Русалочка - Тори Андерсен

Адель, сидящая, сдвинув коленки и насупив нос, проследила за листом и медленно проговорила:

— Это произошло случайно. Это было недоразумение. Я обозналась.

Шерри рассмеялась серебристым смехом, который использовала, только когда в поле ее зрения появлялся пригожий и достаточно молодой мужик и срочно требовалось его очаровать. Очевидно, она надеялась, что Эдриан находится где-то поблизости, услышит ее и прибежит на смех.

— Ой, уморила! Ты одичала и стала бояться мужчин? Я тебя предупреждала еще весной, что так и будет.

— Точно-точно! — подала голос Натали, которая все утро дремала.

— Нет. Никого я не боюсь. — Адель надвинула на глаза соломенную шляпу, купленную в местном магазине, набитом ужасно бестолковыми и старомодными вещами, и улеглась на спину. — Просто я хочу спокойного отдыха, а вы опять устраиваете гонки.

— Тебя никто не заставляет. Не хочешь — не гоняйся, нам меньше конкуренции.

— Точно-точно! — вставила Натали.

Адель отвернулась от них, прогоняя легкую обиду. Солнце припекало ласково и нежарко, редкие полупрозрачные облака немного остужали воздух, и она, вспомнив свое вчерашнее блаженство, а еще то, что на дураков не обижаются, снова счастливо вздохнула: какая красота, какая безмятежность!

Утром солнце показывалось слева, из-за мыса, и огромные сине-зеленые верхушки сосен заслоняли его, не давая лучам пробиваться к берегу. Но деревянная площадка отступала от берега как раз настолько, чтобы тени не доходили до нее, и круглый день тут светило солнце.

— Грамотно устроено, — сказала Адель, чуть приподнимая край шляпы и заново осматривая окрестности, и вдруг резко замерла, глядя на воду.

— В каком смысле? — спросила Шерри, водя карандашом по листу.

Но Адель не отвечала, в ужасе всматриваясь в водную гладь. Примерно в двухстах метрах от берега, красиво, словно на картинке, покачивалась лодка, в ней сидел Эдриан и делал вид, что рыбачит.

— Да, просто рай! — подала голос полусонная Натали.

Адель привстала на шезлонге.

— Точно — это он!

— Рай?..

То, что Эдриан только делает вид, было ясно сразу, потому что из рук его торчала удочка, но за поплавком он совершенно не следил, вертелся туда-сюда, а с особенным удовольствием — в их сторону.

— Рай? — переспросила Шерри.

Вместо ответа Адель с дровяным стуком скатилась с шезлонга и поползла прятаться под скамейку.

— Что с тобой? — удивилась Шерри, отпуская в полет очередной листок.

— Ничего! Он плывет сюда.

— Кто?

— Он машет вам рукой.

— Ты с ума сошла? — Натали поднялась и стала всматриваться в даль.

— Скажите, что меня нет!

Подруги молча переглянулись и перевели взгляд на Эдриана, который и впрямь направил весла в их сторону. Адель готова была провалиться сквозь землю. Но на этот раз ей было абсолютно некуда спрятаться — на мостике она была открыта и уязвима. Если только…

— Провалиться так провалиться! — сказала она и, как всегда, сначала делая, а потом думая, прыгнула в воду «солдатиком».

— Она сумасшедшая! — тихо сказала Шерри.

— А почему она вообще от него прячется? — тоже тихо задала напрашивающийся вопрос Натали.

— Не знаю. Давай…

Дальше Адель ничего не слышала, потому что Эдриан подплыл совсем близко и она нырнула с головой. Вода, кстати, была холодная. Но это ничего. Главное — не встретиться с ним лицом к лицу. Главное, не насмешить Шерри и Натали: этой выходки в аэропорту они не простят ей никогда! Они будут припоминать до конца жизни, а то, чего доброго, возьмутся лечить от клептомании. А вода и правда холодная.

Вынырнув возле берега и прячась за кустами, как вчера, Адель взбежала по бревенчатой тропинке к дому и тут поняла, что переодеться ей абсолютно не во что, так как все улетело в славный Бангладеш. А между тем в мокрых шортах и майке было холодновато даже в доме. В конце концов она сняла все это, решительно надела купальник, а потом еще завернулась в плед. Немного посидев в гостиной и поняв, что сейчас просто лопнет от любопытства, спустилась с крыльца и помчалась во вчерашние кусты. Пусть Натали и Шерри смеются сколько захотят, но она не готова к встрече с Эдрианом. Лучше как-нибудь потом. Потом… когда она соберется с духом.

— Жаль, мне постоянно не везет, — услышала она знакомый голос. Вытянув шею, Адель увидела, что Эдриан продолжает сидеть в лодке, очевидно не собираясь надолго задерживаться. — А может, она у вас русалка? Только мерещится, а как только подплывешь ближе, сразу исчезает.

— Да уж! Примерещится же такое! — выразительно сказала Шерри, поднимая взгляд вверх, приблизительно в то самое место, где пряталась Адель.

— А что, вам скучно с нами? Вас интересует только наша подружка? — В голосе Натали появилось кокетство.

— Нет, что вы! Просто только что я видел, что вас трое. Подплываю, раз — и нету! Волшебство, да и только.

— Да, вы совершенно правы: раз и нету! Она, кхе-кхе… — Шерри еще раз сделала выразительный акцент, — увлекается у нас плаванием.

— Скоростным, — добавила Натали.

— Да вы что! Она пловец?

— Она-то? Еще какой.

— Да. Знаете, она занимается нырянием и плаванием под мостами.

Адель сжала зубы. Вот это подружки! Можно себе представить, что они будет говорить за ее спиной, если узнают про аэропорт!

— Подозреваю, что это — новый вид спорта.

— Да. Буквально только что открытый, — вздохнула Шерри. — Давайте поговорим о чем-нибудь другом. Она вам сама все о себе расскажет.

— Если захочет вынырнуть, — снова добавила Натали.

— А что…

— Вы говорили, — в голосе Шерри был мед, — что приехали сюда всего на неделю? Жаль…

— Ну почему же?

— Нам тут предстоит прожить как минимум две недели, а может и больше. Мы будем скучать, когда вы уедете.

— На мое место поселятся два моих друга. Обычно мы собираемся втроем каждое лето, но в этом году не получилось стыковать отпуска, я с ними почти не увижусь.

— Какая жалость! Мы могли бы так славно отдохнуть все втроем. И вы — втроем.

— Да, — согласился Эдриан, слегка шокированный смелыми планами Шерри. — Ну что ж… не судьба.

— А чем вы занимаетесь в Нью-Йорке? — В ее голосе был мед.

— Я продаю старинную мебель.

— О! Вы агент?

— Нет, скорее мебельщик.

— Что?

— Я реставрирую сам и продаю мебельный антиквариат. Знаете, это прекрасное занятие. Это почти поэзия.

Вот почему у него такие руки! — подумала Адель, вспомнив, как он складывал салфетку. Значит, она не ошиблась. Но откуда у обыкновенного мебельщика столько денег?