Не сдавайся - Кристен Эшли

Этим моментом я воспользовалась, чтобы насладиться еще одним благом, которое посылала мне жизнь — благом, которое в эти дни случалось гораздо чаще, — а именно тем, что впервые за долгое время день начался для меня в спокойном предвкушении того, что последует дальше.

Вчера меня донимали переживания о возможной реакции Мерри на то, что сообщение отправила не я, а Итан.

Но сегодняшний день не могло испортить ничего.

Ничего.

Все было хорошо и, судя по всему, дальше будет только лучше.

И такого тоже раньше у меня не было, поэтому я могла оценить по достоинству это благо.

Чем и занялась.

* * *

Я услышала стук в дверь, следом за которым последовал крик:

— Мама! Это Мерри! Можно я открою?

Я сидела на краю кровати, застегивая молнию на сапоге.

Черт, было пять двадцать пять, убедилась я, повернув голову к часам на тумбочке.

Мерри пришел рано.

— Сама открою! — крикнула я, торопливо застегивая молнию.

— Но это же Мерри! — крикнул в ответ Итан. — Я видел его из окна!

Итану не разрешалось открывать дверь, если только там не стояла бабушка.

— Хорошо! — ответила я, вскакивая с кровати. — Вперед.

Я прошла уже половину нашего короткого коридора, когда услышала взволнованное:

— Привет, Мерри!

— Привет, парень, — услышала я ответ.

Я вошла в гостиную и увидела, как они обмениваются рукопожатием. После чего Итан повернулся в мою сторону.

— Мам, смотри! Мерри здесь! — повторил он мне.

Достаточно сказать, что в тот вечер, когда я рассказала об ужине с Мерри, моего ребенка накрыл приступ ликования.

На самом деле он был так взволнован, что даже сказал, что хочет отменить планы с Тедди, чтобы мы могли пойти на игру все вместе, а после поесть мороженое.

Поэтому, впервые в жизни я проявила эгоизм со своим ребенком и сказала ему «нет» (а еще потому, что не хотела слишком торопить события для Мерри, посчитав быстрый ужин предпочтительней многочасовых бесед с Итаном).

Учитывая его восторг, я ожидала, что он почувствует опустошение от отказа.

Однако, наблюдая детский восторг, я, похоже, забыла, что мой ребенок взрослеет.

И, видимо, он понимал, что нам с Мерри нужно побыть вдвоем, особенно в начале отношений.

Поэтому Итан легко сдался. Что далеко не означало, что он не пребывал в восторге от ужина.

И сейчас он совершенно забыл о том, что нужно скрывать свое волнение и вести себя как хозяин дома рядом с Мерри.

— Понятно, — пробормотала я, входя в гостиную и глядя на Мерри, который стоял в открытой входной двери, наблюдая и ожидая, когда я до него дойду.

А еще он ждал, что я подскажу ему, как правильно вести себя с Итаном.

Я сама довела до этого, достаточно резко продемонстрировав то, что мне нужно. И он принял это.

Боже, Мерри.

Я придвинулась ближе, подняла руку, коснулась его груди и, откинув подбородок назад, выдержала его взгляд.

Он в ответ положил руку мне на талию и наклонился, прикоснувшись губами к моей щеке.

После приветствия мы разошлись в разные стороны.

— Вы можете быть сентиментальным, — заявил Итан, и мы с Мерри посмотрели на него. — Мама любит такое. Если бы я позволил, она бы никогда не отлипала от меня, — продолжил он. — Со мной ей приходится ограничивать себя. Хорошо, что рядом будет еще один парень, и она сможет проявлять больше сентиментальности.

Я уставилась на сына. И проговорила:

— Заткнись, малыш.

Итан посмотрел на меня, злобно ухмыляясь.

— Забудь об этом, мама. — Его глаза обратились к Мерри. — Мне почти одиннадцать, — объявил он. — Одиннадцать лет я провел с мамой и бабушкой. С одними женщинами. И рядом не было ни одного парня. Они, конечно, классные, но я был один с двумя дамами.

Думаю, вы меня поняли. Теперь рядом со мной есть и мужчина. Это очень важно для меня. Так что я готов выложить все, что вам нужно. — Он подергал себя за большой палец и закончил свое грандиозное предложение. — Если хотите знать, я на вашей стороне.

Я положила руки на обтянутые джинсами бедра и повторила:

— Заткнись, малыш.

Итан продолжал ухмыляться.

— Ни за что. Девчонки держатся вместе, и у меня за плечами уже много лет. Но парни тоже держатся вместе. Тебе конец.

Я посмотрела на потолок, размышляя о том, что после долгих лет танцев в одних трусиках на сцене перед кучей неудачников, не отрывающих от мен взглядом, хватит ли мне сил покраснеть.

Оказалось, что нет.

А еще я обнаружила руку Мерри у себя на спине.

И переведя взгляд на Мерри, тут же услышала:

— Он не ошибся, детка. Парни держатся вместе.

— Вот видишь! — воскликнул Итан.

— Как насчет того, чтобы вы двое отправились ужинать, а я останусь дома, буду вязать или заниматься чем-то подобным? — предложила я.

В этот момент рука Мерри скользнула по моей спине, его пальцы обвились вокруг моего бока и притянули меня к себе.

— Если ты начнешь вязать, то потеряешь статус крутой мамы, — предупредил Итан.

— Что? — спросила я. — Хочешь сказать, что когда твои друзья придут в гости, а я начну примерять на них свитера с пингвинами и всякой ерундой спереди, то это будет не очень хорошо?

Итан скорчил гримасу.

Мерри засмеялся.

Я услышала, как хлопнула дверца машины, но почувствовала движение Мерри, поэтому, переведя взгляд со своего ребенка на него, увидела, что он оглядывается через плечо на штормовую дверь, чтобы посмотреть, откуда исходил звук.

И тут же ощутила, как его тело мгновенно напряглось рядом с моим.

Почувствовав такую реакцию, я посмотрела за него и увидела минивэн Пегги на обочине позади «Экскурсиона» Мерри. На пассажирском сиденье была хорошо видна Пегги, а Трент уже обходил машину спереди.

Черт, я совсем забыла о его заявлении приехать и забрать Итана в пятницу в пять тридцать.

Я же сказала, что Итана здесь не будет, поэтому приезжать не следовало.

Но теперь Итан был здесь, как и я, и Мерри.

Проклятье.

Мерри начал отходить от меня, когда комната стала наполняться его раздраженной, не особо доброй аурой.

Дерьмо.

— Итан, иди в свою комнату, — быстро приказала я.

— Что здесь делает папа? — спросил он.

Я посмотрела на сына и увидела, что тот растерянно смотрит на штормовую дверь.

— Итан, малыш, иди в свою комнату. Пожалуйста.

— Я сказал ему, что не хочу приезжать на выходные. — Его голос стал выше, почти плаксивым, что я слышала только когда он был очень усталым или