В постели с принцем - Сабрина Джеффрис

Кэтрин с улыбкой погладила свой животик.

— Ты хорошо себя чувствуешь?

— Прекрасно!

Миссис Меривейл подвела дочь к туалетному столику:

— Но почему ты стоишь, мой ангел? Ты не должна рисковать здоровьем наследника его сиятельства.

Кэтрин сдержанно улыбнулась:

— А если это будет девочка?

— Тогда ты попытаешься снова, — назидательным тоном проговорила миссис Меривейл.

Они с Алеком будут пытаться снова и снова, несмотря ни на что, и с большим удовольствием.

— Я не могу сейчас сидеть. Я должна одеться. Лорд Дрейкер и его сестра должны прибыть с минуты на минуту.

Миссис Меривейл с недовольным видом возвела глаза к небу:

— Твой муж и его непристойные друзья!.. Хочу надеяться, что лорд Дрейкер не столь плох; очень разумно с твоей стороны предложить ему привести свою сестру. Но мне никогда не будет нравиться мистер Берн.

— Не знаю. Я испытываю к нему теплые чувства. — В глубине души Кэтрин чувствовала, что мистер Берн указал Алеку на нее не только из-за ее приданого, но и потому, что полагал, что они подходят друг другу. Конечно же, мистер Берн стал бы решительно отрицать подобное обвинение, ибо предпочитал, чтобы его считали порочным.

Как и ее муж. Кэтрин снова улыбнулась, посмотрев на свой животик.

— Ну, я думаю, — продолжила миссис Меривейл, — чтостоит примириться с друзьями его сиятельства ради того, чтобы быть графиней. Но ты должна поговорить с мужем относительно его скверной привычки выезжать на ячменные поля. Это не место для джентльмена.

— Он там сейчас?

— Был там. Он только что въехал в новые конюшни, весь потный. — Миссис Меривейл брезгливо поморщилась. — Я увидела его из окна и пришла предупредить тебя. Хотя он выглядит очень довольным собой.

— Я очень рада. Алек возлагает большие надежды на новый сорт ячменя, и я знаю, что он хотел похвастаться этим перед лордом Дрейкером, когда тот появится.

— Если ты не проследишь, твой муж может превратиться в одного из тех, кто проводит все свое время за стрижкой овец и уборкой урожая.

«Уж лучше так, чем с любовницами и за картежной игрой, как папа».

— Это маловероятно. Мистер Дейвс скоро окончательно возьмет имение в свои руки, и тогда Алек сможет заниматься тем, чем захочет.

— Возвратится в лондонское высшее общество? — с надеждой в голосе спросила миссис Меривейл.

— Будет разводить лошадей, а именно — ломовых лошадей лузитанской и суффолкской пород.

— Граф собирается еще купить лошадей? Но у вас уже есть несколько!

Кэтрин засмеялась:

— Мой муж, похоже, считает, что лошадей никогда не бывает слишком много. И если он начнет заниматься лошадьми, ты можешь забыть о Лондоне.

Против чего Кэтрин нисколько не возражала. Она любила деревенскую жизнь. После рождения ребенка Алек обещал обучить ее основным навыкам верховой езды. Их единственная попытка сделать это закончилась любовной сценой в конюшне.

Кэтрин снова улыбнулась, глядя на свой животик:

— Интересно, мой ангел, какого пони купит тебе твой папа?

— Ангелы не нуждаются в пони, — послышался мужской голос. — У них есть крылья.

Отражения, которое Кэтрин увидела в крохотном зеркальце на туалетном столике, было достаточно для того, чтобы у нее на сердце сделалось тепло. Она повернулась на стуле и одарила Алека улыбкой.

Он, также улыбаясь, шагнул в комнату:

— А вот еще два ангела, которые, как всегда, выглядят прелестно.

Миссис Меривейл по-девичьи зарделась.

— Ой, да что вы, милорд! — Она поднялась и направилась к двери. — Но я знаю, когда следует уйти. Вы ведь все еще молодые любовники. — Она на мгновение задержалась в дверях. — Однако я хотела бы спросить… Бриджет срочно требуются новые туфли, и потом…

— Пятидесяти фунтов достаточно, чтобы удовлетворить насущные потребности? — спросил Алек, отлично зная, как это четко срабатывало.

— О да, милорд, спасибо, милорд! — захлебываясь от восторга, поблагодарила миссис Меривейл и выплыла из комнаты со счастливой улыбкой на лице.

Кэтрин засмеялась:

— У тебя так легко выпросить денег. Алек подошел к жене и поцеловал ее в лоб.

— Но ведь это твои деньги.

— Пока что, — нежным голосом проговорила Кэтрин. — Но если разведение лошадей окажется успешным, у нас скоро будут свои собственные деньги.

Кэтрин заметила, как просветлело лицо мужа.

— Подождем до урожая, дорогая. Дейвс говорит, что ячмень вырос на славу и превзошел все его ожидания. На следующий год мы засеем этим сортом все поля, и тогда… Но я пришел вовсе не затем, чтобы рассказывать тебе об этом.

— А зачем?

Что-то упало на стол у Кэтрин за спиной, заставив ее вздрогнуть. Алек нагнулся, чтобы прикоснуться губами к ее уху.

— Теперь твоя очередь выбирать, дорогая. Прошлый раз выбирал я.

Кэтрин повернулась и с тоской посмотрела на «Руководство для повесы».

— Мы не можем. С минуты на минуту придет лорд Дрейкер со своей сестрой. Знаешь, мы планируем ее дебют.

— Она ждала этого довольно долго. Может подождать и еще несколько минут.

— Как же, несколько минут! Прошлый раз мы пробовали позицию из «Пособия», и нам понадобилось не меньше получаса.

— Да, но какие благословенные были эти полчаса! — проговорил Алек и, запустив руку в вырез платья Кэтрин, принялся ласкать грудь.

От его прикосновения у Кэтрин перехватило дыхание. Даже беременность не притупила у нее желания близости с мужем. Улыбнувшись, она обняла его за шею:

— Ты неисправим, мой муж.

— Равно как и ты. — Алек посмотрел на жену и волнующим шепотом проговорил: — Насколько я помню, ты нашла очень привлекательной позицию «Падающий орел».

— Да, но сейчас я не такая гибкая.

— Ладно. — Алек улыбнулся и, подхватив Кэтрин, усадил ее на туалетный столик. — Тогда мы попробуем позицию, которую изобрел я сам.

Он стал поднимать жене рубашку, обнажая ее полные бедра; Кэтрин, смеясь, спросила:

— И как же называется эта позиция? «Нырок на туалетном столике»? Или, может, «Качающееся кресло повесы»?

Алек устремил на нее полный истомы и любви взгляд:

— Я назвал бы ее «Влюбленный Айверсли».

— А, тот самый, — прошептала Кэтрин, раскрываясь навстречу мужу. — Я очень люблю своих старинных возлюбленных.