Не меньше чем леди - Мэри Джо Патни

— Но?..

— Мой очаровательный, высокородный, во всех отношениях подходящий муж оказался чудовищем. — Хотя голос ее прозвучал бесстрастно, дрожь, пробежавшая по ее телу, выдала ее.

— Жестоким и склонным к насилию? — с пониманием заметил Рэндалл.

— Да. — Она все глубже уходила в себя.

Рэндалл с трудом подавил гнев на этого неизвестного мужа.

— Вам пришлось убить его, чтобы спасти свою жизнь?

Она устало отбросила с лица прядь мягких каштановых волос.

— Вначале вспышки жестокости случались редко, и он: каждый раз искренне извинялся. Но время шло, и становилось все хуже и хуже. Он меня ревновал и обвинял в том, что я готова отдаться каждому мужчине, которого встречаю. Поэтому держал меня в деревне и следил за тем, чтобы в доме была только женская прислуга. Постепенно я поняла, что, причиняя мне боль, он возбуждается. — Голос ее прервался. — Откуда мне было знать, как справляться с этим? Ведь я была еще ребенком, воспитанным в подчинении долгу.

— Долг женщины не в том, чтобы позволять мужчине издеваться над собой. — Теперь Рэндалл понял, почему она всегда старалась держаться в тени и вздрагивала всякий раз, когда он к ней приближался. Она не доверяла мужчинам в принципе, и вполне заслуженно. — Чем же это закончилось?

— Примерно через год я обнаружила, что беременна. Я молилась, чтобы это был мальчик и мой муж получил бы наследника. Я сказала ему, что хочу пожить отдельно до рождения ребенка. — Взгляд ее серых глаз застыл. — Он обезумел от ярости. Сказал, что никогда не отпустит меня, что я принадлежу ему, и все это время продолжал жестоко избивать меня. Я была даже уверена, что он собирается меня убить. Я оттолкнула его, из последних сил пытаясь увернуться от ударов его хлыста. Он был пьян и плохо держался на ногах. Он... он упал и разбил голову об угол камина. И умер мгновенно, я думаю.

Рэндалл содрогнулся. Бедняжка! Что же ей пришлось пережить...

— Так это было не убийство, а только несчастный случай при самозащите. — Он старался, чтобы его голос прозвучал ровно. Если он позволит своему гневу вырваться наружу, она может испугаться. — А что с ребенком?

— В ту ночь у меня случился выкидыш. — Дыхание ее стало частым и прерывистым. — Мой муж пинал меня ногами. Много раз.

Рэндалл не знал, как ее успокоить. Он был готов схватить ее в объятия и утешить, но сомневался, что Джулия сможет вынести прикосновение мужчины в такой момент.

— Как же, во имя всего святого, могли обвинить вас в убийстве при подобных обстоятельствах?

— Крокетт, тот человек, что меня похитил, был компаньоном и помощником моего мужа. Между ними установились странные тесные отношения. — Она отрешенно смотрела на огонь. — Он был первым, кто обнаружил тело моего мужа и меня рядом, истекавшую кровью. Крокетт действовал быстро, постаравшись скрыть, что случилось, чтобы не разразился скандал.

— Выходит, никто не знает, что произошло на самом деле?

— Проводилось дознание. Официальный вердикт — смерть в результате несчастного случая. Но Крокетт заявил моему свекру, что я убила своего мужа. Естественно, тот был в отчаянии от гибели единственного сына. Ему нужно было обвинить кого-нибудь, и он счел меня виноватой. С тех пор он желает отомстить, а проще — убить меня.

— Это он приказал вас похитить?

— Да. — Джулия закрыла глаза. — Я не знаю, что он собирался со мной сделать. Но догадаться нетрудно.

Рэндалл обдумал то, что она сказала и о чем не стала упоминать.

— Наверняка ваша семья достаточно влиятельна. Разве они не могли защитить вас?

Джулия горько рассмеялась.

— Как только я немного поправилась и смогла встать с постели, я убежала к отцу. Мой свекор написал ему, что я убила своего мужа. Они с отцом были давними закадычными друзьями, поэтому тот предпочел поверить ему, а не мне. Отец отрекся от меня. Заявил, что я — позор для своей семьи. Этим он развязал свекру руки, и тот мог с полным правом преследовать меня.

Джулия снова умолкла, мыслями погрузившись в прошлое.

— А что было потом? — спросил Рэндалл.

— Я инсценировала собственную смерть. Мы жили у моря. Я пошла на берег и написала записку, что пребываю в полном отчаянии после смерти мужа. Собрав все свои деньги, я оставила на берегу шаль и шляпку, чтобы все подумали, будто я утопилась.

Знак безысходности и огромной душевной силы. Крайне заинтересовавшись ее историей, которая постепенно вырисовывалась перед ним, Рэндалл спросил:

— Как вам удалось бежать?

Она пожала плечами.

— Я купила билет на первую же почтовую карету, которую смогла найти, не заботясь о том, куда она меня завезет. Но я еще не совсем оправилась после избиения и потери ребенка. Когда у меня в пути началось кровотечение, кучер высадил меня в деревне возле Рочдейла в Ланкашире. Местная знахарка взяла меня к себе. Все думали, что я умираю.

— Позвольте предположить, ее звали Бэнкрофт?

Лицо Джулии просветлело.

— Именно так. Луиза была уже стара и очень опытна в своем деле. Она многих женщин вырвала из когтей смерти. Я спросила, могу ли остаться и помогать ей, пока не окрепну. Вскоре я стала ее ученицей и помощницей. И взяла себе имя Бэнкрофт. Мы всем говорили, что я ее родственница. Мне понравилось это занятие, и у меня даже обнаружились кое-какие способности. Луиза обучила меня всему, что знала сама, а я заботилась о ней, когда здоровье ее ухудшилось.

— Вы переехали в Хартли, когда она умерла?

— Я хотела найти место как можно более отдаленное. Когда миссис Бэнкрофт была уже при смерти, ей пришло письмо от давнего друга. Он писал, что в этой части Камберленда очень нужна повитуха. Поэтому я и переехала сюда после ее смерти. — Джулия горько улыбнулась. — Я полагаю, что моя поездка в Лондон с Марией навела моего свекра на мысль, что я, возможно, еще жива. Если бы я не покидала Хартли, оставалась бы в безопасности.

— Вы не сможете туда вернуться. — Его влечение к этой маленькой скромной женщине уже не казалось больше необъяснимым. Рэндалл отметил ее совершенную красоту, но он знал много и других красивых женщин, большинство из которых вовсе не стремились оставаться незаметными. Исключительность Джулии придавала несгибаемая сила духа — какой-то стальной стержень в ее душе.

Рэндалл ощутил непреодолимое побуждение защищать ее.

— Вы думали над тем, что будете делать дальше?

— Сомневаюсь, что смогу найти безопасное прибежище где бы то ни было в Англии. — Она отбросила волосы. — Разве что в одной из колоний. Повитухи везде нужны.

— Полагаю, вы были замужем за лордом Брэнфордом, — спокойно сказал Рэндалл, продолжая разговор. — А ваш кровожадный свекор не кто иной, как граф Давентри.

Джулия громко ахнула и отшатнулась.