как будто выдвинулись, так что рот не закрывался до конца. Я чувствовала прилив неудержимой ярости, который был больше и сильнее меня, он владел моим телом, гнал вперёд в поисках жертвы и подавлял разум. Я выдавливала из движка максимум. Мимо проносились другие машины, свет фар бил в воспалённые глаза. Из салона я чувствовала запахи всех людей на остановках, у дороги, в машинах, я готова была лихо развернуться и наброситься на первого встречного. Но я терпела. За полтора века я выдрессировала в себе стойкость и терпение, насколько это было возможно. В поисках запаха жертвы мои лёгкие наполнялись воздухом. Воздухом, который не поступал в кровь. Вдох, выдох. Все запахи, поступающие с ним, сводили меня с ума. Даже запах кожи на руле. Надо не дышать. До леса ехать ещё около часа. Дальше от города пустеет трасса. Одна девушка, завидев мою машину, стала голосовать на дороге. Я стиснула зубы и пронеслась мимо неё. Нужно охотиться, нужно убивать, но я не убиваю, только пью, моё самообладание велико. Тряхнула головой. Терпи. Становится невыносимо, мои когти разорвали кожу на руле. Так, спокойно! Тебе ещё возвращать эту машину! И вдруг время исчезло. Оно превратилось в туман перед моими глазами. Не помню, где я остановилась, как вышла из машины, помню лишь, как влетела в чащу леса… Я не люблю этого делать, но не могу без этого.

Я вернулась домой перед самым рассветом. Поставила машину на место.

3

Два дня просидела взаперти, забившись в угол, обхватив руками колени, лишь изредка вставая, чтобы проверить, действительно ли всё заперто. Перед глазами вертелись картинки той ночи. Не разбила ли я машину? В каком состоянии я её вернула? Видел меня кто-нибудь? Где Ден? Я сидела, раскачиваясь из стороны в сторону, стараясь ни к чему не прислушиваться и никуда не смотреть.

Денис пришёл, когда ночь уже подходила к концу и рассвет близился, а я так и сидела взаперти. К тому времени я нашарила «Героя нашего времени» в своей связке книг и принялась перечитывать, чтобы отвлечься – очередной пример, как отрешённая холодность и одиночество выглядят такими прекрасными в глазах людей. Трагедия личности, не похожей на прочих. Я бы не купилась.

Ден явился вместе с рассветом. Я отворила ему дверь, прячась за косяком. Вместе с ним вошёл теплеющий воздух, утренняя синева и пугающий запах рассвета.

Я взглянула на него сквозь налипшие на лоб волосы и звонко процарапала когтями по стене. Нашёл когда приходить.

– О моя королева, не вели казнить, вели слово молвить!

Ему это не помогло.

– Я бежал, как мог, но подлое солнце всё равно опередило меня, а ещё я немножко проспал в своей каморке… Но у меня есть очень ценная информация! Так что не ешь меня, я тебе ещё пригожусь, – улыбнулся Ден.

– И что ещё за информация?

– Позволь, я сяду, уйду до рассвета.

Я кивнула, чтобы он проходил в зал. Ден плюхнулся на диван, который ответил ему на это прежним визгливым скрипом, я встала напротив, скрестив руки на груди.

– В общем, для тебя настал исторический день! Дело обстоит так, – воодушевлённо начал он, поглаживая нос. – Я помимо прочего, занимаюсь краеведением, изучаю историю города, семейные древа различных старинных родов, изучаю документы, посещаю архивы, воссоздаю потихоньку историю родного края, в общем, долго и очень скучно.

– И попутно старинные картины к рукам прибираешь, помню.

– Мне их так и не отдали, кстати, но не суть. Я договариваюсь с директорами, они пускают меня в хранилища к редким и ценным документам.

– Ну договариваться ты точно умеешь.

– Ну-ну! Не перебивай меня, ты мешаешь мне сосредоточиться! В общем, в этом городе, в старинной части, сохранились постройки девятнадцатого века, и в этих старинных, в основном дворянских и купеческих, домах сейчас расположены музеи. Когда я занимался в одном из них, то нашёл парочку любопытных вещей. Собственно, с этого и начались мои поиски тебя. Мне даже пришлось устроиться туда на работу, и удостоверение осталось. Одна из тех вещей тебя очень заинтересует.

– Любопытство меня уже съело, – уныло протянула я.

– Хах! А вот и посмотрим, какая ты будешь, когда я скажу тебе, что-о – барабанная дробь и фанфары – это-о фотография!

– Чего?

– Того!

– Ф-фотография? Какая?

– Твоя! Сохранилась фотография, представляешь? По ней я тебя и узнал! Ты там выглядишь младше, чем сейчас, конечно, но портретное сходство очевидно. И… тебе плохо? Присядь! Может, принести тебе воды?.. Принести чего-нибудь?

Я пустыми глазами уставилась на Дениса. Потом схватила его за плечи, не рассчитала и сжала слишком сильно, там что-то хрустнуло. Я резко разжала руки, какой-то комок распирал горло.

– Какого чёрта? Что ты сейчас сказал?

– Да! – Он закивал, обхватив себя. – Я видел тебя на старинном фото. Кажется, у меня защемило лопатку.

– Ты уверен, что это была я?

– Да. Ну ты там вся такая накрахмаленная, но это точно ты.

– Может, это не я, а похожа просто!

– Нет, это ты. Я же не дурак. Я всё изучил. Фамильные древа, помнишь?

– Подпись какая-то есть?

– Конечно, есть! Наши именитые дворяне Ольховские.

– Сегодня! – Я крикнула неземным голосом, стакан на подоконнике треснул, а Ден с воем зажал уши.

Я, должно быть, протёрла пол, шагая взад и вперёд по комнате. Денис сказал, что в музей просто так не проникнуть. Там охрана и сигнализация. Он со мной не пойдёт, не хочет, видите ли, портить репутацию, поэтому только покажет мне, где находится этот дом. Мы договорились встретиться в полночь.

У меня мысли путались, и я не могла даже сидеть: это было просто немыслимо! Мне необходимо увидеть это фото своими глазами! Как в этом городе могла оказаться моя фотография? Может, Ден что-то перепутал? А если нет? Тогда что я делала здесь больше полутора века назад? Жила как обычный человек? Я не понимаю. Я ничего не понимаю…

Вечером, как назло, начался дождь. Меня это, конечно, не остановило. Мы с Денисом доехали