Деловое соглашение - Сандра Джоунс

Анри тихо выругался по-французски. Вот бы ответить ему на его родном языке и посмотреть на его физиономию! – подумала она, а вслух спросила:

– Сколько мы будем в Париже?

– Ровно столько, сколько понадобится для того, чтобы ты выглядела менее… менее цветисто.

– Ну и зануда же вы! – капризно протянула Дороти. – На вас не угодишь…

– Что поделаешь! Надо же привести тебя в божеский вид, раз уж ты подрядилась изображать мою невесту.

Показался указатель на аэропорт Хитроу. До самой стоянки ехали молча, а когда Анри сдал машину и они вошли в зал ожидания, Дороти спросила:

– А где остановимся в Париже? В гостинице?

– Нет, у меня квартира. Будь любезна, дай мне твой паспорт.

– А это еще зачем? – ужаснулась Дороти.

– Как зачем? Зарегистрировать билеты.

– Ну, нет! Спасибо, я уж как-нибудь сама, – обиженным тоном возразила она. – Я что, дебилка? Дайте мне мой билет.

Анри с неохотой согласился. Дороти, опередив его, благополучно миновала паспортный контроль и, лишь запихнув паспорт в сумочку, с облегчением вздохнула. На этот раз пронесло!

Самолет приземлился в Париже, Анри забрал свой «феррари» со стоянки аэропорта Орли, и через несколько минут они уже мчались по Елисейским полям. Дороти раньше не бывала в Париже, так что изображать восторг ей не пришлось. Всю дорогу она ахала и охала, глядя по сторонам, и обомлела, когда машина затормозила у шикарного дома неподалеку от площади Согласия.

Неплохо для скромного плейбоя! – посмеивалась про себя Дороти, пока они поднимались в лифте на третий этаж. Интерьер холла и гостиной поражал воображение: стены обтянуты шелком, окна задрапированы атласными портьерами в тон, мозаичный паркет, устланный дорогими коврами, антикварная мебель.

Пожилая экономка с бесстрастным лицом молча отвела девушку в комнату для гостей и так же молча удалилась. Дороти присела на кровать красного дерева с роскошным резным изголовьем, покосилась на инкрустированный туалетный столик, погладила бежевое покрывало из дамасского шелка и, сбросив туфли, утопила ноги в мягком бордовом паласе…

Да, Анри не скупится, ублажая подружек! – подумала она, представив себе его высокую статную фигуру в этом уголке любви, потом встала и заглянула в ванную комнату. Ванна из розового мрамора, зеркала, полочки, сверкающие золотом краны в виде золотых дельфинчиков, обилие полотенец в одной цветовой гамме с паласом – все отвечало последнему слову моды.

Вернувшись в спальню, Дороти подошла к двери и осторожно выглянула в коридор. Никого… Влекомая любопытством, вышла и приоткрыла дверь спальни напротив.

Ну, вот это больше соответствует облику и вкусу Анри! Стены и ковер цвета ночного неба, подвесной потолок такого же цвета, усеянный крошечными светильниками, огромная кровать с жемчужно-серыми атласными простынями… Если смотреть на потолок с кровати, можно подумать, что лежишь под звездами, пришло ей в голову. А можно и воспарить к ним, особенно если талант любовника под стать его чувственной внешности… Отогнав опасные мысли, она затворила дверь и вздрогнула, услышав голос Анри из гостиной:

– Дотти, как облазишь все, составь мне компанию! Выпьем по чашечке кофе.

– Сию минуточку! – нараспев протянула она и, войдя в образ, направилась в гостиную.

Пока пили кофе, вошла экономка с вопросом:

– Во сколько подавать ужин?

– Мадам Шоню, приготовьте нам холодную закуску, – распорядился Анри. – Я еще не знаю, когда мы вернемся. – Он поставил чашку и встал. – Дотти, поторапливайся! Нужно сделать массу покупок, а я понятия не имею, как одевать женщин.

Зато отлично знаешь, как раздевать! – подумала Дороти и, подняв глаза, почувствовала, что именно это он мысленно проделывает с ней сейчас. Как выяснилось, она не ошиблась.

– Знаешь, Дотти, а у тебя отличная фигура. Только ты слишком нарочито ее подчеркиваешь, – заметил он. – Если не сказать вульгарно…

– И все-то вы придираетесь! – Она оглядела себя. – Нормальный прикид.

– Как сказать! Атлас вряд ли подходит для повседневной одежды, не говоря уже об убойном сочетании цветов. Красный, зеленый… Ну, просто светофор! – Анри игриво потянул за ворот ее блузки и слегка коснулся Шеи. Дороти почувствовала прилив возбуждения и отстранилась, а он, как ни в чем не бывало, продолжил: – Ну что, Дотти, готова? Начнем с Фобур-Сент-Оноре. Если повезет, купим там все, что нужно.

– А куда девать мою одежу? Я что, зазря ее приперла?

– Да, одежду ты привезла зря… А куда ее девать? – Анри на миг задумался. – В мусорный ящик!

– Еще чего! – возмутилась Дороти. – Да знаете, сколько я отвалила за эти шмотки?

– Заплатила за эти вещи, – уточнил Анри.

– Плевала я на ваши поучения! – давясь смехом, взвизгнула она, заметив, как Анри болезненна, поморщился и с видом мученика сжал голову руками. – Вам дурно? – с участием осведомилась она.

– Да! У меня сейчас голова лопнет от твоего визга! Так что лучше заткнись!

Судя по всему, терпение Анри было на исходе, и Дороти молча последовала за ним, обдумывая новые способы испытывать его впредь.

Идя рядом с Анри по Фобур-Сент-Оноре, Дороти цеплялась за все витрины, где были выставлены наименее подходящие к случаю вещи, беспрестанно охала и ахала, а он, с трудом сдерживая раздражение, подгонял ее. Наконец остановился у магазина женского платья от Ив Сен-Лорана.

– Фу, какая дрянь! – Дороти отвернула нос от изысканного платья, выставленного в витрине, и направилась к следующей, где висело нечто невообразимое розового цвета в многочисленных рюшечках и оборочках. – Вот это мне лучше нравится!

– Больше нравится. К твоему сведению, это ночная сорочка.

– Ночная сорочка? – Дороти сделала круглые глаза. – Да разве можно спать в такой красотище?

– Святая простота! – пробормотал себе под нос Анри на французском. – Спать в ней совсем необязательно…

Дороти усердно работала под дурочку, завороженно глядя на ночную сорочку.

– А откуда вы знаете, что это ночная сорочка? – с невинным видом спросила она. – Давайте зайдем и спросим.

– Все! С меня хватит! – взорвался Анри. – Пойдем дальше. – И он чуть не силком потащил ее в дорогой бутик на этой же улице. Дороти сразу же ринулась в торговый зал, оставив Анри с помощником продавца.

– Вот это клевое, да? – крикнула она, тыча пальцем в пурпурное платье из тафты, которое лишь усугубляло дикий морковный оттенок лака для волос.

Анри подбежал к ней: впервые за полдня, проведенные в обществе Дотти, он утратил выдержку.

– Ты что, дальтоник? – процедил он сквозь зубы.

– Кто-кто? – переспросила она.