Тайный голос - Глория Беннетт

Ей понравился облик полковника, мужественный профиль, загар, яркие глаза на смуглом лице. Его спортивная фигура с хорошо различаемыми мускулами на руках и плечах. Она даже легко представила его крепкие объятия и поцелуй, пахнувший свежестью и табаком. Она была уверена, что полковник курит. Дальше этого фантазия не пошла. По тому как Лэндис говорил с ней, Энн показалось: мысли полковника далеки от секса, хотя он и поинтересовался личной жизнью хозяйки. Но это был скорее деловой интерес; с кем еще надо будет считаться в доме? И смотрел на нее полковник несколько отчужденно. Соблазнять его Энн расхотелось. Ну что у них общего, если подумать? Наверное, единственная книга, которую он в своей жизни прочитал, был воинский устав. Да еще несколько инструкций про то, как собрать автомат под водой или что-то про траекторию полета пули. Кажется, это называется баллистикой. Вот-вот. А она сама чего не знает о военных, кроме этого красивого слова. Ну и что из того? Если ей предложат хорошие деньги за роман из жизни десантников или морской пехоты, она за несколько месяцев так все изучит и опишет, что станет экспертом. Да еще бестселлер об этом напишет. А может ли этот отставной полковник за месяц изучить все, что составляет ее жизнь? Прочитать ее книги и книги, на которых она росла, все эту библиотеку мировой литературы философии, психологии. Прослушать ее любимую музыку и увидеть ее любимые картины, Конечно нет. Ему все это покажется скучным. Он даже не поймет, что в этом такого особенного, почему исторгаются у нее слезы радости при звуках музыки или шелесте страниц. Все эти мысли пронеслись в голове Энн, и она загрустила от чувства нахлынувшего душевного одиночества. Это чувство было острым и возбуждающим. Она сразу обрела вдохновение и желание поделиться им с кем-то далеким и все понимающим. Коммерческий проект был отложен, на экран выплыл текст незаконченного романа с непредсказуемыми героями и запутанной жизнью. Время остановилось.

— Мадам, все готово. Позвать мистера Керли?

— А сколько времени?

— Без десяти пять. Принести чего-нибудь посолиднее? Например, мясного ассорти, салата.

— Хорошо, можно мясное ассорти и сыр. Послушайте, Модеста, а у нас осталась икра?

— Икра? Не слишком ли роскошно для простого чаепития с будущим служащим? Подумает, что вы миллионерша, и запросит большое жалованье.

— Пожалуй, ты права. Ладно, не надо икры, в этом есть что-то вызывающее. Спасибо, Модеста. Доверяю твоему вкусу. А пока пойду, переоденусь.

Энн поднялась в гардеробную комнату и нажала кнопку пульта. Наряды медленно поплыли перед ее глазами. Она выбрала шелковое платье в стиле кантри, с завязками сзади. Голубое платье с бледными цветами по фону и ослепительно-белым кружевом на воротничке. На шею Энн повесила нитку мелкого жемчуга, а в уши — индейскую бирюзу с жемчужными подвесками. На ноги — босоножки из белых и голубых ремешков. Все пальцы ног были открыты. У Энн была очень красивая стопа, она это знала и всегда пользовалась случаем ее обнажить.

В маленькой гостиной с эркером был накрыт круглый столик. Рядом, на изящном комодике, возвышались под белоснежной салфеткой блюда с закуской. Под большим чайником с кипятком стояла подставка с пятью зажженными свечками, чтобы вода не остывала. Модеста наводила последний блеск — поправляла цветы в вазах.

Внимательная Энн заметила, что Модеста немного не в себе.

— Модеста, что-нибудь не так?

— Вы о чем? По-моему, стол выгладит великолепно. Словно вы ждете принца Уэльского.

— Я не об этом. Ты чем-то расстроена? Я же вижу.

— Леди Энн, я действительно расстроилась из-за мистера Рипепи. Это что же получается, Вы его лечите, а он вашу доброту ни в грош ставит. Он думает, его все так будут кормить поить. Надо было бросить его на улице, он бы помучился как следует, вот тогда бы стал ценить доброту.

— Милая Модеста, никто не знает, как правильно поступать. В конце концов, я знаю, что я не сволочь. И не способна перешагнуть через человека, попавшего в беду.

— Господи! Что за беда такая с ним приключилась? На него бандиты напали? Или война началась и всю семью убили, а его искалечили? Пил, гулял, все деньги потратил, работу потерял. Сам виноват — сам и расхлебывай!

— Все верно. Но помнишь ту песню в фильме, которую он пел:

Грустно, грустно, одиноко,

Если сердце не на месте.

Солнце в небе так высоко,

Ну а ты мне не невеста, —

запела Энн, кружась по комнате.

Модеста улыбнулась и подхватила за ней слова песни:

— Только плакать нет причины.

Солнце светит даже мухе,

Если ты еще мужчина,

Все возьмешь ты в свои руки…

Они взялись за руки и начали отбивать чечетку, стараясь попасть в такт.

— Раз, два, три, посмотри,

Да скорее нос утри,

Все случится, все свершится,

Только скажешь: раз, два, три…

— И все-таки он милый! — воскликнула Энн. — Ты помнишь, какой он был красавчик, когда пел эту песенку и отплясывал?

— А как он зажигал сигару и пускал дым! Мой муж все пытался ему подражать. Ничего не вышло.

— А ты попроси Уайна показать тебе.

— Он показывал… — Модеста запнулась и покраснела.

Энн удивленно взглянула на нее.

— И как? Получилось так же, как в кино?

— Как в кино? Почти. — Модеста замолчала. Ее оживившееся было лицо приняло суровое выражение. — Мадам, извините меня, но если мужчина… делает попытки к близости… и даже себе что-то позволяет. И даже как бы они… не совсем уж так, а довольно интимно… обнимаются. Это что значит? Это любовь? Или можно сегодня одна, а завтра другая? И как себя вести в таком случае? Делать вид, что ничего не случилось?

— Модеста, спасибо за доверие. Но я не могу сказать ничего, потому что твои слова очень туманны. Мне нужны подробности. И не забывай, что в мире богемы все эти поцелуи, объятия и прочее просто эмоциональный всплеск. Творческие люди очень быстро идут на сближение и так же быстро отталкиваются друг от друга. Не стоит относиться к этому серьезно.

— Но вы-то совсем не такая!

— Откуда ты знаешь? Ты же не мужчина. Дома я одна, а где-то другая. Ладно, давай как-нибудь перед сном зайди ко мне, и мы пошепчемся. Если тебе от этого станет легче.

Модеста грустно кивнула головой и вышла из комнаты.

Энн вздохнула. Ну кто бы мог подумать, что безалаберный Уайн начнет ухаживать за такой правильной и серьезной Модестой. Бедняга! Совсем тут одичал. А Модеста! Увлечься Уайном! Но при этом каждую субботу ездить на кладбище. Хотя почему бы нет. Энн почувствовала себя немного виноватой. За могилой Стива ухаживал специально нанятый человек. А сама она уже больше года там не была. Все равно его там нет, подумала Энн. Он остался в своих книгах. Не хочу думать об этом. Мне еще рано жить воспоминаниями.