Не отвергай любовь - Джо Гудмэн

— Мы посмотрим, какой вердикт вынесет суд в Сакраменто.

Рейчел покачала головой:

— Нет, мы ничего этого не увидим. Вы кое-чего не понимаете, Фостер. Я не собираюсь заходить так далеко.

Фостер сжал губы. Он не намерен был вступать с Рейчел в спор. Посмотрев на адвоката, он сказал:

— Разузнайте-ка, почему мы едем так медленно.

Уилл натянул поводья, и его лошадь замедлила шаг. Он достал бинокль и осмотрел простирающуюся под ними часть дороги. В четырех ярдах от дороги в снежном сугробе он заметил какой-то предмет. Он был черного цвета и с острыми гранями. Среди серых камней и белого снега этот предмет нельзя было не заметить. Он казался здесь просто инородным телом. Уилл заинтересовался и стал пристальнее рассматривать этот непонятный предмет.

Продолжая держать бинокль перед глазами, он принялся наклонять голову то в одну сторону, то в другую, чтобы осмотреть предмет под разными углами. Увидеть весь предмет не удавалось, некоторая его часть была скрыта в снегу. Но, так или иначе, Уиллу удалось заметить две золотые буквы, ярко блестевшие на солнце. Это был сейф «Хаммер и Шиндлер».

Он опустил бинокль и позвал своих товарищей. Показал им рукой на предмет, лежавший на склоне холма, и сообщил им о своей находке.

Энди Миллер, словно не веря своим глазам, покачал головой.

— Какого черта они сделали это? — Никто из группы не ответил на этот вопрос. — Вы знаете, сколько он весит?

— Сколько? — спросил Сэм Уокер.

— Не знаю.

В разговор вмешался Уайатт:

— Пока нам придется его оставить. Они сейчас подходят к повороту. Ты согласен со мной, Энди?

— Разумеется. Готов поклясться, что он пуст.

— Что ж, — сказал Уайатт, — едем дальше. — Пришпоривая лошадь, он бросил взгляд на Уилла: — У тебя хороший глаз, Уилл.

Уилл пожал плечами.

— Мне бы хотелось спуститься и осмотреть сейф. У меня нехорошие предчувствия.

— Не волнуйся, в этом сейфе нет ни Рейчел, ни Розы.

Уилл испуганно посмотрел на Уайатта:

— Вы догадались, о чем я думал. Но откуда вы знаете?..

— Фостеру нужна Рейчел, — сказал Уайатт. — А Рейчел не допустила бы, чтобы Фостер сделал что-нибудь с Розой.

Когда Дэвис Стюарт вышел из вагона, Роза направилась к бухгалтеру и опустилась на диван рядом с ним. Она села так близко от него, что их колени соприкоснулись, когда поезд начал делать новый поворот.

Фостер заметил, что мистер Доувер смутился, но предоставил возможность ему самому выпутываться из ситуации.

— Зачем вы пошли на поезд вместе с Рейчел? — спросил Фостер Розу.

— Всю жизнь мечтала прокатиться с ветерком до Денвера.

Он не улыбнулся.

— А как вы познакомились с Рейчел?

— Я знакома со всеми жителями Рейдсвилла.

— Я понимаю, что вы хотите сказать. Но стали бы вы подвергать себя такой опасности ради кого-то другого?

— В Денвере живут замечательные люди.

Фостер обратился к Рейчел:

— Она, вероятно, считает, что мое терпение бесконечно. Может, ты объяснишь ей, что к чему?

— Я уже объясняла ей. Возможно, она не обратила внимания на мои слова, когда я сказала, что вы очень нетерпеливы.

— Я прекрасно слышала, что ты сказала, — проговорила Роза. — Я не знала, что у него нет еще и чувства юмора.

— Боюсь, у меня нет этого ни капли, — бросил Фостер.

Роза вздохнула и с жалостью посмотрела на Фостера Мэддокса.

— Какое несчастье. Чувство юмора — самая привлекательная черта у мужчины. Оно на втором место после размера его… счета в банке.

Рейчел с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться. Фостер бросил на Розу раздраженный взгляд.

— Если вы так считаете, — сказал он, — то вы явно недооцениваете характер сидящего перед вами человека и его… счет в банке. Рэндольф, я прав?

Мистер Доувер поднял голову и, глядя куда-то вдаль, кивнул.

— Если вы даже прижметесь к Доуверу, вам не удастся высечь из него ни искры, мисс Лароуз.

— Лароса.

— Прошу прощения. — Он провел указательным пальцем по верхней губе. — Я только хотел сказать, мисс Лароса, что ваши попытки соблазнить его обречены на неудачу. Рэндольф предан мне.

Рейчел перехватила взгляд мистера Доувера.

— Фостер прав? — спросила она. — Похоже, что прав. Вы отдали ему Адель Браунли без лишних слов. Вы даже не колебались?

— Я не понимаю, о чем вы говорите.

— Я говорю об Адели Браунли, — повторила Рейчел. — О той приятной молодой женщине, которая пела в «Серебряном слитке». Вы ведь пригласили ее на обед в «Коммодоре». Ваш интерес был искренним, или вы повиновались воле своего хозяина? Возможно, вы взяли на себя роль сводника?

Роза с силой хлопнула мистера Доувера по колену:

— Она говорит правду, Рэндольф? Вы передали мою девочку ему?

Мистер Доувер дернул головой и принял вид глубоко оскорбленного человека.

— Не нужно делать вид, что вы оскорблены, — сказала Роза. — Вы наняли Адель, а потом отказались защитить ее.

— Я не ожидал, что он накинется на нее с кулаками. — Мистер Доувер не сразу осознал, что произнес эти слова вслух. Чтобы как-то смягчить гнев своего хозяина, он быстро-быстро заговорил: — Никакого дурного замысла у меня не было. По крайней мере того, на который вы намекаете. Я просто пригласил ее на обед, и она согласилась. То, что случилось позже…

— Заткнись, Рэндольф, — мягко проговорил Фостер, потирая пальцами лоб. — С этим уже покончено. Оставим это. Тебе следовало бы знать…

Фостер не успел договорить. Его слова потонули в грохоте неожиданно раздавшегося взрыва. Он неуклюже поднялся, качнулся и ухватился руками за край стола. Казалось, его ноги стали ватными. Они сделались тяжелыми и отказывались ему служить.

Розу качнуло в сторону, и она прижала мистера Доувера к окну. Но быстро пришла в себя и раздвинула шторы.

— О Пресвятая Дева Мария! — прошептала она.

Фостер велел Рейчел оставаться на месте, но она проигнорировала его приказ и быстро подбежала к Розе. Она поставила колено на диван и выглянула в окно.

Огромная снежная лавина, сорвавшаяся с вершины горы, двигалась вниз с устрашающей быстротой. Она была похожа на большое белое облако, которое накрывало все деревья и каменные выступы на пути своего движения, увеличиваясь в размерах, увлекало за собой все новые и новые пласты снега, камни и вырванные с корнем сосны. Казалось, от этого взрыва качалась даже гора, теряя свои четкие очертания.

Фостер Мэддокс бросился к соседнему окну и быстро распахнул шторы. В его ушах стоял непрекращающийся грохот. И через мгновение, увидев огромный оползень, соскальзывающий с горы, Фостер понял, что именно схождение лавины является источником этого грохота. Когда включились тормоза и поезд замедлил ход, Фостер попытался схватиться за что-нибудь, чтобы не упасть. Он вцепился руками в спинку дивана, на котором сидели Роза и Доувер, и широко, как матрос на палубе, расставил ноги.