Синдер & Элла - Келли Орам

– Вам нужно мое одобрение? – усмехнулся я. – Можно подумать, мое мнение тут хоть что-то значит.

– Конечно, да.

Я бы засмеялся, но на самом деле было не смешно. Мое мнение перестало кого-либо интересовать с тех пор, как первый подростковый фильм с моим участием побил рекорды кассовых сборов. Агенты, менеджеры, пиарщики, юристы, консультанты по имиджу, персональные тренеры и тому подобные…

Теперь они контролировали мою жизнь во всех проявлениях: что можно и что нельзя носить, что есть – что не есть, куда ходить – куда не ходить, что говорить – а что нет. Черт возьми, они составили график рекламной кампании, вообще не посоветовавшись со мной. И теперь на столе лежал готовый план, поправки к которому не принимались.

Изучая список, я увидел, что за меня на недели вперед распланировали интервью, фотосессии, появление на публике, посещение кинопремьер, участие в ток-шоу на радио и телевидении. Лос-Анджелес, Нью-Йорк, Чикаго…

Я встретился взглядом с Джозефом и скептически поднял бровь:

– Не сомневаюсь, что вы уже давно забронировали все авиабилеты и номера в отелях, так какого черта вам нужно мое согласие? «Шоу Кеннета Лонга»? Да этот парень – полный кретин! Вот это я точно не одобряю.

Джозеф поморщился, и его лицо приобрело выражение мрачной решимости.

– «Шоу Кеннета Лонга» – это прайм-тайм. Самое популярное ток-шоу на свете. Миллионы просмотров. Ты не можешь пропустить интервью с ним только потому, что он тебе не нравится.

– Допустим. А что это за «Сплетни о звездах»? Это же тупой таблоид?

Мой пиарщик – еще один кретин – откашлялся и решил вступиться за свое расписание.

– Это самый большой таблоид в мире. Если ты им понравишься, они сделают тебя самым знаменитым человеком на планете, а если нет – то превратят в самое большое посмешище в истории Голливуда.

– Они уже наблюдают за тобой, Брайан, – хмуро добавил мой менеджер Гэри. – Лучше поддерживать с ними хорошие отношения, иначе они начнут распространять в СМИ такие вот истории каждую неделю.

Гэри швырнул мне последний номер «Сплетен о звездах». Я прочитал заголовок и расплылся в довольной улыбке. Затащить Адрианну Паскаль ко мне домой в прошлые выходные – пожалуй, самое стоящее, что я делал за последний год.

– Ты целовался взасос с девушкой всемирно известной рок-звезды Кайла Гамильтона на вечеринке в честь его же дня рождения!

Хех. Вообще-то мы не только целовались той ночью. Я посмотрел вокруг, сделав большие невинные глаза:

– А они разве не расстались?

– Ты расстроил их чертову свадьбу.

Я пожал плечами:

– Ну и ладно, он все равно эгоистичный козел. И кстати, если бы она его так любила, то не висела бы на мне весь вечер.

Отец наконец вышел из себя.

– Это не те новости, которые нам сейчас нужны! – заорал он. – Думаешь, ты самый успешный среди звезд-подростков? Хочешь повыпендриваться? Как бы не так! В Голливуде каждый год появляются десятки таких засранцев, как ты. Если тебе охота валять дурака, следующим твоим появлением на публике будет какая-нибудь передача «Где они сейчас?» через двадцать лет.

Я злобно посмотрел на отца, пытаясь вложить в свой взгляд как можно больше ненависти.

Он никогда не уважал меня и не верил в мои силы. Смеялся над каждой моей ролью. Постоянно говорил, что «не мне тягаться с большими звездами» – с тех самых пор, как я сказал, что хочу самостоятельно сделать карьеру в кино, а не сниматься в его фильмах. Он только и ждет моего фиаско, чтобы потом ткнуть меня в это.

– С меня хватит. – Я оттолкнулся от стола и скатал еще один комок из расписания. Сейчас я был слишком зол, чтобы сконцентрироваться, и не попал в корзину.

Я хотел выбежать из кабинета, но Лиза, исполнительный продюсер фильма и единственный человек на этом совещании (кроме Скотта), который вызывал у меня симпатию, преградила мне путь.

– Брайан. – Она взяла меня за руку. Хотя улыбалась она покровительственно, я все равно немного смягчился. – Мы знаем, что ты расстроен. В прошлом году у тебя был несколько неудачный опыт с папарацци, но этот рекламный тур очень-очень важен.

Несколько неудачный? С тех пор как меня выбрали на роль принца Синдера, я стал целью номер один для папарацци, снабжающих фотками журналы для девочек. Они постоянно приставали ко мне, чтобы продать миллионы копий всем женщинам в стране от двенадцати до шестидесяти. Они таскались за мной повсюду. Я не мог даже задницу спокойно вытереть, чтобы меня не разместили на обложках всех изданий в Америке. За весь год у меня не было ни минуты покоя.

– Это важно для всех нас, Брайан, но особенно для тебя, – продолжила Лиза. – Эта роль – настоящий подарок. Синдер – это, возможно, главная роль в твоей жизни, и ты ее отхватил. Все – начиная от критиков и заканчивая среднестатистическим зрителем – влюбятся в тебя по уши. Если ты сейчас все сделаешь правильно, можешь даже заработать номинацию на «Оскар».

Я немного завис от полученной информации. Джозеф воспользовался моим промедлением.

– Она права, Брайан. Это будет нечто, настоящий фурор.

Сидящие за столом одобрительно закивали. Все улыбались. Кроме Кайли. Наверное, не очень приятно слышать, что я должен полностью затмить ее в новом фильме. Ее-то вряд ли номинируют на «Оскар».

Я не удержался и посмотрел на отца. Он – один из самых известных людей в Голливуде. И хотя я его ненавидел, мне всегда хотелось заслужить его похвалу.

Отец серьезно посмотрел на меня.

– Ты действительно молодец.

Его слова настолько меня удивили, что я вернулся на место.

– Спасибо.

Отец кивнул.

– Этой ролью ты можешь заслужить уважение людей из киноиндустрии. Ты же хочешь стать серьезным актером, а не кумиром подростков? – Он взял со стола журнал и добавил: – Но голливудская элита не любит тех, кто светится в подобных историях. И неважно, насколько ты хорош как актер: если тебя не уважают и считают потенциально опасным, никто не захочет с тобой дальше работать.

К сожалению, он был прав. Если эта роль действительно может создать вокруг меня такую шумиху, как говорят в нашей команде, придется завязывать с моими выходками. А это не так-то просто, когда весь мир считает тебя сладеньким мальчиком.

– И чего вы от меня хотите? – с горечью спросил я, немного успокоившись. – Что я могу поделать, если журналистов интересуют лишь кубики на животе и думал ли я когда-нибудь об отношениях с фанаткой? Я не виноват, что я слишком смазливый, чтобы воспринимать меня всерьез.

– Может, ему заняться благотворительностью? – спросил один из менеджеров.

– Слишком избито, – возразил другой. – Сейчас это делает каждый второй. Нас сразу раскусят.

– Может, ему поступить в университет? – предложил кто-то еще.