По велению сердца - Киран Крамер

— Нет, она не такая, — вздохнул маркиз. — В точности как ее мать! Все женщины в нашей семье руководствуются собственным умом. Я сам поощрял в них это. И я ими горжусь — кстати, очень горжусь успехами Марши в Оук-Холле. Но ее достижения — серьезные и весьма похвальные — это не совсем то, чего ждет от нее семья. Мы с ее матерью хотели бы видеть дочь в счастливом замужестве, что подразумевает и рождение детей.

— Она говорит, что у нее много детей в Оук-Холле.

— Уверен, можно быть счастливой, будучи незамужней начальницей школы, — сказал лорд Брэди. — Однако Марша создана для любви. Романтической любви! И как иначе, если ее родители любят друг друга, а дом полон детей, которые приносят нам столько радости! Пусть в ней нет ни капли ирландской крови, но она ирландка по духу, потому что воспитана мною. С раннего детства ее очаровывали кельтские легенды, песни и стихи во славу любви, а также героев и героинь, которые боролись за свою любовь!

Дункан сгорал от желания тоже побороться за свою любовь.

— Именно поэтому она и не примет меня, милорд.

Лорд Брэди внимательно посмотрел на него:

— Вы ее не любите?

— Люблю. — Ему казалось, в воздухе витает аромат лаванды, которой благоухали волосы Марши.

— Вы ей говорили об этом?

— Нет. — Дункан тяжело вздохнул. — Не было подходящего момента.

Он вспомнил — в садовом домике, после того как они оделись, она взглянула на него снизу вверх, и таким доверчивым был ее взгляд! Вот он — подходящий момент. А в домике на Керзон-стрит, после того как она призналась, что не может жить без него? Но прошлое не вернешь, как бы ни хотелось.

— Очень трудно выбрать момент, чтобы признаться, что любишь — отца ли, брата или дочь, — заметил лорд Брэди. — Или женщину, которую обожаешь. Но это необходимо сделать. Иногда приходится рисковать — вдруг ваши слова швырнут вам обратно в лицо? И все равно это делаешь.

У Дункана перехватило дыхание — он не мог сказать ни слова. Сколько раз он мечтал, что слова любви будут произнесены им и его отцом, а потом им и братом! Эти слова так и не прозвучали. Наверное, не нашлось подходящего момента. А теперь ничего не изменишь.

Лорд Брэди сжал его плечо.

— Дункан, вы свободный человек. Мы не должны принимать на себя грехи наших близких.

Он почувствовал боль в сердце. Маркизу известно о грехах Финна. Но, вероятно, он и их отца имеет в виду.

— Я начинаю это понимать.

Печально, если это понимание пришло слишком поздно.

Маркиз сказал:

— Моя дочь упряма и независима. Ваше намерение жениться на ней я приветствую. Ваш брат нам не подходит. А вы — подходите. Более того, вы ее любите. Именно любви я и ищу для своих дочерей.

— Благодарю вас, милорд.

— В нашей девочке вы обретете настоящее сокровище. Вряд ли это можно назвать возмездием за то зло, что причинил ей ваш брат. Вам выпало испытание, но я верю — вы примете вызов с честью. — Прикончив напиток, маркиз причмокнул от удовольствия, поставил стакан на стол и вернулся к Дункану.

Дункану оставалось лишь собраться с духом. Он сумеет справиться, что бы ни случилось.

— Но времени на ухаживания я вам не дам, — решительно заявил маркиз. — Дочка может злиться сколько хочет, но решать буду я. Вы поженитесь. Я достану особое разрешение и дам объявление о помолвке в газеты, как только таковое разрешение будет получено. Будете добиваться ее любви, уже став ее мужем.

— Лорд Брэди, позвольте мне сначала поговорить с ней и рассказать о своих чувствах.

— Вы сделаете это после того, как с ней поговорю я и сообщу о своем решении, — ответил лорд Брэди. — Слова любви наверняка смягчат ее нрав.

Дункан, однако, не был так уверен.

— Разумеется, если ваш брат появится у нашего порога, он не будет принят, — сухо добавил маркиз. — Эту потерю леди Дженис переживет. Так же, как когда-то ее сестра.

Дункан понял, что он тронут.

— Могу лишь догадываться, как тяжело отцу расставаться с дочерью, отдавая ее замуж, даже в обычных обстоятельствах. Тем более в данном случае, когда речь идет об оскорблении чести чудеснейшей девушки в мире. Благодарю вас за доверие.

— Всегда рад, — ответил маркиз, и голос его чуть дрогнул.

Определенно Дункану удалось задеть чувствительную струнку его души.

— Сначала вы должны узнать об одном небольшом осложнении.

— И в чем оно заключается? — удивился маркиз.

— Леди Марша заключила сделку с герцогом Бошаном.

— Уже успела? Интересно, как она этого добилась без моей помощи?

— Милорд, это я представил ее герцогу.

— Дункан Латтимор! — сурово укорил его лорд Брэди.

— Простите, сэр. Но я верил в нее. Верю и сейчас.

Лорд Брэди поджал губы.

— В чем именно состоит план?

Дункан рассказал ему все.

— В Оук-Холле для нее сосредоточен весь мир, — сказал он в заключение. — Поэтому ради нее я прошу отложить оглашение помолвки и свадьбу до конца сезона.

— Гм. — Лорд Брэди задумался. — Значит, она должна, как вы говорите, быть «счастлива своей независимостью», пока сезон не подойдет к концу?

— Да.

— Вы говорите, что моя дочь вроде наживки на крючке, чтобы заманить в Оук-Холл внучку герцога?

— Можно посмотреть на дело и так.

— Это именно так, черт возьми! — Лорд Брэди вскочил с кресла. — И я отвечу — нет. Отсрочки не будет.

Дункан тоже встал.

— Милорд, я хочу на ней жениться и охотно подожду.

Маркиз поднял руку.

— Чедвик, я боюсь не за вас, а за Маршу. Я знаю ее лучше. Она, черт возьми, сделает все, чтобы поставить интересы Оук-Холла выше собственных чувств. Нравится ей это или нет, но ей пора подумать прежде всего о себе.

Подойдя к окну, он выглянул в сад. Затем обернулся к Дункану:

— Четыре года я терпеливо наблюдал, как она пытается найти свою дорогу в жизни. И не возражал, потому что она была довольна и счастлива. Но моему терпению пришел конец. Она член семьи Брэди и должна уважать наши ценности. А мы не потерпим, чтобы один из нас вздумал рисковать собственным добрым именем и благополучием.

— Но она сможет выиграть пари, милорд. Поверьте ей. Поверьте мне.

— Ей нанесли оскорбление, — тихо, с угрозой сказал лорд Брэди. — Страшное оскорбление! Работа в Оук-Холле стала временной мерой, чтобы облегчить боль, которая терзает ее на самом деле. В этом вопросе полагаться на нее я не могу.

— Вы правы, ей нанесли оскорбление. — Сердце в груди Дункана стучало, точно колокол. — Возможно, сначала она как раз и пыталась забыть свою беду, оставшись в Оук-Холле. Но за четыре года ее любовь к воспитанию этих девочек стала важнее, чем старая рана. Отрадно это видеть! — Он смотрел прямо в лицо маркизу. — Леди Марша открыла новую страницу, лорд Брэди.