Мятеж - Ханна Мэтьюсон

– Я спросила тебя у двери, – сказала женщина, – но меня не впустили.

Это и есть тот человек, кто спрашивал ее у слуги и кто так его напугал?

– Я тебя знаю?

Она подняла голову, и свет из окон бального зала упал на ее лицо. Это был фарфор.

– Ты не узнаешь меня, друг? – сказала она, не шевеля губами.

– Вайолет.

Имя было выдохом, вырвавшимся из ее парализованного горла. Исчезла фарфоровая кукла, которую Кассия сняла с полки в Странствующем Месте. У существа перед ней были те же глаза на том же мягком, невыразительном лице, но теперь кукла больше походила на шарнирный манекен. У нее был рост и телосложение Кассии – и ее волосы. Некогда строго уложенные локоны Вайолет свободными волнами ниспадали из-под капюшона. В глубине души Кассия задавалась вопросом, выглядит ли она так же пугающе, как этот манекен с ее слишком яркими зелеными глазами и длинными черными волосами.

– Мне нужно многое тебе рассказать, – сказала Вайолет.

Она замерцала, как пламя свечи, и спустя мгновение оказалась возле Кассии. Девушка еле сдержала крик. Это просто шок, сказала она себе. Она не боялась. И это была отличная возможность.

– Как ты это сделала? – спросила она, заставляя себя говорить спокойно.

– Это магия призрака.

Она склонила голову набок, и это движение напомнило Кассии марионетку на ниточках.

– Я думаю, его магия была самой странной. Она заставила меня почувствовать себя такой… легкой. И посмотри на это.

Она подняла руку. Когда Кассия только нашла Вайолет, ее фарфоровые ручки были неподвижны. Но теперь у нее на запястье и костяшках пальцев были механические суставы, и она использовала их, чтобы вытянуть один палец и указать на урну на балюстраде.

– Это магия мастеров душ, – сказала она, снимая урну с балюстрады. На мгновение та зависла в воздухе, а затем начала светиться изнутри оранжевым светом. Когда твердый камень накалился, на его поверхности появились трещины, и в течение нескольких секунд урна распалась и исчезла, не оставив ничего, кроме струйки дыма.

Вайолет не только произносила заклинания; она владела и другими видами магии.

– Но магия мастеров душ не способна на такое, – сказала Кассия, на этот раз изо всех сил стараясь сдержать дрожь в голосе. – Они не могут вот так уничтожить вещь. И призраки не могут двигаться так, как ты только что сделала.

– Нет, – согласилась Вайолет, и ее глаза, казалось, вспыхнули. – Магия изменилась внутри меня. Когда они все соприкоснулись – чародей, призрак, мастер душ, телепат, появились новые цвета. Новые ноты. Я не могу читать мысли, но я могу сделать это.

Она посмотрела на окна, и мгновение ничего не происходило. Затем гость, который стоял к ним ближе всего, повернулся. Его взгляд затуманился, он уронил свой стакан, и тот разбился у ног, привлекая внимание его спутников. Один из них был достаточно близко, чтобы поймать мужчину, когда его глаза закатились, а ноги подогнулись.

Кассия поняла и, чтобы скрыть свой ужас, закрыла рот обеими руками.

– Что ты с ним сделала? – спросила она.

Вайолет вздохнула.

– Я выпила его разум, – мечтательно сказала она.

Вайолет снова замерцала, как будто была не совсем осязаемой.

– Его зовут Лондус. Он проектирует поезда. Его мать умерла три недели назад. Я собрала так много мудрости и историй с тех пор, как нашла этих телепатов. Я так много повидала в этом мире. Благодаря им я поняла, что нужно держаться подальше от магии оракула, потому что она не пойдет мне на пользу.

Так вот почему двое из телепатов не проснулись? Лондус обмяк в руках своих друзей, а те продолжали трясти его, пытаясь привести в чувства. Его глаза были открыты, но смотрели в никуда. А рот был вялым, как у мертвеца.

– Ты говорила мне, что никому не причинишь вреда, – сказала Кассия.

Она больше не могла и не хотела скрывать свой ужас.

– Я сказала, что не хочу этого, а не что не буду. Но это то, что приходится делать.

– Для чего? Зачем ты все это делаешь?

Она снова наклонила голову в своей жуткой манере, и Кассия подавила желание зажмуриться, как испуганный ребенок.

– Для нас.

Нет. Кассия прислонилась спиной к балюстраде, внезапно почувствовав головокружение.

– Для тебя и меня, Кассия. Я нашла решение.

Она взяла безвольную руку Кассии в свою холодную, механическую, и Кассия вздрогнула.

– Твой брат показал мне это, сам того не желая. Я наблюдала, как он отдавал магию девушке, так я отдам всю эту магию тебе. Я собирала ее для тебя.

Кассия отдернула руку.

– Нет, Вайолет. Спасибо, – заставила она себя добавить. – Но я не могу забрать магию у других. Это не решение проблемы.

Вайолет издала звонкий смешок.

– Но это именно так. Это решение всех проблем. Теперь я увидела ваш мир и подтвердила свои подозрения. Жители этого города утверждают, что поклоняются звездам, но это самообман. Единственное, чему они поклоняются, – это сила. Магия. Пока у тебя не будет магии, они никогда не оценят тебя по достоинству, не увидят тебя такой, какой вижу я.

Кассия не могла поспорить ни с одним из выводов Вайолет, кроме одного.

– Все равно ты причиняешь людям боль. Это неправильно. Это плохой способ получить желаемое.

Вайолет снова рассмеялась.

– Да, сейчас ты в это веришь. Но если бы ты почувствовала ту силу, которую чувствую я – если бы у тебя было то, что я хочу тебе дать, – ты думала бы по-другому. Это так, так прекрасно, Кассия. И все это твое по праву. Ты должна быть самой собою, как и все мы. Вот кем ты должна быть.

Вайолет протянула к ней руку, коснувшись плеча. Кассия крепко сжала пальцами фарфоровое предплечье Вайолет и убрала его от себя. Глаза женщины-куклы вспыхнули, ее голова дернулась от удивления… или гнева.

– Вайолет, пожалуйста, послушай. Меня не будут уважать за то, что я отняла магию у других людей. Все посчитают меня злодейкой.

Она должна была заставить ее понять.

– Ты бы унизила меня.

В помещении снова что-то произошло, танцы прекратились. В центре комнаты стояли инфорсеры. Кассия взглянула в ту сторону, и ее накрыла новая волна страха. Олливан был окружен дружинниками, которые вскоре начали