Последователи - Иса Белль

Мы никогда не ругались, но любили спорить. Хотя в большинстве своём наши мнения совпадали, а спор становился лишь причиной для того, чтобы заняться сексом, после которого нам было легче прийти к заранее готовому компромиссу.

Я облокотился на перила, стоя на балконе своей комнаты. Все, кто когда-то жил в этом особняке, остановились в спальнях, а Доминику и Авроре выделили гостевую.

Возможно, моя идея пожить вместе делала всё только хуже, однако мы не могли позволить Талии быть одной. Когда-то Дэниел уже охотился за одной из Наследниц прямо на территории Ндрангеты. Моя сестра не станет его следующей целью.

Свежий воздух глубоко проникал в мои лёгкие.

Только это не помогало.

Единственное, что могло успокоить меня прямо сейчас – жена, которая злилась на меня и, кажется, отказывалась даже разговаривать со мной. Я сделал этот вывод, когда Кая скрылась в ванной сразу после того, как я нашёл её в спальне в компании Авроры. Я слышал, как они смеялись, болтая о чём-то, прежде чем я разрушил их идиллию. Моё присутствие изменило повисшее в комнате настроение.

Блядь.

Кая всегда принимала мою сторону. Ей было известно, как сильно я винил себя за произошедшее с Талией и что не мог простить себя за то, как обращался с ней в прошлом. Она думала, будь у меня шанс, я бы всё изменил. Извинился и объяснился бы перед ней.

Но я бездействовал.

Она разочарована мной.

Я раздумывал над тем, чтобы ещё ненадолго оставить её одну и обратиться за помощью к лучшему другу, который мог вправить мне мозги своими кулаками.

Может, тогда я бы собрался и сделал хоть что-нибудь.

Себастьян и Джулия, закурившие на крыльце, привлекли моё внимание. Они составляли друг другу молчаливую компанию, однако девушка обнимала моего брата, подсказывая, что не злится на него.

Наши жёны сильно отличались.

И это было тому доказательством.

Если Кая откажется говорить со мной, я всё-таки попрошу Доминика навалять мне. Он не откажет.

Перестав прятаться, я повернулся и выбрался из своего убежища. В этот же момент Кая вышла из ванной. Её шоколадные волосы казались на несколько тонов темнее из-за побледневшего лица, а взгляд, который она так и не подняла на меня, хотя видела, что я стою всего в нескольких метрах, заволокла пелена.

Моя жена выглядела неважно. Это было не похоже на неё. Обычно, даже в самые тяжелые времена, она всегда встречалась лицом к лицу с тем, что уготовила ей судьба. Мой боец. Сейчас же казалось, будто что-то действительно удивило её. Поразило. Сбило с ног.

– Что случилось? – Я нахмурился, наклонив голову.

Это из-за меня? Если я довёл её до такого состояния, то Домиником дело не обойдётся. Кто-то должен будет убить меня и воскресить обратно, потому что я провёл слишком мало времени с этой женщиной.

Она проигнорировала меня, словно не услышала, находясь глубоко в своих мыслях. Я напрягся и приблизился к ней.

– Что случилось, Кая?

Она моргнула, немного придя в себя, и медленно покачала головой, продолжая не смотреть на меня. Я взял её за подбородок и потянул к себе, чтобы всё-таки встретиться с голубыми глазами, которые никогда не обманывали меня, даже если их обладательница пыталась что-то скрыть. Когда-то пыталась.

Пока мы не поняли, что являемся продолжением друг друга и лгать одному из нас равносильно тому, чтобы лгать самому себе.

– Что…

– Я знаю, мы хотели подождать, пока не разрешим большую часть проблем, – перебила меня Кая, не дав повторить один и тот же вопрос в третий раз. – Но, кажется, с нашей семьей это невозможно. – Совершенно точно. – С нами постоянно что-то приключается!

Она улыбнулась и дёрнула головой, вырываясь из моей хватки. На её глаза навернулись слёзы.

Я опустил руку, больше не удерживая Каю, и стал следить за ней. За тем, как часто приподнималась её грудь, будто она задыхалась. За губами, которые изгибались в улыбке и возвращались в прежнее положение, как это случалось, когда человек находился на грани истерики.

В конце концов она выдохнула, выпрямилась и подняла голову, взглянув на меня.

– Детям будет весело с нами.

Детям?

Что?

Мир замер в то мгновение, когда она протянула мне руку, которую всё это время держала за спиной. Я опустил голову, и Кая разжала кулак, чтобы я смог увидеть тест на беременность.

Две полоски.

– Ты беременна, – понял я.

Икнув, она кивнула.

– Похоже на то.

Беременна.

Беременна.

– Я сделала только один тест. Это может быть ошибка. Мне…

Я заткнул свою жену до того, как она успела договорить, обхватив её лицо ладонями. Мои губы столкнулись с её в жадном поцелуе. Она стала отходить назад из-за напора, с которым наши рты врезались друг в друга, пока не ударилась спиной о стену. К тому времени одна из моих рук уже лежала у неё на затылке, чтобы смягчить удар.

– Надеюсь, это не так.

– Что именно? – прижавшись своим лбом к моему, выдохнула она.

– Это не может быть ошибка. Не хочу, чтобы это было так.

Из её глаз пролились первые слёзы.

– И я, – прошептала Кая. – До сегодняшнего дня я не думала, что так сильно этого хочу.

Я тоже.

– Я тоже, – произнёс вслух, чтобы она знала и не сомневалась на мой счёт.

Я определённо чувствовал страх, но ещё больше — счастье. По-другому и быть не могло. Как иначе? Женщина, ставшая моим домом, собиралась подарить нам ребёнка. Это больше, чем я заслуживал.

Она – больше, чем я должен был получить.

Справедливости не существовало, иначе такая, как она, никогда бы не полюбила такого, как я.

Просыпаться и видеть её рядом до сих пор казалось мне не до конца правильным. Я смотрел на свою спящую жену и спрашивал: «За что?». У неё был шанс уйти, однако она выбрала остаться. Выбрала меня. Нас. Ребёнка, который теперь у нас будет.

Мы снова поцеловались.

Многие считали Себастьяна безэмоциональным существом, но, как выяснилось, внутри него жил ураган из чувств, который он просто тщательно скрывал от общества.

В отличие от меня.

Я знал, как чувствовать только злость. Больше ничего. Она сидела глубоко во мне, медленно уничтожая изнутри.

Пока одна храбрая женщина не вдохнула в меня жизнь.

До Каи я знал, как чувствовать только злость.

Она стала открытием для меня. С ней я впервые ощутил счастье, благодарность и спокойствие.

Когда кислород в наших лёгких закончился, мы оторвались друг от друга, но на моих губах остался солоноватый