Мачо для стервы - Татьяна Романская

Я чувствую, что она едва сдерживает смех. Я идиот. Убейте меня сейчас же.

— Прости. Продолжай. Я до сих пор не могу понять, как я оказался в твоей постели.

Яна наклоняет голову, изучая меня.

— Ты очаровашка. И твоя репутация секс-машины идет впереди тебя. Я подумала, что если у кого и есть шанс что-то изменить, так это у тебя.

Я тоже так считаю.

— Но мой отец, как всегда, подумал, что я просто нашла себе парня. Он не думает, что я могу сделать что-то полезное для нашего бизнеса. Предложил мне как-нибудь пригласить тебя в гости. Не стоит и говорить, что я обиделась. Он никогда бы не отмахнулся от моего брата. Так что вчера я делала все… назло.

В своей короткой речи она перечислила столько личных подробностей, что мне захотелось зацепиться за них и продолжить. Но есть одна, которая особенно волнует.

— Ты сказала своему отцу, что мы…?

— Нет, — она взмахивает рукой, подчеркивая, что у меня сложилось неверное впечатление. — Это был скорее тайный злобный жест. Я знаю, звучит глупо. В любом случае, это обернулось против меня, потому что теперь ты, похоже, тоже не заинтересован в деловых разговорах со мной. Очень жаль. У меня есть новаторские идеи, которые я могла бы предложить твоей компании.

— Подожди, — я поднимаю руку, чтобы она остановилась. — Во-первых, я уже впечатлен. Во-вторых, я не женоненавистник. Мне будет интересна любая твоя идея. Я уже пытаюсь прикинуть, где она может нам пригодиться.

— Главный партнер твоего отца скоро уходит на пенсию, и я знаю, что теперь нужен кто-то новый у руля. Сейчас нет никого, кто мог бы занять его место.

— Да, я согласен. Только это не входит в мою зону ответственности. Если хочешь, чтобы я связал тебя с руководством…

Она складывает руки на груди и бросает на меня строгий взгляд.

— Не стоит строить из себя непонятно кого. У вас контрольный пакет акций, это я знаю точно.

— Контрольным пакетом акций владеем не мы, — как бы сильно мне не хотелось обратного.

— Твой брат получил контрольный пакет акций около пяти лет назад.

— Нет, не получил.

— Получил, — настаивает она, в ее тоне сквозит разочарование. — Ты реально не в курсе? Просто все делали вид, что ничего не произошло, чтобы не раскачивать лодку.

Она так уверена, что я начинаю сомневаться в собственной информации. Игорь многого мне не говорит. Это большой бизнес, а я работаю здесь только с тех пор, как в прошлом году закончила магистратуру. Так что вполне возможно, что у нас есть сделки, о которых я не совсем в курсе.

Если ее предположения верны, это объясняет заинтересованность Игоря в заключении более крупных сделок.

Вообще-то, в этом есть смысл.

Настает моя очередь изучать Яну.

— Откуда ты все это знаешь?

— Ну, я знаю об этом от своего отца. Ты же видел меня с ним.

Да, видел. Это именно тот человек, на которого мой брат надеялся произвести впечатление. А я пошел и трахнул его дочь. И его дочь не была удовлетворена. Ситуация начинает попахивать жареным.

Я сжимаю руку в кулак и провожу ею по лбу.

Кусочки пазла не складываются, но я начинаю чувствовать, что когда они сложатся, все будет еще хуже, чем сейчас. Если это вообще возможно.

— Но вообще, большую часть информации мы получили от моей мачехи…

— Твоей мачехи?

Прежде чем она успевает ответить, раздается сигнал звонка. Три длинных гудка, а затем голос Наташи заполняет эфир.

— Матвей, я подумала, что тебе будет интересно узнать, что только что звонил Игорь, и он уже здесь. У них назначена встреча с Александром Ивановичем Черных, если ты понимаешь, о чем я.

Да, я знал, что дальше будет хуже.

Яна вскакивает со стула.

— Вот черт. Мой отец не знает, что я здесь. Если он узнает, то мне конец, — куда уж хуже.

Я встаю и иду к ней.

— Тогда нам лучше уйти, пока они не поднялись сюда. Пойдем. Мы можем выскользнуть в… — я уже собираюсь сказать “в мой кабинет”, но вспоминаю, что изначально соврал. — В другой мой кабинет.

Она выглядит смущенной — естественно, — но не колеблется, когда я кладу руку ей на плечо, чтобы чтобы направить ее к выходу.

Я открываю дверь, но вместо того, чтобы выйти, ее глаза увеличиваются вдвое.

— Черт! — она поспешно прячется за мной, побуждая меня снова закрыть дверь.

Мне не нужно спрашивать, почему, я тоже заметил их.

Я закрываю дверь и прижимаюсь к ней спиной. Проводя рукой по волосам, я заставляю себя придумать что-нибудь. И побыстрее.

Выглядя еще бледнее, чем обычно, Яна начинает вышагивать по комнате и ругаться.

— Черт, черт, черт!

Есть еще один путь к спасению из этого кабинета — лифт, ведущий на этаж выше. Раньше, когда Игорь был холостяком, он жил там. Теперь там живу я, но поскольку моему брату не очень нравится идея, что я могу свободно заходить в его кабинет когда захочу, он лишил меня доступа к лифту.

Как будто верхний этаж — это единственный способ заглянуть в его кабинет без приглашения.

В любом случае, я знаю, где он хранит ключ-карту. Не уверен, что у нас есть время его достать, но мы можем попробовать.

— Сюда, — взяв Яну за руку, я тяну ее к шкафу. Затем, когда я понимаю, что у нас совершенно нет времени на то, чтобы взять ключ, пересечь комнату, вызвать лифт и выбраться из кабинета до того, как войдет мой брат, я затаскиваю Яну к себе и закрываю дверь.

Теперь я прячусь от брата в шкафу его кабинета с единственной девушкой на Земле, которая не хочет со мной переспать.

А шкаф ужасно маленький. Тесный настолько, что нам приходится прижиматься друг к другу очень плотно, чтобы поместиться внутри.

Хм.

Может быть, все не так уж и плохо, как я думал.

Глава 9

В шкафу оказалось достаточно места для двух человек. Хотя он и предназначен только для хранения нескольких пальто или курток, не более. К счастью, сейчас конец августа, так что кроме нас, пары пиджаков и куртки здесь только крючок, на котором висит ключ-карта от лифта.

Я смотрю на нее и думаю, есть ли у нас время время, чтобы попытаться добраться до моей квартиры. Ее отец и Игорь все еще не вошли в кабинет — мы бы их услышали.

— Ты уверен, что они идут сюда? — спрашивает Яна,