Проданная ковбоям - Стефани Бразер

кем-либо из нас, и следует за мной в коридор, а затем вверх по деревянной лестнице. Мы проходим мимо фотографий нескольких поколений семьи и друзей МакГроу, полных счастливых воспоминаний. Интересно, что сейчас творится в голове у Тейлор. Вероятно, у нее куча вопросов и куча страхов.

— Ты можешь переодеться здесь. — Я открываю дверь в одну из свободных комнат. Тейлор, нахмурившись, смотрит на мое запястье. Я прослеживаю за ее взглядом и обнаруживаю, что она сосредоточена на красочном браслете дружбы, который Кэтрин надела мне на руку на прошлой неделе.

— Племянница Джесси, — говорю я. — Она хотела оформить нашу дружбу официально!

Когда Тейлор смотрит на меня, в ее глазах, кажется, меньше паники. Возможно, браслет и история, связанная с ним, в какой-то мере успокаивают.

Я протягиваю Тейлор платье.

— Эта комната будет твоей.

Она не смотрит по сторонам, просто смотрит на платье.

— А что, если оно мне не подойдет?

— Я уверен, что подойдет, — я говорю с полной уверенностью, но кто, черт возьми, знает. Джесси купил его еще до того, как увидел девушку, которая могла бы его надеть. Откуда он мог знать, какой размер выбрать?

— Я собираюсь и сам переодеться. Вернусь через пять минут, чтобы отвести тебя вниз.

Я отворачиваюсь, прежде чем Тейлор успевает выразить еще какие-либо сомнения. Мы все оказались в ловушке этой ситуации, объединившись в нечестивый союз. Нет смысла делать из мухи слона.

Я сижу у себя в комнате и делаю все возможное, чтобы справиться с ураганом беспорядка, который поднялся за последнюю неделю. Если сегодня и будет что-то хорошее, так это то, что рядом будет женщина, которая будет держать меня в узде. Я поправляю прическу под шляпой, смачивая локоны, чтобы они снова закрутились.

Когда я решаю, что у Тейлор было достаточно времени, я выхожу в коридор. Она стоит в дверях, одетая в свободное белое летнее платье. Она босая, и влажными пальцами проводит по волосам, заправляя их за уши. Она приложила все усилия, чтобы выглядеть соответственно своим ограниченным возможностям. По правде говоря, она прекрасна, как картинка, и излучает все то сияние, которое исходит от девушки в раннем расцвете женственности. Рядом с ней я чувствую себя старым, хотя в наши дни тридцать два года все еще считаются молодостью. У нее не было такого опыта долгих дней работы на солнце, как у меня. Я надеюсь, что она также не прошла через такое суровое детство, как мое.

— Безупречная, — говорю я ей, и она краснеет.

— Я не знаю, что делать.

— Тебе ничего не нужно делать, кроме как спуститься со мной по лестнице и встать рядом с Клинтом. Хорошо? — я начинаю идти, надеясь, что мой порыв придаст ей сил.

Джесси ждет внизу лестницы, и его глаза расширяются, когда он замечает Тейлор. Я знаю этот взгляд. Она ему нравится, но дело не только в этом. Он смотрит мимо нее, в будущее, о котором всегда мечтал, но которое у него отняли. Она как портал в его двадцатипятилетнюю жизнь. Реальность такова, уже слишком поздно, ведь прошло пятнадцать лет, за которые было перенесено очень много травм.

Клинт все еще сидит за столом, опустив руки по швам. В то время как Джесси переживает духовный опыт, Клинт выглядит как человек, стоящий перед виселицей. Ему нужно подняться по лестнице и через десять минут официально оформить этот брак. Я ничем не могу ему в этом помочь.

— Ладно, ладно. Давайте продолжим это шоу. — Я звучу как дрянной ведущий игрового шоу, но к черту все это. Свадьбы должны быть легкими и непринужденными. В это нужно вложить весь юмор, который я могу вложить.

Клинт встает, и Тейлор приближается. Они стоят слишком далеко друг от друга, поэтому я подталкиваю их поближе, положив руки им на плечи.

— Счастливая пара, — язвительно замечаю я.

Позади меня Джесси издает низкий, недовольный звук.

— Хватит болтать, индивидуалист. — Он не всегда одобряет мое веселое отношение.

Прежде чем кто-либо успеет сбежать, а вероятность этого, похоже, велика, я зачитываю клятвы. Счастливая пара говорит: «Да», и церемония заканчивается. Я заставляю их подписать документы и Джесси становится свидетелем. Мы быстро фотографируемся для потомков. И это все. Сделано. Тейлор теперь Тейлор Лоусон, официальная жена Клинта, человека, который никогда не хотел жениться.

Когда чернила высыхают, я пожимаю Клинту руку и наклоняюсь, чтобы поцеловать Тейлор в нежную щеку. От нее пахнет персиковым пирогом, моим любимым, и впервые с тех пор, как она села с нами в пикап, я жалею, что не буду сопровождать ее наверх. Вместо этого мне приходится подталкивать своего лучшего друга к неловким спариваниям.

— Пора отвести твою невесту наверх.

Клинт бросает на меня сердитый взгляд, затем направляется в коридор, забыв о том, что нужно вести свою невесту. Тейлор шаркает за ним, ее ноги мягко ступают по деревянному полу. Они выглядят такой странной парой, что я качаю головой.

Когда они оказываются вне пределов слышимости, я поворачиваюсь к Джесси.

— Это закончится катастрофой, — качаю я головой.

Он хмурится, отвергая любую альтернативную точку зрения.

— Для человека, который всю свою жизнь разыгрывает из себя джокера, ты сегодня просто жалкий засранец.

4. Претендуя на то, что принадлежит мне

Клинт

Тейлор стоит в моей спальне, скрестив руки на груди. Она выглядит такой же взволнованной, как корова, которую ведут на бойню.

Одному Богу известно, как я сейчас выгляжу.

Я провожу рукой по волосам, чувствуя, как во мне разгорается разочарование. Если бы я не был обязан Джесси жизнью, я бы ни за что не согласился на его идиотский план.

«Нам нужно найти жену», — сказал он. «Нам нужен кто-то, кто помогал бы по дому. Кто-то, кто привнес бы в это место женственность».

У него есть и другие идеи. Идеи, которыми он решил не делиться с бедной девушкой, практически съежившейся в дверном проеме.

Я знаю, что мне нужно делать. Мне нужно оформить этот брак официально, и мне нужно, чтобы Тейлор была довольна этим. Я ужасный человек во многих отношениях, но я не могу заставить женщину делать то, чего она не хочет. Я имею в виду, что она здесь. Она решила сыграть свадьбу. Она не настолько невинна, чтобы не знать, что происходит между мужем и женой. Сексуальное воспитание — обязательное условие во всех средних школах, не так ли? Но мы еще даже не целовались. Как, черт возьми, я должен привести ее к комфортному сексу?

— Закрой дверь, — говорю я ей, расстегивая манжеты своей элегантной