Запретная для авторитета. Ты будешь моей - Мила Младова

— Хорошо, — она кивнула, а потом начала плакать.

— Мам, все наладится, слезами тут не поможешь. Давай лучше проводим всех и уберем со стола.

Наумовы ушли, но я задержалась подольше, как и планировала.

Мама вышла со мной, когда я уже уходила, и сказала:

— Вчера я говорила с твоим отцом по телефону. Он беспокоится о тебе. Его огорчает, что он не может защитить тебя.

Да уж, будь здоров, был бы защитничек. Пришил бы Литвинова или Теряева и был таков.

— Осторожнее, Агата, пожалуйста, — она крепко обняла меня. — Я так люблю тебя, моя девочка.

Я похлопала ее по спине.

— Я тебя тоже, мам.

— Господи, ну кто бы это мог быть? За что же это на нас? — причитала она, все еще не выпуская меня из своей железной материнской хватки.

Вырвавшись из ее объятий, я повернулась. И у меня перехватило дыхание, когда я увидела, как Герман вылезает из машины Олега и разговаривает с ним через опущенное стекло. Быстро посигналив в знак приветствия, Олег скрылся с глаз. Затем Герман зашагал навстречу нам, не сводя с меня внимательного взгляда. Решил взять дело в свои руки?

Как всегда плавно, он протянул руку, взял меня за плечо и аккуратно притянул к себе.

— Ты что тут делаешь? — Фыркнула я.

Герман не ответил мне, вместо этого он повернулся к маме.

— Вы, должно быть, мама Агаты.

— А вы, наверное, Герман, — она изучила его с ног до головы. Я знала, что Герман ей понравится. Кому бы не понравился такой холеный красавчик? И он, к тому же, как нельзя лучше соответствовал маминым представлениям об опрятности.

— Приятно с вами познакомиться, — сказал Герман.

— Взаимно. Я много слышала о вас. Как я понимаю, вы встречаетесь с моей дочерью — теперь, когда убедились, что она достойна большего, чем просто секс.

Я поморщилась, но Герман только улыбнулся в ответ на этот укол.

— Я всегда знал, что она достойна большего. Я просто не был уверен, что смогу дать ей большее.

— А теперь уверены?

— Теперь да.

Несколько мгновений она молча смотрела на него.

— Тогда жду вас в гости в воскресенье. В субботу я занята. Будет приятно побольше вас узнать, Герман.

— Мы придем, — быстро согласился он, а сразу после потянул меня за собой в сторону моей машины.

Глава 8

Забравшись внутрь машины, я застегнула ремень безопасности и сказала:

— Маме ты понравился.

— Еще бы.

Я помахала маме напоследок, прежде чем выехать на дорогу.

— Я удивлена, что ты не захотел вести машину.

— Если бы мне пришлось следить за дорогой, я не смог бы следить за тобой.

От жара его взгляда у меня загустела кровь, и я невероятно остро ощущала что он сидит так близко. Достаточно близко, чтобы прикоснуться к нему, попробовать на вкус и...

В зеркале заднего вида я увидела красные и синие мигающие огни. Я застонала.

— Ну вот, началось.

Герман напрягся.

— Что началось?

— Это Артур Баранов, — сказала я, останавливая машину. — Он любит останавливать меня просто чтобы поприкалываться. Каждый раз делает одно и то же — просит показать права, документы на машину и страховку и засыпает меня вопросами. Обычно он даже штрафов мне не выписывает, просто треплет нервы.

— Ну пусть попробует.

Угроза, прозвучавшая в словах Германа, заставила меня повернуть голову в сторону и посмотреть на него. Я думала, что увижу на его месте разъяренного быка, но он был поразительно спокоен.

Я чуть не подпрыгнула, когда мне постучали в окно. Когда я опустила его, Артур усмехнулся.

— Какие люди. Агата Стрельникова.

Сдерживая свое желание, харкнуть ему в рожу, я сказала:

— Привет, Артур. Прекрасная погода, не правда ли?

— Да. И, похоже, сегодня ты… — затормозил Артур, заглядывая в машину. — Герман? — он произнес это имя так, как будто он очень хорошо знал Германа. — Я не знал, что ты знаком с Агатой.

— Странно, что Лена не сказала тебе, — Герман пожал плечами. — Причина остановки?

В его тоне снова прозвучал намек на угрозу.

Артур весь как-то сжался, и я увидела, как он борется со своей гордостью. Когда он поднял подбородок, я поняла, что гордость победила.

— У нас рейд по проверке документов.

— Понятно, — Герман открыл пассажирскую дверь. — Сиди тут, Агата.

Широко раскрыв глаза, я потянулась к нему.

— Герман… — но он уже вышел из машины.

Черт. Артур отступил от моего окна и повернулся лицом к Герману, когда тот обогнул машину.

— Слушай, это моя работа...

— У тебя проблемы с Агатой, — Герман говорил спокойно, но угроза сквозила во всем его облике. — А это значит, что теперь у тебя проблемы со мной.

Точно оценив ситуацию, Артур ахнул.

— Ты с ней? Вы…? Ты хоть знаешь кто она такая? Ее папаша — убийца. Ты вообще в курсе?

— Марк грохнул кого-то? Не слышал об этом.

Щеки Артура покраснели от ярости, и он сжал кулаки.

— Она не дочь моего отца. Она дочь обычной шлюхи. Никакого отношения к нашей семье она не имеет.

— Так какого черта ты и твоя бывшая не можете оставить ее в покое? — рот Артура захлопнулся. — Для меня ты никто. Никто. А вот Агата для меня многое значит. Она моя. И если ты думаешь, что можешь позволить себе вытворять такие трюки, то задумайся еще и о последствиях. У тебя есть десять секунд, не больше, чтобы убраться с моих глаз. Если ты этого не сделаешь, я сделаю все, чтобы ты никогда не повторил эту ошибку. И поверь мне, Артур, ты не хочешь такого развития событий, — затем он что-то прошептал. Что-то слишком тихое, чтобы я могла уловить.

Сглотнув, Артур перевел взгляд с Германа на меня... а потом бросился к своей машине.

Герман сел обратно.

— Ты как, родная?

— Что это только что было?

— Ты о чем? — его брови нахмурились.

— Ты только что угрожал полицейскому. Но он просто испугался тебя и сбежал, как будто его отлупили ссаными тряпками? Почему?

— Он все правильно сделал, — что это значит? Я просто уставилась на Германа, надеясь, что он скажет что-то еще, но он молчал.

Его рука погладила мое колено.

— Поехали, Агата.

— Откуда он тебя знает?

— Меня многие знают.

Я стиснула зубы.

— Почему он так боится тебя?

Герман провел пальцами по моим волосам.

— Он трус. Все трусы знают по опыту, когда имеют дело с кем-то, с кем у них нет никаких шансов справиться. Думаешь,