Азбука любви - Рита Херрон

– Я его понимаю. Должно быть, он тоже не доверяет репортерам.

И что, черт возьми, она хотела этим сказать, удивился Гейб. А может, Хэнк прав: он устал, слишком подозрителен ко всему и вообще пора ему в отпуск?

– А ваша мама? – продолжала расспрашивать Кейси.

– Мама умерла несколько лет назад.

Девушка коснулась его руки:

– Я сожалею…

– Они с отцом прожили вместе тридцать пять лет и очень любили друг друга.

– Похоже, у вас было счастливое детство.

– Вы правы. К сожалению, времена меняются и сейчас все больше и больше детишек не могут похвастаться таким безмятежным детством. Многие предпочитают жить на улице, чем терпеть происходящее дома.

Кейси закашлялась и торопливо схватила бокал с водой.

– С вами все в порядке? – Гейб встал и подошел к ней, намереваясь дружески постучать по спине. В то же время с другой стороны подошел официант со льдом для напитков. Мимо спешило дружное семейство с двумя детьми, пихающими друг друга. Один из них врезался в официанта, тот покачнулся, кубик льда выскользнул из щипцов и попал точно в вырез платья Кейси.

Девушка застыла, чувствуя, как ледышка скользит по коже и останавливается точнехонько в лифчике, между грудей.

Гейб замер, пораженный мыслью, что кому-то надо освободить девушку от кубика льда. Огорченный официант схватил салфетку и потянулся к девушке.

– О, мадам, я прошу прощения!

Кейси оттолкнула его руку, щеки ее вспыхнули от смущения.

– Ничего страшного, – проговорила она.

Расстроенный официант поспешил прочь и налетел на своего коллегу, который уронил блюдо с салатом на колени какой-то даме. Дама завизжала и вскочила, схватившись за скатерть. Приборы полетели на пол.

Окончательно выбитый из колеи, официант выбежал из зала.

Кейси и Гейб рассмеялись.

– Я готов помочь вам, пока вы не простудились, – с галантной шутливостью предложил он, с удовольствием наблюдая, как кожа девушки покрывается мурашками, а соски еще больше напрягаются и проступают под шелковым платьем.

– Да я бы и не прочь, но тут слишком много народу. Так что я, пожалуй, выйду на минутку. – И Кейси поспешила в дамскую комнату.

Гейб, оставленный в одиночестве, порадовался передышке. «Надеюсь, обед не затянется, – подумал он. – И мы обойдемся без десерта, если только она не пожелает на десерт меня и не согласится быть вишенкой сверху».

В дамской комнате Кейси торопливо вытерла бумажным полотенцем то, что осталось от кубика льда: кожа ее была так горяча, что он растаял в считанные секунды. Поправляя одежду, она одновременно пыталась навести хоть какой-то порядок в мыслях. Ну почему с ней вечно что-то случается? Стоило ей появиться в приличном ресторане – и пожалуйста, приключился кавардак… А Гейб? Почему она сидит и, слушая его, проникается к нему симпатией… Их детство и юность прошли совершенно по-разному, и что бы он сказал, если бы узнал правду о ее прошлом? Как она могла быть так безрассудна, ведь он репортер, специализирующийся на всякого рода расследованиях. А если он решит покопаться в ее жизни? Если он выяснит, что она пишет детские книжки? Он, чей отец получил Пулитцеровскую премию! А она не только не знает, кем был ее отец, но даже имени его…

«Надо быстренько убираться отсюда», – сказала она себе. Даже если бы они встретились на самом обыкновенном и нормальном свидании, все равно ясно, что они не могут иметь друг с другом ничего общего – они из разных слоев общества.

Высушив платье, Кейси вернулась в зал. Гейб встал, и, взглянув на его лицо, она увидела столь откровенное желание, что ей стало страшно. «Не поддавайся, – приказала себе Кейси. – Он нахальный репортер, и он использовал тебя, и ты должна ему отомстить».

– Вижу, все опять прекрасно и мы можем продолжить нашу беседу. Теперь ваша очередь – расскажите мне о себе, – попросил Гейб. – Как ваше имя?

Кейси помолчала несколько секунд. Сейчас она не могла назваться – надо было подождать конца обеда.

– Боюсь, моя жизнь покажется вам скучной, – сказала она. – Давайте лучше поговорим о вашей статье.

Гейб был разочарован и удивлен. Прежде чем он успел что-то сказать, официант принес заказ. Кейси вздохнула с облегчением и занялась своим суфле, поглядывая на Гейба. Тот аккуратно отодвинул картошку от рыбы, а потом разделил все овощи на кучки – салат отдельно от морковки, рядом помидоры. У Кейси неожиданно начисто пропал аппетит. Ей стало нехорошо. Точно так же ел ее отчим Лу. И он был тоже очень привередлив в еде…

– Вам не нравится суфле? – спросил Гейб.

– Я… берегу место для десерта, – ответила девушка. Гейб картинно застонал, и она, смеясь, продолжала: – Только я еще не решила, что мне хочется – сливочный торт или клубнику со сливками… Но сначала расскажите мне о тех глупых свиданиях, Гейб. Одна из женщин действительно съела четыре куска сливочного торта?

– Четыре, и куски были немаленькие. Я просто понять не мог, куда они помещаются… Если честно, мне вовсе не хотелось браться за такое задание. Я две недели мотался по городу, пытаясь выследить одного наркомана, и почти совсем не спал… Да и вообще такие материалы – про женщин, свидания – не мой профиль. Я занимаюсь… другими проблемами. Кроме того, последнее время я пытался действительно найти подходящую женщину… ну, вы знаете, решил, что пора осесть, завести семью и все такое прочее.

Гейб осекся и явно пожалел о сказанном, словно его признание могло унизить его в глазах Кейси, словно желание завести семью лишало его частички мужественности. Но он ошибался. Его слова вызвали в ней уважение и одновременно сожаление. Она поняла, что он не искал не только легких интрижек, он хотел найти жену, родственную душу, которая всегда будет рядом и, возможно, в один прекрасный день разделит с ним радость от получения Пулитцеровской премии. Но она, Кейси, никогда не сможет претендовать на место его жены, хотя Гейб нравился ей все больше и больше.

Она вдруг почувствовала, что между ними протягивается ниточка связи – не того животного желания, которое сжигало обоих с первой минуты встречи, нет, чего-то большего – понимания и симпатии. Испугавшись, Кейси поспешно сказала:

– А теперь расскажите мне о женщине, которая дала такое забавное объявление – где все слова стояли по алфавиту.

– С удовольствием. – Гейб усмехнулся. – Надо сказать, что когда я добрался туда, я был слегка не в форме… Видите ли, я нашел того наркомана. С ним было двое ребят лет четырнадцати, которых он заставлял торговать зельем… Ну, пришлось подраться и вообще… Но зато мальчишки теперь дома.

Кейси смотрела на журналиста и думала: как же так? Он вовсе не плохой человек. Он спасал детей. Вот и объяснение его поведения и внешнего вида в тот вечер. А разве сама она не совершала ошибок? Да и выглядела она вчера как черт знает что, так что его можно понять…