Ты - моя тайна - Кэтрин Стоун

— Я знаю, что по какой-то причине ты и Джейк считаете, что ничего особенного не произошло, что во всем виновата я одна.

— Ни один из нас этому не верит, Меган, — сказал Джейк.

— Но вы оба настроены скептически.

— Просто трудно себе представить, что Алек мог учинить такое безумие.

— Я считаю, что все упирается в неустойку, которую тебе придется заплатить, — заявила Меган.

Некоторое время все трое сидели молча, испытывая неловкость из-за этого, увы, вполне обоснованного замечания.

— Хорошо, Айен, — нарушила молчание Меган. — Я выведу тебя из затруднения. Тебе не придется увольнять твоего драгоценного режиссера. Уйду я. Подыщи себе другую актрису на главную роль.

— Если ты уйдешь, я подам на тебя в суд за несоблюдение условий контракта, — невозмутимо ответил Айен.

— Чего же ты хочешь? — растерянно произнесла Меган.

Айен опустил голову на руки и задумался. То была знакомая поза: так он обычно принимал решения…

— Я хочу, чтобы мы встретились втроем — ты, я и Алек. И все обсудили.

— Что именно?

— Многое. Но главное, чтобы он знал: глаз с него не спущу в оставшиеся три недели до окончания его контракта.

В конце концов Меган с большой неохотой согласилась на встречу.

— Но я хочу, чтобы Джейк тоже присутствовал, — потребовала она.

Айен был задет. Он сам сможет защитить Меган. В присутствии на встрече Джейка нет необходимости.

Утром в понедельник Алек и Айен приехали в театр одновременно.

— Меган сегодня в театре не будет, — сказал Айен. — Я тебе предлагаю приехать ко мне домой в полдень. Нам троим следует обсудить ситуацию.

— Какую ситуацию?

— Ты прекрасно понимаешь, о чем идет речь.

Алек пробурчал себе под нос нечто невнятное.

Айен снимал для себя квартиру в городе. Он оставался там иногда всю неделю, если расписание репетиций было напряженным, но уик-энды неизменно проводил с Маргарет и Стефани в своем имении Пайнхэвен в Коннектикуте.

Меган уселась в дальний угол дивана, подобрав под себя ноги. Синяки у нее на лице успели пожелтеть, опухоль спала, так как Меган прикладывала лед.

— Привет, Меган! — Алек посмотрел ей в глаза и заулыбался. — Разве ты никогда не слышала о макияже?

— Ты имеешь в виду чадру?

Алек глянул на Айена и покачал головой:

— Видимо, мы тут собрались из-за того, что после нашего свидания Меган повела себя как примадонна.

— Меган говорит, что ты ее избил и изнасиловал. То, что избил, совершенно очевидно, — ровным голосом произнес Айен, глядя Алеку в лицо.

— Дозволено ли мне обратиться к пострадавшей стороне? — В голосе у Алека не звучало ни страха, ни чувства вины, ни раскаяния, только чуть-чуть иронии и обиды, словно он имел дело с милым, но избалованным ребенком.

Айен кивнул. Меган инстинктивно забилась еще глубже в угол дивана.

— Скажи, Меган, тебе хотелось… заняться со мной любовью в пятницу вечером?

— Да, но…

— Отвечай на вопрос, — приказал Алек.

— Да.

Алек многозначительно посмотрел на Айена, как бы говоря: тебе все ясно? Айен явно сомневался, и Алек продолжал:

— Это вопрос стиля, Айен. Мне нравится секс определенного типа. Меган, очевидно, предпочитает другой. Я ожидал, что она окажется более… изощренной. Признаю, что я был несколько груб. Некоторым женщинам это нравится. Можно сказать, большинству. Вероятно, и Меган такое могло бы со временем прийтись по вкусу.

Алек сделал паузу и убедился, что его внимательно слушают.

— Главное в том, что Меган хотелось лечь со мной в постель, чем мы и занялись. Играли по моим правилам. В следующий раз будем играть по правилам Меган. И обещаю, что я не стану кричать об изнасиловании.

Айен был рад, что до полиции дело не дошло. Суд скорее всего оправдал бы Алека.

— Меган не считает для себя удобным работать с тобой дальше, — заметил Айен.

— В таком случае она должна была уведомить об этом заблаговременно, но я полагаю, что ее с успехом заменит дублерша. Жаль, что Меган губит свою замечательную карьеру. — Он снова сделал паузу, потом произнес многозначительно: — Я же намерен соблюдать условия контракта.

Айен ждал. Меган проглотила слезы, но ничего не сказала. Алек нетерпеливо посмотрел на часы.

— Хорошо, — заговорил наконец Айен. — Премьера через неделю. И первые две недели Алек продолжит вести спектакль. Сможем ли мы вести себя мирно и профессионально работать следующие три недели?

Для Меган это звучало примерно так: будешь ли ты послушной девочкой?

— Алек?

— Разумеется. Как всегда.

— Меган?

Если Меган и кивнула, то это разглядел только Айен. Но он истолковал ее молчание как знак согласия.

— Хорошо. Меган приступит к работе в среду.

— Айен, у нас в субботу премьера! — вознегодовал Алек.

— Мне это известно.

После ухода Алека Айен присел на диван рядом с Меган.

— Ты не хотела бы перекусить?

— Я тебя ненавижу. Ты меня предал! Думаю, вы с Алеком еще посмеетесь над этой историей в свое удовольствие. Глупая Меган, она ничего не смыслит в сексе! Даже не представляет, что изнасилование попросту забавно!

В голосе у Меган звучала такая горечь, что Айен поежился.

— Ты прекрасно знаешь, Меган, что я люблю тебя всем сердцем. Люблю как дочь. — «Больше чем дочь», — подумал Айен, но это была его тайна. — Я очень много об этом размышлял.

Когда он ушел от Меган поздно ночью, у него был лишь один замысел: уничтожить Алека. Он вполне мог навсегда разрушить его карьеру. Он мог вынудить его отказаться от постановки без всяких вопросов и возражений.

Но в воскресенье он вдруг вспомнил, что его тревожило все эти дни. Никто особо не говорил о том случае. Айен знал о нем, потому что от корки до корки читал газеты и у него была фотографическая память.

Речь шла о спектакле в каком-то третьеразрядном театрике за пределами Бродвея два года назад. Никому не известная, но очень одаренная актриса была убита. Айен припомнил текст сообщения: жестоко избита, подверглась изощренным сексуальным домогательствам. Айен вспомнил даже название пьесы: «Черный котенок». И он видел это название еще раз — в curriculum vitae Алека, его послужном списке, представленном при поступлении в театр в качестве режиссера. Ради полной уверенности Айен это проверил. Режиссером той пьесы был Алек.

Разумеется, не было никаких доказательств того, что Алек замешан в убийстве двухлетней давности. Айену было бы известно о малейшем подозрении. Такого рода слухи распространились бы быстро и очень широко, тем более после того, как Алека признали талантливым новым режиссером. Однако Айен тем не менее встревожился.