Позволяю любить - Алина Ржевская

Виктор всячески пытался загладить свою вину перед Аней. Хотя она и сама осознавала, что не так уж сильно он перед ней виноват. Так обстоятельства сложились. Он тоже оказался в трудном положении и должен выпутываться, как может.

— Анют, ты все еще сердишься на меня? — спросил он, стараясь держаться поодаль на случай, если этот вопрос вызовет в ней новый приступ ярости.

— А ты на меня разве не злишься? — спросила Аня в ответ. Она тоже повела себя не лучшим образом, и теперь ей было немного стыдно. Совсем чуть-чуть.

— Нет, совсем не злюсь, — ответил Виктор, садясь напротив Ани. — Мне это даже понравилось. Классно получилось. Такой свадьбы еще ни у кого не было. Об этом напишут во всех газетах, журналах, может быть, при этом приврут еще чего-нибудь для остроты сюжета.

Такого ни у кого не было! Это уж точно! И преувеличивать не нужно. Сюжет и без того острее некуда. И все из-за того, что Ане захотелось Виктору отомстить. За все сразу. За то, что сестру использовал; «мерзкий метод, удар ниже пояса» — эти и еще более грубые слова Аня и сказала.

«Где ты таких словечек набралась? — улыбался он, слыша гнусные ругательства, слетающие с губ очаровательной женщины. — Неужели в больнице? Это твои пациенты тебе такое говорили, когда ты их без наркоза резала?»

В ответ он услышал еще более нецензурные выражения, чему удивился гораздо сильнее. Такое и пьяные шоферы не выдадут!

Потом она припомнила ему Антона. За то, что разлучил ее с милым мальчиком. Он теперь так страдает!

На это Виктор ответил, что в любви — каждый сам за себя. Ну, она и рассказала ему все о такой любви, как у него! Виктор предпочел промолчать. Собственно, отвечать он не успевал, времени, чтобы вставить хоть слово, не было, она говорила без пауз. Он только мысленно поражался, какой богатый словарный запас у его невесты, будущей жены, любимой супруги.

В разгар их одностороннего разговора вошел Юра, попытался… Виктор и не понял, что он там пытался. Аня Юрику не дала этого сделать. Схватила с подоконника кактус и бросила в Юру. Очень метко!

Он старался увернуться от летящего в него растения, усыпанного длинными загнутыми колючками. Лучше бы стоял смирно, тогда бы кактус пролетел мимо. Но Юра отклонился, и метательный снаряд Ани попал ему в правую щеку. Вопли Юрика не смогли заглушить комментариев Ани по поводу «милые бранятся — только тешатся».

С этим трудно не согласиться. Ну где бы еще Виктор так повеселился?

Он только еще больше убедился, что Аня — это то, что ему надо. То-то французская бабулька удивится! Да если Аня хоть малую часть своих талантов к ней приложит, бабуся все свои денежки отдаст сразу, да еще и у знакомых взаймы возьмет, лишь бы Анюта уехала обратно в свою Россию и никогда больше не тревожилась о здоровье французских родственников!

Но тогда Виктор и не представлял, что эти самые таланты, которыми он так восхищается, у Ани не имеют границ. Хорошо, что она его предупредила. Так и сказала: «Готовься! Свадьба будет незабываемо яркая и бурная!»

Виктор намек понял и стал готовиться к худшему. Аня оправдала все ожидания.

Началось с того, что Аня потребовала (именно потребовала, а не попросила!), чтобы свадьба была исполнена в восточном стиле — очень, дескать, любит этот самый Восток… Зал украсили коврами, вместо стульев положили подушки, столам пришлось подпилить ножки. Гости в первый момент были озадачены тем, что есть пришлось, сидя на полу.

Первым блюдом подали плов. Как и положено, без приборов — плов едят руками! Виктора все это забавляло. Аня сочетала в себе черты характера всех его женщин, вместе взятых, — страстность Вики, вспыльчивость Ники, расчетливость Лики, и в то же время в ней была своя собственная черта, придающая особый шарм, — ум, сочетающийся с утонченным чувством юмора.

А что, сами представьте: гости пришли на свадьбу к знаменитому влиятельному и богатому бизнесмену; одеты соответственно: дамы — в узких длинных вечерних платьях, на каблуках, мужчины — в белых рубашках и черных смокингах. И тут — вот умора! — их берут и усаживают на пол в позе лотоса, а потом заставляют есть жирный плов из баранины руками.

Но это только цветочки!

В разгар застолья откуда ни возьмись возникли полуголые девицы, стали еще сильнее обнажаться, танцевать танец живота, трясти прелестями и размахивать зажженными факелами. За девицами появились полуголые мальчики — на голове чалмы, одеты в прозрачные шаровары, туфли с загнутыми носами, за поясом самые настоящие кинжалы — и стали исполнять свое экзотическое шоу. Кто кривой саблей машет — того и гляди гостей зарубит, кто кинжалы в мишень бросает — промахнется и попадет не туда, куда надо…

Гости — в панике!

А как только успокоились и вспомнили про обычаи русской свадьбы, которые всегда предполагали ритуал похищения невесты, отличился уже и сам Витя, подыграл Ане — едва не перестрелял всех. Ну, он-то вверх палил, все в потолок норовил угодить, однако гостям со страху почудилось, что тут бандитская разборка началась.

Кульминацией стал свадебный торт. Юрик его разрезать предложил. К тому времени лицо у него еще не зажило, но кактусовый отек немного спал, говорить уже понемногу мог. Дали Юрочке большой нож, он этот торт взрезал — и… ужас! У нормальных людей из свадебного торта стаи белых голубей вылетают, а у Ани — свадьба по-восточному, из торта, внимательно поглядывая на гостей холодными недобрыми глазенками, выползли два огромных питона. Вот и оказалось, что охотников до свадебного торта оказалось среди гостей исчезающе малое количество, — если вообще хоть какое-то количество обнаружилось…

Непонятно, кто кого больше испугался: гости змей или змеи того шума, который производили эпатированные гости. Аня сказала потом, что это Витя виноват — смеялся так громко, что напугал «бедных маленьких ужиков» настолько, что те спасались бегством. А гостям померещилось, что их догоняют ужасные трехметровые питоны!

— Анюта, ты ванну-джакузи не хочешь принять? — Это Виктор подлизывается к ней после всего.