Вино поцелуев - Вайолет Уинспир

— Риента!

— Вы звали, сеньорита?

Лиза посмотрела в темные блестящие глаза испанки, и слова застряли у нее в горле. Она не могла сказать ей то, в чем должна была признаться, боясь увидеть оторопь, возможно, даже презрение в этих милых глазах, смотревших на нее так преданно и ласково. Солнце струило тепло сквозь большие окна. Горячий поток света лился с испанского неба, и Лиза вдруг подумала, что маскарад продлится не больше нескольких дней. Она улыбнулась:

— Скажи Флорентине, что завтрак был замечательный.

— Да, сеньорина. — Девушка сделала маленький реверанс, что казалось очень уместным в этом старинном замке. Как все это отличалось от монотонной трудовой жизни Лизы там, в Англии. — Мы все хотим, чтобы невеста графа чувствовала себя здесь как дома.

Дверь за Риентой закрылась, и Лиза отчаянно закусила губу, намазывая маслом кусочек тоста. Что ж, теперь ничего не поделаешь, ей придется играть роль мифической невесты графа. Она вонзила зубы в тост и поблагодарила Небо, что здесь, в Испании, жених и невеста ведут себя гораздо более чопорно и строго, чем у них в Англии. Собственно говоря, им не положено открыто проявлять свои чувства, пока не состоится венчание. Другое дело, если бы ей пришлось изображать из себя снедаемую страстью невесту, которая смотрит в рот своему избраннику, ловит каждый его жест, чуть ли не падая в обморок от страстного томления.

Все, что от нее требуется, — некоторое время пожить в замке, чтобы бабушка не могла больше навязывать ему в невесты свою воспитанницу. Если он открыто отвергнет эту девушку, сочтут, что она оказалась недостаточно хороша для него, а Лиза знала, что в Испании к таким вещам относятся очень серьезно. Молодая девушка, публично отвергнутая графом, человеком с титулом и положением в обществе, обречена остаться старой девой, что является самой страшной карой для испанской девушки. Однако предъяви он старухе реальную невесту, Анастасия уже не сможет претендовать на его руку и сердце, бабушка на какое-то время успокоится, а Лиза в конце концов проведет остаток отпуска гостьей в живописном замке в горных районах Южной Испании.

Лиза допила свой кофе и съела апельсин, возможно только что сорванный в саду замка. Она смаковала его свежую сладость, пытаясь в то же время утешить себя, что ничего страшного не случится из-за этой в общем-то совсем невинной проделки графа Леонардо де Маркос-Рейеса. Она еще раз взглянула на портрет его матери, но ничто в ней не напоминало его пронзительный жгучий взгляд, костистый, безупречно вылепленный нос с раздувающимися ноздрями, сардонический и в то же время очень чувственный рот.

Лиза не удивилась, что так живо помнила его черты. У него была такая наружность, которую, раз увидев, нелегко забыть. «О испанец, искрометный пожар», — вспомнила она строчку стиха, допивая кофе.

Риента снова зашла в Голубиные покои, и Лиза впервые в жизни отдала себя на попечение горничной. Ей налили ванну, и, зайдя в ванную комнату, она не смогла сдержать восторженного возгласа, увидев застекленную кабинку душа, туалет в отдельном голубом алькове, ванну в окружении зеркал. Слишком изысканная ванная комната для девушки, только что приехавшей из монастыря, подумала Лиза. И когда она погрузилась в душистую воду, ей стало интересно, какое впечатление все это произвело на ту юную голубку, что много лет назад приехала в замок, чтобы выйти замуж за человека, которого никогда не встречала до дня свадьбы. Лиза решила, что это варварский обычай, и по ее телу прошла легкая дрожь, когда она подумала про нынешнего графа.

Слава богу, она только фиктивная невеста и может не бояться, что ей придется испытать на себе его страсть.

Когда Лиза вышла из ванной, Риента уже ждала ее и обернула большим мягким полотенцем. Лиза заметила, что та с изумлением смотрит на ее белые худенькие плечи.

— В Англии у всех людей такая светлая кожа — как у лилии? Даже у мужчин?

Лиза невольно улыбнулась:

— Мой брат Боб вряд ли остался бы доволен, если бы его кожу сравнили с цветком лилии, но в общем, конечно, у нас мужчины не такие смуглые, как испанцы. Только когда они загорают на солнце, приобретают коричневатый оттенок, который, признаться, им очень идет. Но вся беда в том, что загар быстро сходит. Ведь у нас в Англии нет столько солнца.

— Вы хотите сказать, что там холодно, как на вершине гор? Мне бы не хотелось поселиться в таком месте, сеньорита, и я понимаю, почему вы выбрали себе жениха из Испании.

— О, мы с графом пока не собираемся жениться. — Лиза снова зарделась и заторопилась в соседнюю комнату. — Я… я приехала в Эль-Сефари… познакомиться с графиней. Она ведь может не одобрить выбор графа.

Лиза подумала, что следует учиться держать язык за зубами, особенно когда речь идет об их отношениях. Пальцы у нее дрожали, когда она надевала белье, а щеки горели огнем, что не ускользнуло от пристального взгляда Риенты. Но на губах у испанки играла снисходительная улыбка. Она уже давно приметила, что ее госпожа слишком застенчива. Они вместе разобрали Лизин чемодан и уложили повседневную одежду, которую достали оттуда: простые хлопчатобумажные рубашки, две пары брюк и единственное платье без рукавов из белого пике.

— Остальной багаж прибудет позже, сеньорита?

— Д-да, — на ходу соврала Лиза. Действительно, как же она раньше об этом не подумала: невеста, собираясь в гости к жениху, должна была бы взять больше одежды. Лиза, планировавшая провести отпуск в основном за рулем машины, взяла только самое необходимое. Потом, когда мифический остальной багаж так и не прибудет, можно будет сказать, что он потерялся в дороге. — Я надену голубую рубашку и бежевые джинсы, а платье оставлю на вечер.

— Да, сеньорита. — Но Риента явно не одобряла джинсы, когда протягивала их Лизе, всем своим видом давая понять, что в замке только сеньор граф ходит в брюках.

— У нас в стране брючные костюмы в моде, — пояснила Лиза. — Они очень удобные и практичные.

— Сеньорита Ана надевает брюки только для верховой езды, но и это кордовский стиль — то есть юбка, разделенная посередине, с коротким жакетом и шляпой с твердыми полями. В таком наряде юная госпожа выглядит очаровательно.

Риента посмотрела на Лизу с видом оскорбленного патриота. Видимо, обитатели замка, да и жители всей округи ожидали, что граф выберет себе невесту из местных девушек.

Лиза в который раз почувствовала неловкость, и когда она уже готова была разразиться речью, которая положила бы конец всему этому нелепому обману, в дверь спальни громко постучали. Риента как раз расчесывала волосы Лизы — они обе замерли и испуганно посмотрели друг на друга в зеркало. Слова, которые только что собиралась сказать Лиза, разлетелись как стайка воробьев. Громкий стук сердца подсказал ей, кто стоит за дверью, и ее охватила паника. Она не хотела его видеть… нужно скорее покончить с этой игрой, которую он затеял, слишком опасной игрой.

— Нам лучше открыть, сеньорита. Это может быть сеньор.

Каждая жилка в теле Лизы напряглась. Она застыла перед зеркалом, и Риента пошла открывать. Действительно, за дверью стоял граф, такой же высокий и суровый, каким она запомнила его вчерашним вечером, только сегодня утром на нем была белая рубашка с открытым воротом, бриджи и высокие ботинки на шнуровке. В руке он держал хлыст.