Однажды в сердце демона - К. М. Моронова

В его устах это звучит так, будто я умру, и никто больше меня не увидит. От этого сводит живот. Этот герцог правда так ужасен? Я закусываю нижнюю губу и изо всех сил стараюсь держать страх под контролем.

— Сегодня мы отпустим тебя с божественной песнью, — он наконец встает, и я снова могу дышать. — Пойди и собери свои вещи в казарме. Попрощайся. Я найду свидетеля, который отправится с тобой в Девицит и подтвердит, что свадьба состоялась.

— Да, мой король, — я почтительно склоняю голову. Божественная песнь не звучала годами. Последний раз я слышала ее, когда была маленькой. Прошу, пусть они услышат нашу просьбу о мире, молю я.

Обратно в казарму я иду будто в тумане. Мой разум перегружен от того, что это правда происходит. Ну, если считать, что я правда переживу эту ночь. Если я проснусь завтра утром, значит, моя судьба и правда изменилась, и я наконец смогу снова жить.

Став женой демона.

ГЛАВА 3

АЛИРА

Корин встряхивает последней простыней, прежде чем разложить ее на столе и сложить края вместе. На этой неделе она отвечает за стирку. Так было с самого начала временной петли, так что я понятия не имею, чья очередь будет следующей, но рада, что сама освобождена на всю неделю от обязанностей в казарме.

— Ты в порядке? — Корин кладет простыню в корзину для хранения. — Выглядишь так, будто увидела демона, бегущего по замку, — она слегка ухмыляется, взмахивая рукой. Но от того, что выражение моего лица еще больше наполняется ужасом, она тут же выглядит встревоженной. — О боги, ты и правда видела кого-то из них?

Я качаю головой.

— Нет, но мне нужно кое-что тебе рассказать.

Пока я рассказываю про мирный договор и то, что случится в течении пары часов, Корин садится на другой конец кровати и скрещивает ноги.

— Тебя отправят к ним в качестве невесты? Но мы можем победить, Алира! Ты не должна этого делать, — ее глаза наполняются злыми слезами. Я понимаю ее веру в то, что силы полубогов смогут одержать победу над демонами, но она не представляет, как сильно ошибается.

Я видела все возможные исходы сегодняшней битвы. И в каждом из них мы все погибали.

Сжав губы, я беру ее за руку.

— Мы не победим, Корин. Это единственный способ принести в королевства мир. Сыграть такую роль — честь для меня, — хотела бы я придать уверенность своим словам.

Ее лицо искажается от боли.

— Я ведь никак не смогу тебя отговорить, да?

— Боюсь, что нет, — с грустью шепчу я.

Какое-то время она обдумывает новости.

— Я ведь еще увижу тебя однажды, правда?

— Надеюсь, — я успокаивающе улыбаюсь ей, но улыбка не касается моих глаз.

Она вытирает лицо рукавом, прежде чем встать и взять ожерелье из прикроватной тумбочки. Корин протягивает его мне.

Я тоже встаю и протягиваю руку. Она подхватывает мою ладонь снизу и кладет украшение мне на ладонь, хмурясь будто от невыносимой тяжести.

— Всегда держи его при себе. Так я буду с тобой, — мягко шепчет она.

Взяв серебряную подвеску в виде сердца, я крепко обнимаю ее за плечи.

— Спасибо тебе, Корин.

Колокола в часовне звонят, возвещая, что солнце сядет через пять минут. В прошлом это означало отбытие бога солнца и призывало помолиться, поблагодарить его за прошедший день. Сейчас мы используем его только для смены караула.

Я начинаю собирать с собой те вещи, которые могут пригодиться. Это не занимает много времени, потому что вещей у меня не много. Остаться сиротой, вырасти и стать рыцарем — при такой жизни не получается владеть роскошью, и, если уж на то пошло, даже какими-то из вещей.

У меня даже нет фамилии. Ни у кого из сирот-полубогов ее нет.

Я беру с собой кинжал, который был при мне с тех пор как я научилась ходить. По словам настоятельницы приюта, он был единственным, что оставила мне родная мать. Насколько я могу судить, на клинок не наложено чар, но боги и не славятся предсказуемостью.

Кроме доспехов у меня нет приличной одежды, так что я нахожу самую чистую кожаную броню и натягиваю ее на себя, прежде чем облачиться в доспех.

Шлем я держу в руках, бросая последний взгляд на свою кровать и хмурясь. Это не много, но вместе с тем все, что у меня было. Братство рыцарей было всем, что я знала.

Корин молча идет рядом, пока мы следуем во внутреннюю часть замка. Она одета в бежевые одежды для молений, вышитые золотистыми бусинами и с красными завязками на капюшоне. Как и все остальные в королевстве, кто не находится на посту по приказу короля. Он действительно хочет проводить меня как подобает, с божественной песнью. От этой мысли я вздыхаю. Почему мы следуем старыми путями? Боги нас не услышат. Они и раньше никогда не слышали. Я оглядываю стены, пытаясь получше запомнить их на случай, если демоны решат запереть меня в темной комнате до конца дней.

Старинные картины изображают божеств. Некоторые показывают мирные моменты их взаимодействия с людьми и полубогами, другие же — их жестокую натуру.

Статуи из молочного мрамора стоят вдоль изогнутых стен по пути в холл. Я не позволяю себе отвести взгляд от Венеры. Она мне не мать. Для нее я как выброшенная вещь. Но если ее наследие позволит мне принести мир последним полубогам и жестоким демонам, то так тому и быть.

Я приму свою судьбу.

Корин крепко сжимает мою руку и улыбается с такой болью, что я понимаю, что ее сердце разбито так же, как и мое. Она мне как сестра. Единственный человек в моей жизни, кто проявлял ко мне сочувствие и заботу.

— С тобой все будет хорошо. Я знаю, что мы встретимся снова, — она обхватывает мое плечо и с силой прижимает к себе.

Я закрываю глаза и обнимаю ее с тем же отчаянием.

— Надеюсь, — шепчу я и надеюсь, что она не расслышит ужаса в моем голосе. Потому что я сомневаюсь, что когда-нибудь вернусь, и не хочу, чтобы она видела, кем я стану, если у нас будет шанс встретиться.

Она медленно отпускает меня, и по ее щекам струятся слезы.

— Удачи тебе, Алира.

Я надеваю шлем и смотрю, как она уходит, чтобы присоединиться к остальным не занятым на постах рыцарям, ожидающим моих проводов на балконах.

Глядя в пол, я встаю рядом с королем и