Императорский отбор, или Его строптивое счастье - Наталья Самсонова

- Мамочки,- всхлипнула Милли,- мамочки.

- Высшая магия,- с искренним отвращением произнесла Вайолин.

- Пока что это совершенно не важно,- обладатель таинственного, почти потустороннего голоса так и не появился. – Вот и все, вы совершенно свободны!

Вот только резные двери Малого Парадного Кабинета уже захлопнулись, оставляя подруг в кромешной темноте.

- Так, надо найти окно и сорвать с него шторы,- решительно проговорила Хестер. – Кто-нибудь понял, как нас подчинили?

- Кольца,- уверенно сказала Вайолин,- потому что я свое стянула и тут же смогла сделать шаг назад.

Шшурх! И кабинет тут же залило ярким дневным светом.

- Тут давно никого не было,- Хестер смотрела на пылинки, что танцевали в солнечных лучах. – Видимо, Император не оценил бирюзу.

- Видимо,- согласилась волчица и тут же ахнула,- ты что делаешь?!

- Ну ты же его как-то сняла! – чуть не плача проговорила Милли,- я тоже хочу!

- Я же истинного встретила,- напомнила волчица. – Оно с меня чуть ли не в тот же день свалилось! Уж я намучилась его на палец пристраивать.

Милли перестала мучить палец, что уже успел немного покраснеть и опухнуть, и с горечью проговорила:

- Такое впечатление, что устроители отбора не думали, когда эти кольца создавали!

- Или им не дали подумать,- напомнила Хестер. – Вопрос в том, зачем мы здесь.

- Ты,- коротко и без обиняков поправила ее волчица. – Здесь нужна была ты.

- Значит, на нас чем-то воздействовали, еще в комнате,- ахнула Милли. – Но решение пойти сюда казалось таким логичным, таким правильным.

- Вы вправе винить меня,- с горечью проговорила леди Аргеланд.

В этот же момент Милида подскочила к ней и пылко обняла:

- Никогда! Ты не сомневалась, когда из-за меня ввязалась в дуэль против двух тренированных мужчин! И я тоже не сомневаюсь в том, что хочу пройти твоей дорогой. Просто…

Милли разжала руки и самокритично добавила:

- Просто толку от меня нет никакого. Подругу ты так себе выбрала – ни сильной магии, ни влиятельных родственников, ни богатств, что открывают двери.

- Побойся богов, друзей не по таким признакам выбирают,- вместо Хестер ответила Вайолин,- это ты про партнеров говоришь. Ты мне – я тебе. Дружба она другая. И я, к слову, тоже рада, что мы, так или иначе, встретились.

- Осталось только понять, что в этой старой комнате не так! – радостно улыбнулась Милли.

- Старой? – удивилась Хестер.

- Так ведь пылью же пахнет,- удивилась Милли,- вы не чувствуете?

- Не пылью,- ахнула леди Аргеланд,- чарами консервации! Эта комната была открыта вот только что.

Переведя взгляд на пылинки, что плясали в солнечных лучах, Хестер указала на них пальцем:

- А это остатки магии, ведь пыли в комнате нет, посмотрите, все сияет чистотой.

- Чистотой, которую может дать лишь магия,- кивнула Вайолин.

- Ой! Ма-а… А, это просто накидка,- Милли за секунду успела и испугать до крика, и его же устыдиться. – Посмотрите, белая.

Хестер обернулась назад и увидела накидку, что была небрежно брошена на спинку старого, потертого кожаного кресла. И в тот же момент на ковре появилась шкатулка, а по рукам леди Аргеланд пробежали тонкие нити инея…

13.3

За долю секунды Хестер представила, что сейчас вся эта комната окажется охваченной ее странной, чуждой, неизученной силой и ей все-таки удалось взять морозную тьму под контроль.

- Хестер? – позвала подругу Милли.

- Тише,- зашипела Вайолин. – Неужели не чувствуешь? В этот раз мурашки по шкуре ползут.

Горячечный шепот волчицы немного отвлек Хестер и она, остановившись, медленно выдохнула. Досчитала до десяти и, не отводя взгляда от белой накидки, леди Аргеланд аккуратно опустилась на одно колено и подхватила шкатулку. Так же, слитным движением, она сняла кольцо невесты и, откинув крышку, вытащила перчатки.

- Мамочки, одно и то же плетение, у перчаток и у накидки,- пискнула Милли. – Это кружево безумно ценилось, у моей бабушки до сих пор есть крошечный отрез! Она обещала его мне на свадьбу подарить. Ну, точнее, маменька заставила пообещать.

- Кружево как кружево,- проворчала Вайолин,- тонкое да прозрачное. Такое один раз наденешь и все, зацепишься как пить дать!

- Оно славится своей крепостью,- возмутилась Милли.

- Настойка Ведущего Леса – вот, что славится своей крепостью.

Все эти разговоры Хестер отмечала лишь краем уха. Натянув на руки перчатки, она замерла. Выровняла дыхание и постаралась отстраниться от нахлынувшей боли.

Шаг. Еще шаг и леди Аргеланд открылась истина – накидка была грязна. Среди белого кружева змеились черные и серые нити, что были тоньше волоса. Но они были!

- Что бы ни случилось,- хрипло произнесла Хестер,- тряпку голыми руками не трогать.

Подруги, оставшиеся за спиной, одновременно выдохнули и Вайолин тут же произнесла:

- Возьму кочергу.

- Не вздумай даже,- разъяренной кошкой зашипела Милли,- это не просто накидка, это произведение искусства! Никто больше не смог повторить холодное кружево! Отдай. Отдай-кочергу-я-тебе-не-позволю-уничтожить-такой-памятник-кружевного-искусства!

- А я думала, ты за Хестер беспокоишься, что ей по голове прилетит случайно.

- Ей не прилетит, а кружево может испортиться!

Хестер, что досадливо морщилась, слыша перепалку подруг, тут же замерла. И, все так же не отводя взгляда от наброшенной на спинку кресла накидки, осторожно спросила:

- Почему ты назвала это кружево холодным?

- Оно равномерно тонкое, ты обращала на это внимание? Повторить сам морозный узор не сложно, но современное холодное плетение бугристое, шершавое… Обычное. А если магией создать, то фонит сильно, сама знаешь. Бабушка мне рассказывала, что ее прабабка была родом с маленького скалистого острова. Бедного острова – там ничего не было, вообще ничего! Даже корабли не каждый месяц пристать могли. И они тем и спасались, что плели вот это кружево, а потом его в чем-то вымачивали, выкручивали, вытягивали, а после продавали. И оно всегда ощущалось холодным и никогда не нагревалось. А еще его можно было использовать для создания артефактов. Бабушка хранит этот отрез кружева для той своей внучки, которая сможет колдовать – чтобы зачаровать его как следует. Я, правда, не смогу, но она боится, что моя дочь вырасти не успеет.

Вайолин хмыкнула:

- Твоя дочь еще не зачата, а над ней уже повис долг.

- Не долг,- надулась Милли.

- Я никогда не слышала про такое кружево, твоя бабушка