И девять ждут тебя карет - Мэри Стюарт

Стоит в приятном месте этот замок.

Здесь даже воздух нежит наши чувства —

Так легок он и ласков... Охрип,

Прокаркав со стены о злополучном

Прибытии Дункана, даже ворон.

Шекспир. Макбет.[3]

Мои комнаты были даже лучше, чем я могла себе представить, не говоря уже об апартаментах, в которых мне приходилось жить. Высокие окна выходили на западный фасад с балконом, из них открывался ошеломляющий вид на долину — он буквально выманил меня на балкон.

Я оперлась о каменную балюстраду и осмотрелась. Замок стоял так высоко, что казалось, будто мы находимся на одном уровне с лесом во владениях Дьедонне, за рекой Мерлон. Внизу, вдоль вьющейся ленты дороги, голые вершины деревьев волновались, точно серые облака. Балкон словно летел в золотистом воздушном просторе. К югу светились белые домики селения Субиру, похожие на блестящие игрушки.

Я обернулась. Миссис Седдон стояла, улыбаясь, у окна, скрестив пухлые руки под полной грудью.

— О, это... это чудесно! — сказала я.

— Да, красивое место, — отозвалась она материнским тоном. — Ну, конечно, многим не нравится жить в сельской местности. Я-то всю свою жизнь прожила в деревне. А теперь я покажу вам спальню, если вы пройдете со мной вот сюда.

Я последовала за ней через уютную гостиную к угловой двери, напротив камина.

— Комнаты сообщаются друг с другом, — объяснила миссис Седдон. — Они выходят или в этот коридор, или в такой же с южной стороны. Вы видели, что балкон идет вдоль всего дома. Эти комнаты в конце коридора были построены для детской, и все они сообщаются друг с другом. А вот и ваша спальня.

Спальня была еще уютнее и красивее (насколько это вообще было возможно), чем гостиная. Я сказала об этом миссис Седдон. Она с довольным видом улыбнулась, подошла к двери, которую я вначале не заметила, потому что, как и стены, она была отделана панелью цвета слоновой кости с золотом.

— Эта дверь ведет в ванную, с другой стороны находится спальня маленького Филиппа. У вас общая ванная комната. Надеюсь, ничего не имеете против?

В приюте Констанс Батчер нам приходилось выстаивать очередь, чтобы выкупаться.

— Нет, — ответила я, — не имею ничего против. Очень современно, правда? Ванная за панелями. Наверное, все привидения удрали отсюда, когда проводили водопровод и укладывали трубы. Правда, миссис Седдон?

— Никогда не слышала, чтобы в замке водились привидения, — степенно ответила миссис Седдон, — раньше здесь была кладовая, она занимала все свободное пространство между этими двумя комнатами. Потом половину отделили для ванной, а в другой половине сделали маленькую буфетную с электрической печкой, чтобы можно было кипятить чай для няни и готовить какао Филиппу на ночь. Вот она.

Приоткрыв дверь, она показала небольшую, безупречно чистую комнату, которая, казалось, служила и буфетной, и кладовой. За дверью были аккуратно расставлены и разложены вещи, необходимые в домашнем хозяйстве: пылесос, стремянка, щетки, тряпки, а рядом, среди продуманно расположенных встроенных шкафов и сверкающих стеклянными дверцами полок, находилась небольшая электрическая плита. Очевидно, на моем лице отразилось удивление, потому что миссис Седдон добавила:

— В этом крыле всегда находились комнаты для занятий, здесь вырос сам хозяин и его братья, а потом, понимаете, когда родился мистер Роул, здесь произвели изменения — со всякими электрическими штуками и всем прочим.

— Мистер Ро... Рауль? — спросила я.

— Да, хозяйский сын. Он живет в имении, которое они называют Беллвин. Это имение хозяина на юге.

— Да, я слышала об этом имении — Бельвинь. Но не знала, что у мсье Леона есть сын. Мадам де Вальми не сказала... вообще, она не очень-то много мне сказала. Я почти ничего не знаю об их семье.

Миссис Седдон внимательно посмотрела на меня, Казалось, она хотела что-то сообщить, но просто заметила:

— Да? Ну, думаю, вы сами скоро все узнаете. Понимаете, мистер Роул — не сын мадам. Она у хозяина вторая жена. Мать мистера Роула умерла двадцать лет назад как раз в это время, весной, когда ему было всего восемь. Шестнадцать лет назад хозяин женился во второй раз, и его нельзя за это осуждать. Понятно — в таком большом доме трудно жить одному. Но вообще-то, — словоохотливо продолжала миссис Седдон, пересекая комнату, чтобы поправить завернувшуюся портьеру, — в то время хозяин не особенно любил сидеть один в доме; понимаете, о чем я говорю? Они любили пожить весело, он и его старший брат, если верно все, что о них говорят. Но молодежи ведь надо перебеситься! Теперь-то наш бедный хозяин не может позволить себе такое, даже если бы очень захотел, а несчастный мсье Этьен погиб, упокой Господи его душу там, где нет ни мирских плотских мыслей, ни дьявольских искушений; по крайней мере, я надеюсь на это.

Она снова повернулась ко мне, немного задыхаясь от длинной речи. Во всяком случае, миссис Седдон явно не разделяла привычки мадам де Вальми держать свои мысли при себе.

— Хотите осмотреть весь дом или отложим это на будущее? Мне кажется, вы устали.

— Если можно, немного отложим.

— Как хотите. — Она снова взглянула на меня с хитринкой. — Послать к вам Берту помочь распаковать чемодан?

— Нет, спасибо.

Этот взгляд значил, что она отлично понимала: я не захочу, чтобы горничная инспектировала скудное содержимое моего чемодана. Я не обиделась; напротив, была ей благодарна.

— А где детская? — спросила я. — За спальней мсье Филиппа?

— Нет, его спальня — последняя в этом ряду, потом идет ваша спальня, за ней ваша гостиная, а уж потом детская. За этими комнатами расположены покои мадам, а комнаты хозяина за углом, над библиотекой.

— Ах да! У него ведь там лифт, верно?

— Да, мисс. Его устроили после несчастного случая. Это было... погодите-ка... в июне исполнится ровно двенадцать лет.

— Да, мне рассказывали об этом. А вы тогда были здесь, миссис Седдон?

— Ну конечно. — Она снисходительно кивнула. — Я приехала сюда тридцать два года назад, мисс, когда хозяин женился в первый раз.