По дороге к любви - Дж. А. Редмирски

На следующее утро меня будит мобильник. Слышу, как он гудит где-то на столике возле кровати, прямо под ухом. Жирными буквами на экране высвечивается имя НАТАЛИ и ее лицо: рот до ушей, видно все тридцать два зуба. Эта картинка окончательно прогоняет сон, и я со скрипом сажусь на кровати, беру телефон, держу его еще несколько секунд, а он все жужжит, скотина, в ладони, пока я, набравшись смелости, не жму на кнопку.

— Куда ты исчезла? — слышу громкий голос Натали в ухе. — Боже мой, Кэм, я там чуть с ума не сошла, и Деймон куда-то испарился, правда, потом вернулся, и еще я видела, как уходил Блейк, у него вся морда была в крови, зараза, а потом я вдруг поняла, что ты имела в виду, когда говорила, что Деймон злится, сама заметила… — Она тяжело вздыхает. — Стала выпытывать, что да почему, что я такого сделала, может, сболтнула лишнего или все из-за той истории на прошлой неделе в ресторане, но он не слушал, вообще на меня ноль эмоций, а потом заявил, что пора уходить, и я…

— Натали, — прерываю я ее, у меня уже голова идет кругом от ее трепотни, — ты можешь помолчать хоть минутку?

Откидываю одеяло и выбираюсь из постели с телефоном возле уха. Я понимаю, что надо обязательно рассказать ей все, что вчера учудил Деймон. И не только потому, что она потом всю жизнь мне этого не простит, когда все откроется. Прежде всего я сама себе этого не прощу. Будь я на ее месте, то хотела бы услышать правду от своей подруги, а не от кого-нибудь еще.

Но только не по телефону. Говорить о таких вещах надо с глазу на глаз.

— Давай встретимся через часик, выпьем кофе, поговорим…

Молчание.

— Угу, — слышу в трубке неуверенный голос, — да, конечно. С тобой точно все в порядке? Я так перепсиховала. Думала, тебя похитили или еще что…

— Да, Натали, я… — В каком там, к черту, порядке, думаю. — У меня все нормально. Встретимся через час, и, пожалуйста, приходи одна.

— Деймон уехал к себе. — По голосу слышно, что она усмехается. — Слушай, подруга, он тут такое со мной ночью вытворял, я и не подозревала, что он на такое способен.

От этих ее слов меня аж передергивает. Как живые визгливые твари, они нагло лезут мне в ухо, а приходится делать вид, что это лишь обыкновенные слова, ничего больше.

— Сначала я и думать не могла ни о каком сексе, пока не узнала, что с тобой все в порядке. Ты не брала мобильник. Тогда я позвонила твоей маме где-то часа в три, а она сказала, что ты давно спишь. Но я все равно беспокоилась, потому что ты ушла, ничего не…

— Встретимся через час, — оборвала я ее, понимая, что сама она никогда не закончит.

Даю отбой и прежде всего проверяю пропущенные звонки. Шесть от Натали и девять от Деймона. Голосовое сообщение только от Натали, единственное. Думаю, Деймон просто не захотел оставлять улик.

Нужны мне его улики. Мы с Натали подруги неразлей-вода с тех пор, как эта чертовка стащила у меня любимую куклу, когда у нас ночевала.

* * *

Я успела выпить полчашки кофе и уже начинаю беспокоиться, когда является Натали. Плюхается на стул рядом, не переставая улыбаться. Лучше бы она так не радовалась, мне было бы легче сказать то, что я собираюсь.

— Кэм, ты ужасно выглядишь.

— Знаю.

Она ошеломленно хлопает глазами:

— Что такое? А где твое саркастическое «спасибо», фирменное закатывание глаз?

«Прошу тебя, Нэт, перестань улыбаться. Умоляю, ты же видишь, я не улыбаюсь, так что давай будем серьезными хоть один раз, слышишь?»

Конечно, она не слышит.

— Послушай, я перейду сразу к делу, ты не против?

Ага, улыбочка начинает линять.

Набираю полные легкие воздуха. Господи, я сама не верю, что это произошло! Если бы речь шла о каком-нибудь случайном парне, с которым она встречалась во время их с Деймоном коротких размолвок, мне было бы не так тошно. Но с Деймоном они вместе уже пять лет, и, несмотря на все их ссоры и даже иногда потасовки, она всегда возвращается к нему. Он единственный парень, в которого она по-настоящему влюблена.

— В чем дело, Кэм?

Кажется, уже поняла, что я собираюсь сообщить ей что-то серьезное, и прикидывает, стоит ли это слушать. Думаю, она догадалась, что дело касается Деймона.

Вижу, как она сглатывает комок в горле.

— Так вот, вчера ночью мы с Блейком поднялись на крышу…

Встревоженное лицо ее вдруг светлеет, на губах снова змеится улыбочка. Она словно хочет ухватиться за возможность оттянуть неизбежное и защититься от него своими глупыми шуточками.

Но я не даю ей такого шанса:

— Помолчи хотя бы минуту и послушай меня, договорились?

В конце концов она подчиняется. Природная игривость, которая всегда так оживляет ее лицо, рассеивается, как дым.

— Деймон подумал, — продолжаю я, — что Блейк потащил меня на крышу, чтобы совратить. Он ворвался туда как бешеный, набросился на Блейка и избил его чуть не до полусмерти. Блейк ушел, ясное дело, злой как черт, и мы остались с Деймоном одни. Одни, понимаешь?

В глазах Натали заметался явный страх. Словно она уже догадалась, о чем сейчас услышит, и в душе уже начинает меня ненавидеть.

— И он… В общем, Деймон хотел меня изнасиловать.

Глаза ее сузились.

— Он целовал меня, нес какую-то чушь про то, что яко бы помешан на мне с седьмого класса.

Натали вдруг задышала так часто и тяжело, что я испугалась, не случился ли с ней сердечный приступ.

— Я хочу сказать…

— Ты лживая сука.

И снова такое чувство, что меня ударили ниже пояса, только на этот раз сильнее.

Натали вскакивает, хватает сумочку и смотрит на меня сверху вниз темными от ненависти глазами.

Я все еще не могу пошевелиться, ее слова так и стоят в ушах.

— Ты сама хотела быть с Деймоном с первого дня, как мы стали с ним встречаться, — прошипела она. — Думаешь, я не видела, какими глазами ты пялилась на него все эти годы? — Она так плотно сжимает губы, что они превращаются в тонкую ниточку. — Мать твою, Кэмрин, вспомни, как ты вечно заступалась за него, наезжала на меня, когда я только заигрывала с другими парнями. — Она машет руками и говорит гнусавым голосом, как бы передразнивая меня: — «У тебя же есть парень, Нэт, ты что, забыла? У тебя же Деймон, не забывай, ты должна думать о Деймоне!»

Натали с силой опускает обе ладони на крышку стола, едва не переворачивая его. Я боюсь пошевелиться, даже чашку боюсь подхватить, но она, слава богу, не падает.

— Держись подальше от нас с Деймоном, поняла? — тычет пальцем мне в лицо. — Или я из тебя мозги вышибу, клянусь собственной матерью.