Моя дикая страсть - Юля Гром

— Прекрати, — делаю вид, что вырываюсь, когда сильная рука оказывается под юбкой. — Батур, у нас же гости.

— Кстати, Сашка звонил. Они с Леной задержатся. Она срочно на роды выехала.

Когда я была беременна, Батур выбрал лучшего врача, у которого я должна была наблюдаться, и спорить с ним было бесполезно. Врач оказался действительно профессионалом, а еще чудесной девушкой и по совместительству бывшей женой Саши. Он очень старается получить ее прощение, но Лена крепкий орешек и облегчать ему жизнь не собирается.

— Леська приедет? — спрашивает муж в перерыве между поцелуями.

— Не-а, она же устроилась работать, и ее послали в командировку, по ее словам, в непроходимую дыру.

— Вот это новость, наследница банковской империи пошла работать, — я уже слушаю мужа вполуха, потому что его пальцы в моих трусиках творят невообразимое.

Я очень счастлива, что мы с Леськой смогли сохранить нашу дружбу и общаемся как раньше.

— Гюль я отпустил в кино с подругами, уже скоро должна вернуться. Как не вовремя, — ругается Батур, когда звонит его телефон.

А я, пользуясь моментом, поправляю платье и достаю мясо из духовки, выкладываю его на большое блюдо. Подхожу к мужу, ощутив тревогу, исходящую от него волнами. Пока он слушает абонента, челюсти его все сильнее сжимаются.

— Хорошо, жду вас, — бросив короткую фразу, Батур убирает телефон в карман и отходит к окну. По напряженным пальцам, отстукивающим по столешнице, понимаю, что у нас проблемы. Спина мгновенно покрывается колючими мурашками.

— Что случилось? — бросив все дела, подхожу, ловлю его мрачный взгляд.

— Ко мне сейчас гости ненадолго заедут. А ты иди на веранду к детям и отцу, — обхватывает лицо ладонями, целует так нежно, словно оберегая. — Иди, Мариш. Я скоро подойду.

Посмотрев на него с подозрением, я все же беру блюдо с мясом и отправляюсь на веранду. Я стараюсь не спорить с мужем, это раньше я устраивала разборки со взрывом тротила, а теперь стала мягче и сговорчивее. Может, рождение ребенка так повлияло, а может, становлюсь мудрее.

— Какие ароматы, — говорит Лида, восхищенно осматривая мясо, которое я ставлю на стол.

— Что случилось? — подходит папа, сразу заметив по моим дерганым движениям что-то неладное.

— Не знаю. К Батуру сейчас какие-то гости приедут, — забираю сына у Лиды, когда он собирается захныкать.

Целую самые сладкие щечки, вдыхаю аромат, прижимаю к себе сыночка. Сердце заходится тревогой, когда вспоминаю все, что нам пришлось пережить в прошлом.

— Кариша, садись за стол, — разливаю всем сока, держа в одной руке Ямана, пока его привлек мой кулон и он передумал плакать.

— Ну и чего ты волнуешься? Деловой партнер приехал обсудить бизнес, обычная ситуация, — пожимает отец плечами и приступает к еде. — У-у-у, дочка, сегодня мясо у тебя особенно хорошо получилось.

— Пап, у вас на фирме дела хорошо идут? — волнение меня не отпускает.

Совсем недавно Батур мне рассказал, что сразу после свадьбы начал переводить многих клиентов в фирму отца и вкладывать туда свои личные деньги, тем самым готовя пути к отступлению.

Сейчас муж с отцом равноправные учредители успешного бизнеса. Меня очень радует, что между ними сложились хорошие отношения.

— Все отлично, ешь давай. Не порть всем аппетит.

И правда, может, зря я себя накручиваю. Посадив сына в коляску, принимаюсь за еду, подкладываю Карише салат. Переживаю, что она очень худенькая, и все время хочу ее накормить. Хотя Лида говорит, что все нормально и девочка пошла худобой в мать. Отношения с дочкой Батура складывались непросто. Она категорически отказывалась меня принимать, не слушалась, плакала, жаловалась Батуру. Когда мы стали жить все вместе, Карина не отлипала от отца. Даже с Гюль не хотела играть. Я понимала, что ей необходимо время, забота и любовь. Хорошим знаком было то, что она стала гораздо меньше болеть. Лида успокаивала меня, говоря, что это уже огромный прогресс. Все изменилось, когда родился Яман. Я думала, что Карина будет жутко ревновать, но она так прониклась к нему любовью, что стала для меня главной помощницей. В ежедневных заботах о младенце мы постепенно сближались. Мы шли навстречу друг другу маленькими шажками.

От приятных воспоминаний меня отвлекает звук разъезжающихся ворот. Повернувшись, я вижу, как во двор заезжают три черных автомобиля, из которых сначала выходят охранники и лишь потом несколько мужчин преклонного возраста. Батур идет им навстречу, протягивает руку и приглашает в дом.

— Пришел конец нашей спокойной жизни, — со вздохом говорю, глядя на отца и Лиду.

— Ох уж эти женщины, — качает головой отец, злясь на то, что я паникую. — Сиди спокойно. Батур все решит. Или ты мужу не доверяешь?

— Мариш, принеси еще хлеба, — украдкой подмигнув мне, чтобы отец не видел, просит Лида.

— Так вот же еще хлеб, — удивленно смотрит отец и протягивает Лиде тарелку.

— Сходи, сходи, Марин. Не хватит нам, можешь еще соль захватить. Иди.

Подскакиваю и пулей лечу в дом, осторожно подхожу к кабинету мужа. В маленькую щель ничего разглядеть не получается, зато все слышно.

— Старейшины, ваш визит — это честь для меня. Чем обязан? — я слышу серьезный голос мужа.

— Батур, ты, наверное, знаешь, что дела семьи Юксель в плачевном состоянии?

— Нет, после того как вышел из клана, я не слежу за делами семьи.

— За полтора года сменилось уже два Главы. Их убрали за воровство, несоблюдение законов и неподобающее поведение.

— Мне очень жаль. Но почему вы приехали ко мне?

— Несколько дней назад мы созывали совет, на котором приняли единогласное решение — просить тебя, Батур, занять пост Главы. Только ты сможешь вернуть нашей семье прошлое величие и богатство. Под твоим жестким и справедливым руководством мы снова станем могущественным кланом.

Через