Слабая, сильная, твоя… - Яна Розова

Я ошибалась во всем! И планы все пошли наперекосяк, и Мира я так и не получила. Ведь невозможно получить в свое полное распоряжение холодный дождь или горную реку. Все равно протечет между замерзших пальцев.

Однако пришло время инструктажа:

— Завтра приступаем к делу! — Вот пожалуйста: сидит без штанов и ведет деловые разговоры! — Утром выйдешь из гостиницы, пройдешь на улицу Роз, номер девять. Там консьерж покажет тебе комнату, снятую на имя мсье Монтана. Проплачено за неделю. Тебе понадобятся деньги — вот наличка и на всякий случай кредитка. Здесь приличная сумма. Это если придется возвращаться в Россию самой.

— Как это самой?

— На всякий случай. Имей в виду, все очень серьезно. Жора может быть опасен, слишком уж большой куш в деле. Если все откроется — он нас засудит.

— Глупости! За что засудит? За то, что я сама себя украла?

— За вымогательство. Ладно, ты справишься, не будем о грустном. Как только мы получим деньги, тебя найдут на сто тридцатом километре дороги, ведущей в Льеж. Ты будешь лежать на обочине, без сознания, со связанными руками и ногами. Постарайся дня три ничего не есть и не спать. У тебя должен быть изможденный вид. Ты сможешь нанести себе несколько синяков? Вот если бы еще сломать, например, ключицу!

Я выронила щетку для волос, по спине пробежал холодок. Потребовалось десять секунд, чтобы понять — Мир пошутил.

Он ободряюще улыбнулся, продемонстрировав свои жуткие скошенные клыки.

— Леночка! Если ты не будешь мне доверять, ничего не получится!

Заговорщик поднялся, натянул трусы, брюки, свитер и спокойно направился к выходу.

— Я все сделаю, как ты говоришь. — Мой голос звучал обреченно.

— Конечно! — Любимый обернулся в дверях. — Ты же хочешь меня?!

После обеда вернулся Жора. Он был пьян, что показалось мне странным. Обычно он выпивал не больше двух бокалов вина, а сегодня набрался в стельку, да еще в компании своей высокоморальной сестрицы. Я тоже постепенно достигла кондиции, потом рухнула в постель и моментально вырубилась.

Утром произошло непредвиденное. Я проснулась оттого, что кто-то ломился в наш номер. И не просто ломился, а истошно визжал и молотил в дверь, по крайней мере, ногами. Жора очнулся первым и, бормоча, поплелся открывать. Как только он отпер замок, дверь распахнулась, причем бедняга едва успел отскочить, чтобы не схлопотать по лбу.

В комнату ворвалась Альбина. Такого я никогда еще не видела! Красная, с перекошенным лицом, в распахнутом халате, надетом на дешевую трикотажную ночнушку в цветочек, Альбина была похожа на буйно помешанную. Она резко затормозила посередине номера, не дойдя четырех шагов до кровати, в которой сидела я, парализованная ужасом. Альбина не молчала ни доли секунды, поэтому слова сливались в единый вой. Смысла понять было невозможно.

Жора окончательно проснулся и, пытаясь перекричать сестрицу, громко спросил:

— Что случилось?

У Альбины как раз закончился в легких воздух, она остановилась, чтобы сделать вдох. Услышав вопрос брата, она еще сильнее налилась краской, театрально простерла длань и возвестила:

— Она соблазнила моего мужа!

Мне всегда казалось, что говорить о присутствующих в третьем лице неприлично, но Альбину уже было не остановить.

— Она соблазнила моего мужа! Она окрутила моего брата! Лживая дрянь! Она подлая, она…

Тут вошел Мир. С его появлением сцена из драматической превратилась в фарс. Он был похоронно спокоен, но в уголках хитрых глаз прятался смех. Было заметно: происходящее здорово веселит его. Мир с достоинством направил свой нос в сторону жены, соединил руки ладонь к ладони как раз на уровне причины всех бед и спокойно сказал:

— Альбина, пойдем в наш номер и спокойно поговорим.

— Гадина! — верещала его нежная супруга, обращаясь ко мне. — Тварь, влезла в постель моего брата, разбила мою семью! А ты! — Она развернулась к Миру. — Ты мерзавец! Вот почему ты не спишь со мной целый год!

Я сразу оттаяла. Он не спит с ней целый год! Он не спит с ней целый год! Боже, какое счастье!

— Никому это не интересно, дорогая!

Мир глубоко ошибался. Альбина, сверкая фиксами, продолжила сольную партию:

— Она курит! Она алкоголичка! Она разбила семью!

— Хватит! — В беседу супругов вступил Жора. — Альбина, немедленно приведи себя в порядок и успокойся. Мир, уведи ее.

Его голос прозвучал как гром среди ясного неба. Я подумала: а ведь Мир предупреждал, что Жора совсем не мямля, не надо скидывать его со счетов.

Альбина замерла, будто в ней села батарейка. Муж взял ее под белы рученьки и повел к выходу.

— Мир! — окликнул мой муж моего любовника. — Это правда?

Думаю, Мир уже подготовился к этому вопросу. Необходимо было спасать план. Он пошел ва-банк:

— Конечно, нет, — и плотно прикрыл за собой дверь.

Жора повернулся ко мне.