Если любишь - Анна Делайл

В конце лета Доминик видел Табиту всего лишь раз, да и то мельком. Они даже парой слов не обменялись. Ему хотелось знать, как она себя чувствует, оставил ли ее Ричард наконец в покое, но случай не представлялся. А в сентябре Доминик уехал в школу. И летнее происшествие вскоре забылось.

В день отъезда Доминика Табита узнала, что Ричарда отправляют на учебу в школу-интернат. Счастью девочки не было предела. В ближайшие несколько лет она сможет перевести дух. И Табита буквально на глазах расцвела. Амелия стала к ней лучше относиться, и девочки теперь ладили.

Но время летело незаметно, наступила зима, и теперь оставались считанные дни до приезда Ричарда на рождественские каникулы. Одни в доме ждали его с нетерпением, другие со страхом, в том числе и Табита.

Зябким декабрьским утром Табита проснулась с сильно бьющимся сердцем. Наступил день приезда Ричарда. Табита натянула шерстяные чулки, подвязала фартук, но ее все равно била дрожь. В этот ранний час в крохотное окошко ее комнаты не проникал ни единый луч восходящего солнца. Она задумчиво стала водить пальчиком по покрытому изморозью окну. Может быть, в первый день он и не вспомнит о ней. Она постарается не попадаться ему на глаза.

С этой мыслью Табита спустилась вниз и спряталась за спинами домочадцев и слуг, выстроившихся у парадных дверей, чтобы поприветствовать вернувшегося молодого хозяина. Табите повезло. Ричард даже не посмотрел в ее сторону, и она убежала в свою комнату. Там она взяла варежки и шапку и решила вырваться наконец из дома на свежий воздух. С приездом Ричарда всем будет не до нее, и она сможет прогуляться до озера, посмотреть, замерзло оно или еще нет. Утром в воздухе медленно кружились снежинки, но сейчас небо просветлело, и вдыхать свежий морозный воздух, от которого даже слегка ломило зубы, было одно удовольствие. Все вокруг было укрыто ровным, восхитительно белым снежным ковром. Табита шла быстро, почти бежала, чтобы не замерзнуть, и довольно быстро оказалась на берегу озера, как раз на границе владений Монтекью и Ризов. Обнаружив, что озеро замерзло, девочка счастливо рассмеялась и принялась пригоршнями швырять пушистый снег на прозрачный лед.

Она так увлеклась, что услышала приглушенный топот копыт, лишь когда лошади оказались всего в нескольких ярдах от нее, и быстро обернулась.

– Табби! – восторженно взвизгнула сидевшая на пони девочка.

– Люси! – Табита просияла от радости. – Господи, что ты тут делаешь? – И она со всех ног помчалась вверх по пологому берегу к дороге.

– Мы решили проехаться вокруг озера, вот уж не думала, что встречу тебя здесь! – промолвила Люси. – Доминик, да помоги же мне слезть!

– Привет, Табби! – Соскочив с лошади, Доминик приветливо улыбнулся девочке. От холода Табита раскраснелась. Она с ног до головы была обсыпана снегом. – Ты настоящая снежная нимфа. Чем ты здесь занималась?

– Чем занималась? Сейчас покажу, – расхохоталась Табита, наклонилась, набрала пригоршню снега и бросила в Доминика, но он оказался проворнее, подхватил девочку на руки и кружил до тех пор, пока Табита, изнемогая от смеха, не сдалась и не выбросила свой метательный снаряд.

– Проверяй свою меткость на Люси, негодница. Я для этого слишком высокий.

– Доминик! – позвала его сестра. – Мне еще долго ждать?

Доминик обернулся и укоризненно посмотрел на Люси.

– Будь ты повежливее, я исполнил бы твою просьбу незамедлительно, – сказал он, однако шагнул вперед, чтобы помочь сестренке слезть с седла.

Люси извинилась, и они с Табитой стали состязаться, кто дальше и больше кинет на лед снежков.

Доминик привязал лошадей к толстому суку, росшего неподалеку дерева, и отошел немного в сторону, присматривая за девочками. Он был почти уверен, что Табита ненадолго сбежала вкусить запретной свободы. Ну и слава Богу. Правда, одета она была легко для такой морозной погоды и хотя, судя по ее виду, не очень замерзла, ей лучше было поскорее вернуться домой, пока она не обморозилась или, что еще хуже, пока ее не хватились.