Зловещая тайна - Барбара Картленд

— Очень ненадолго, уверяю тебя. Но я должен вместе с Кэролайн отправиться на поиски Вэйна. Его нет сейчас в замке, и это еще одна история, которую слишком долго рассказывать. К тому же за сегодняшний день ты уже довольно пережила. Ты веришь мне, Маргарет, что я вернусь к тебе очень скоро? Нам с Кэролайн крайне важно найти твоего сына… и моего.

— Я сделаю все, что ты хочешь, — сказала леди Брекон, — но только, Фрэнсис, любимый мой, не задерживайся.

— Не беспокойся об этом, Маргарет. Мы уже и так потеряли слишком многие годы.

Он вновь поцеловал ее руки, но она отняла их и раскрыла ему объятия. Кэролайн отвернулась: слишком много нежности было в этом порыве для посторонних глаз.

Лорд Милборн вышел из комнаты ее светлости с таким счастливым лицом, словно годы отступили и он снова помолодел. Но, несмотря на все потрясения, он быстро отдал вполне конкретные и четкие распоряжения. Марию и камердинера Вэйна отправили как можно скорее укладывать вещи, для них и для багажа приготовили фаэтон, а Кэролайн с лордом Милборном уже спешили в его карете по дуврской дороге. Он держал ее за руку, и оба были настолько счастливы, что это невозможно было передать словами.

Ехали они быстро, остановившись лишь позавтракать в Сэйл-Парке, расположенном недалеко от Кентербери. Здесь, пока они наскоро перекусывали, им сменили лошадей. Никогда еще Сэйл-Парк не казался Кэролайн более прекрасным и гостеприимным. Его знаменитые сады сверкали всеми цветами радуги. Кирпич дворцовой постройки и зеркальные стекла освещались яркими лучами солнца. Голуби кружились над газонами, а в серебре пруда отражались лебеди.

Не теряя времени, они снова пустились в дорогу.

Внезапно встревожившись, Кэролайн спросила:

— Вэйн обещал дождаться меня в Мэндрейке. Вам не кажется, дядя Фрэнсис, что он может скрыться куда-нибудь, считая, что тем самым спасает меня от несчастья?

— Куда бы он ни отправился, мы его найдем, — решительно сказал лорд Милборн, и Кэролайн, взглянув в его доброе лицо, теснее прижалась к нему.

— Как это замечательно, дядя Фрэнсис, что вы — мой свекор. Трудно даже поверить этому. Мне хочется ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон, — Лучшей невестки я бы не желал, — сказал лорд Милборн, улыбаясь.

— И подумать только, когда-нибудь Сэйл-Парк будет нашим, — начала было Кэролайн, но тут же спохватилась. — О, дядя Фрэнсис, я не то хотела сказать… получилось так, будто я желаю вашей смерти, но я так ненавижу замок Брекон…

— Так почему же не сказать об этом прямо? Да, Кэролайн, когда-нибудь Сэйл-Парк будет принадлежать Вэйну и тебе. Но так как в нем больше сотни комнат, я думаю, вы уже сейчас можете использовать его как свою резиденцию, по крайней мере пока не найдете что-нибудь получше. Мы с Маргарет не будем вам мешать. Я думаю, нам так же, как и вам, захочется уединения.

— Больше всего на свете, дядя Фрэнсис, мне хочется жить в Сэйл-Парке.

— К тому же, — продолжал лорд Милборн, — есть еще и Милборн-Хаус в Лондоне, и охотничий домик в Лестершире, оба они в вашем распоряжении. У вас, молодежи, найдется чем заняться, а Вэйну полезно будет приобрести более респектабельных друзей. Я буду настаивать на этом.

Кэролайн засмеялась:

— Это и правда жалкая компания. Но вы понимаете, дядя Фрэнсис, в каком он был состоянии, а жить спокойно в этом ужасе просто невозможно.

— Конечно, понимаю.

Кэролайн счастливо вздохнула:

— Я чувствую, словно все заботы свалились с меня.

И у Вэйна будет такое же ощущение. Пусть Джервис Уорлингем наслаждается тем, что он лорд Брекон, никому другому этот титул не понадобится, я уверена, что на нем лежит проклятье. Боже мой! Мне только что пришло в голову: ведь я не знаю настоящего имени Вэйна — и своего тоже.

— Вэйн — виконт Шеррингэм, — отвечал лорд Милборн, — и я имею честь приветствовать госпожу виконтессу.

— Чудесное имя, мне оно сразу же понравилось. Но, дядя Фрэнсис, — вдруг испугалась Кэролайн, — а я по-прежнему его жена?

— Ну, конечно, — улыбнулся лорд Милборн. — Имена на брачном свидетельстве придется заменить. Я сам повидаюсь по этому поводу с епископом. Но ты жена Вэйна по закону и перед богом.

— Как это замечательно!

Вздохнув с облегчением, Кэролайн прислонилась головой к плечу лорда Милборна и долго сидела так молча, в полном удовлетворении, пока они неслись все дальше и дальше.

Через час в отдалении они увидели море, и Кэролайн в восторге воскликнула:

— Мы уже почти дома, дядя Фрэнсис Дай бог, чтобы Вэйн дождался нас и не наделал каких-нибудь глупостей.

Она не могла скрыть своего нетерпения, с бьющимся сердцем ожидая появления на горизонте высокой крыши Мэндрейка. Въехали они через парк. Лакеи в бордовых с серебром ливреях распахнули двери подъезда. Оставив в карете шляпу, забыв о приличиях, о лорде Милборне, обо всем на свете, стремясь поскорее увидеть Вэйна, Кэролайн выпрыгнула из кареты и взбежала по ступеням, на верху которых их уже дожидался старый дворецкий, которого она знала с детства.

— Где Ньюмен? — спросила она, задыхаясь.

— Я пошлю за ним, если вашей светлости будет угодно, — отвечал дворецкий. — Его светлость и ее светлость в серебряной гостиной.

— Кто-кто? — переспросила Кэролайн и, не дожидаясь ответа, вбежала в холл и распахнула дверь гостиной.

К своему изумлению, в дальнем конце комнаты у камина она увидела трех людей: один из них был ее отец, рядом с ним Вэйн, а на софе, глядя на них, сидела ее мать. Полуденное солнце золотило ее белокурые волосы.

— Папа! Мама! — воскликнула Кэролайн.

С просветлевшим лицом, она бросилась к мужу, протягивая к нему руки.

— Вэйн! Я так боялась, что ты не дождешься меня!

Он взглянул на нее, но, к ее величайшему удивлению, прошел мимо навстречу появившемуся в дверях лорду Милборну. Он приблизился к нему, высоко держа голову и расправив плечи, как перед строем:

— Я готов отдать себя в руки правосудия, милорд, — произнес он отчетливо.

Лорд Милборн положил руку ему на плечо.

— Все в порядке, в этом нет необходимости, мой мальчик, — сказал он и повторил неожиданно дрогнувшим голосом:

— Мой… мальчик.

Кэролайн не могла больше сдерживаться. Она бросилась к Вэйну, слова так и рвались с ее губ, — Все и впрямь хорошо, Вэйн. Я с трудом сама этому верю. Ты не лорд Брекон, а лорд Шеррингэм, и нет; больше никаких тайн, никакого мрака, никаких ужасов. Тебе не нужно ничего бояться. Титул принадлежит Джервису, и его обвиняют в убийстве.

Вэйн смотрел на нее как на безумную, и тут решительно вмешался лорд Валкэн:

— Что все это значит? Я ничего не могу понять. Может быть, ты объяснишь, Фрэнсис?