Шанс на мечту - Валерия Стругова

— Ты не оставишь меня. Ты не можешь… — голос Адама прозвучал глухо и испуганно.

Рэна спокойно вывернулась из его рук и продолжила складывать вещи в чемодан, словно он не стоял рядом, словно его безысходность не касалась её. И зачем она разложила эти дурацкие вещи? Ей не пришлось бы сейчас тратить на это время, если бы чемодан просто стоял в шкафу, как прежде.

— У нас был курортный роман. Нам было хорошо, но на этом всё.

Адам отчаянно шагнул вперёд и схватил её за руку, прижав к себе. Его дыхание участилось.

— Нет! Ты сказала, что будешь рядом, когда мы были в пещере. — крикнул он, сжимая её руку сильнее. — Ты вытащила меня из этого ада. С тобой я могу спать, я могу жить!

Рэна подняла на него глаза. Серые глаза внимательно следили за ней.

— Пригласи в свою постель Викторию. Она поможет тебе заснуть, — прошипела Рэна, пытаясь сдерживать ком, который подступил к горлу. — Точно. Тебе не нужно её приглашать, она всегда где-то здесь.

Адам вздрогнул от её слов, его лицо на мгновение исказилось от боли. Он не понимал, как всё дошло до этого. Ещё вчера она была для него якорем, смыслом, а сейчас… она отталкивала его, как будто он стал ненужным.

Это несправедливо, думал Адам. Она не понимает. Она должна быть рядом. С ней он мог наконец чувствовать себя живым. Всё было так хорошо всего несколько часов назад, почему теперь она всё рушит?

Адам отпустил её руку и отступил назад, как будто внезапно осознал, что не может удержать её против воли. Он смотрел на неё, собирающую вещи, и внутри него разгоралась обида, смешанная с непониманием. Адам чувствовал, как его мир рушится.

— Рэна, всё не так. Ты… — Адам казался потерянным, его слова звучали слабо, словно он не знал, что сказать, чтобы вернуть её.

— Я нравлюсь тебе? Я чудесная? Я милая? Знаю, — перебила его она, внезапно останавливаясь и поворачиваясь к нему лицом. В её взгляде была железная решимость. — Но ты больше не нравишься мне.

Он замер, его руки безвольно опустились. Эти слова ранили его сильнее, чем всё, что он когда-либо слышал.

— Ты это не серьёзно! Ты просто злишься, — попытался возразить он, как будто надеясь, что её гнев скоро пройдёт.

Рэна шагнула к нему, и её голос стал твёрже, словно каждое слово было выстрадано.

— Я думала о нас, о тебе. И знаешь что? Ты — манипулятор, Адам. Видимо ты привык получать всё, чего хочешь. Думаешь можешь делать с моими чувствами всё, что угодно? Да, я всего лишь редактор из маленького городка и куда уж мне до вашего изысканного общества богачей, но я живой человек. Мне тоже бывает больно. С меня хватит!

Адам растерянно смотрел на неё. Он действительно не понимал, что происходит и даже не знал, как реагировать.

— Как ты могла так подумать? Ты так нужна мне.

Он приблизился и быстро прижал её к себе.

Её непоколебимость дрогнула. Она закрыла глаза, но внезапно вновь почувствовала запах женских духов, который вернул её к реальности.

Словно очнувшись ото сна, Рэна резко оттолкнула его. Её глаза сверкали гневом. Она должна спалить этот мост дотла.

— Я только сейчас поняла, что дело не в Виктории. Просто ты не тот…

Адам молчал, он ждал, что еще она скажет.

— Я восхищалась книжным Монтерреем, — продолжила она, её голос стал горьким, — сильным, страстным, храбрым. Но реальный Монтеррей — не тот, кто мне нужен. Реальный Монтеррей — это человек, который застрял в своих страданиях. Ты хочешь, чтобы я вытаскивала тебя из твоего мрака. Но знаешь что? Я не хочу. С чего бы? Я не обязана быть твоим спасением. Я заслуживаю большего, чем вечное нытьё, грубость и эмоциональные качели. Я думала, что ты особенный, но ты такой же, как все. Ты просто пользовался мной и моими чувствами.

Эти слова проникли глубже, чем Адам мог ожидать. Они разорвали его душу на части. Он потерял её.

— Ты мне нужна, — прошептал он.

Рэна покачала головой, её лицо оставалось непроницаемым.

— Ты мне не нужен. Я возвращаюсь в реальный мир, Адам.

Она закрыла чемодан, и, не оглядываясь, прошла мимо него к двери. Монтеррей стоял неподвижно, словно окаменел. Её слова эхом отдавались в его голове. Он знал, что не сможет её остановить.

— Прощай, Адам, — тихо сказала она на пороге. — Спасибо за Нантакет. Я никогда его не забуду.

Её слова, такие спокойные и окончательные, были последним ударом. Она закрыла за собой дверь, оставив его одного в темноте собственного дома, с собственной болью.

Аэропорт был шумным и хаотичным: люди сновали туда-сюда с чемоданами, объявления перекрывались общим гулом голосов. Рэна стояла у выхода на посадку, её взгляд был устремлён на табло с рейсами, но мысли блуждали где-то далеко. Внутри всё сжалось от боли и опустошённости, как будто из неё выкачали всю душу, всю кровь, все мечты. Осталась лишь глухая чёрная пустота. Она пыталась держаться, быть спокойной, но напряжение, накопившееся за последние часы, давило на неё. Каждое слово, каждое движение казалось ей усилием.

Внезапно в гуле голосов она услышала своё имя.

— Рэна!

Она оглянулась и увидела Хэйден, которая с решительным выражением лица стремительно приближалась. В её глазах отражалась тревога, смешанная с недоумением. Рэна мгновенно почувствовала себя загнанной в угол.

— Рэна, что происходит? — Хэйден остановилась прямо перед ней, её голос был полон волнения. — Я получила твою просьбу позаботиться о Бэткоте. Что значит «ты улетаешь»? Что случилось?

Рэна сжала губы, пытаясь сохранять самообладание. Она не могла сказать ничего. Если она начнёт говорить, если она попробует хоть что-то объяснить, то её оборонительные стены рухнут, и весь тот ураган эмоций, что бушевал внутри, вырвется наружу.

— Ты просто так