Шелк и сталь - Кэт Мартин

Майкл вернулся сегодня из Карлайл-Холла, где гостил несколько дней.

— Папа! Папа! — радостным голосом позвал мальчуган. Кэтрин вопросительно посмотрела на Люсьена.

— Я начал юридически оформлять усыновление мальчика, — смущенно пояснил он. — Через несколько недель он станет Майклом Бартоломью Монтейном.

Кэтрин с улыбкой посмотрела Люсьену в глаза, чувствуя необыкновенную нежность к нему. Впервые за все время она подумала о том, какую ошибку совершила, уехав от мужа. Этому человеку вполне можно было доверить свою жизнь и свое сердце.

Майкл вбежал в комнату и замер на месте, увидев Кэтрин.

— Это правда! Боже, Кэтрин, ты наконец вернулась домой!

В его больших голубых глазах блеснули слезы, и ни Люсьен, ни Кэтрин не стали поправлять его. Кэтрин опустилась на колени, раскрыла свои объятия, и малыш бросился к ней. Она крепко обняла его, чувствуя, что не в силах сдержать слез радости.

— Я скучала по тебе, Майкл. Очень скучала.

— Я тоже… миледи.

Он обхватил ее ручонками за шею и уткнулся лицом в плечо.

— Мы все скучали по тебе, особенно милорд.

Кэтрин погладила Майкла по голове, потом слегка отстранила от себя и посмотрела в его лицо:

— С этого дня… я хотела бы, чтобы ты называл меня мамой.

Лицо Майкла расплылось в улыбке.

— Ты хочешь быть моей мамой?

— Если ты не против.

— Нет, конечно. Значит, теперь у меня есть и мама и папа, как у всех детей.

Кэтрин поправила лацканы его курточки.

— Да, Майкл. И еще у тебя есть маленький братик. Его зовут Люк. Хочешь увидеть его?

Майкл с удивлением посмотрел на Кэтрин:

— У меня есть брат?

— Да.

— О, я очень хочу увидеть его! — обрадованно воскликнул Майкл.

Кэтрин посмотрела на Люсьена, и они оба улыбнулись. Боже! Неужели ей все это не снится!

Такое же чувство она испытала в тот день, когда пришла в маленький каменный коттедж и с удивлением обнаружила, что там было все приготовлено для нее. Через несколько недель, после того как она покинула замок, Люсьен восстановил ее лабораторию.

Теперь у нее есть дом, дети и возможность заниматься любимым делом. Чего еще желать в этой жизни!

Теплым весенним днем Кэтрин пришла в коттедж. Ярко светило солнце, но в доме было прохладно. В небольшую светлую комнату Люсьен снес все медицинские книги, которые были в его библиотеке, и теперь они большими стопками лежали на полу.

Увидев это, Кэтрин снова просияла от счастья. Напевая что-то себе под нос, она принялась поливать целебные растения, которые стояли в горшках на деревянных стеллажах под окном. Вдруг послышался скрежет отодвигаемой железной щеколды. Решив, что это пришел Люсьен, Кэтрин повернулась к двери, улыбаясь, и тут же испуганно вздрогнула. Перед ней стоял ее дядя — Дуглас Роут. По спине Кэтрин пробежал холодок.

— Дядя Дуглас! — удивленно воскликнула она. — Как ты сюда попал?

— Что тут удивительного, — злобно проговорил Дуглас. — Ты жила под одной крышей со мной много лет и должна бы знать, что я не прощаю того, кто идет против меня. Ты дважды поплатилась за свое упрямство, прежде чем поняла, что нельзя вставать у меня на пути.

Кэтрин вся напряглась. Как она могла забыть, каким образом обошелся с ней дядя и что ей пришлось пережить в Сент-Барте?

— Как вы узнали, что я здесь?

Закрыв за собой дверь, Дунстан прошел в комнату, осторожно обходя различные мензурки и пузырьки на столах. Привычным движением он поправил свой парик и продолжил:

— Найти тебя было не так уж трудно. Я наблюдал за замком в течение нескольких дней и случайно набрел на этот коттедж. Не было сомнений, что все эти растения и приборы принадлежат тебе, и оставалось только дождаться, когда ты явишься сюда. Я знал, что это случится скоро.

Кэтрин взволнованно облизнула пересохшие губы.

— Зачем вы пришли? Чего вы хотите?

Дунстан удивленно приподнял бровь:

— Чего я хочу? Разве ты не догадываешься? — Его губы растянулись в холодную безжалостную улыбку, которая так часто преследовала Кэтрин по ночам в Сент-Барте. — Я хочу, чтобы ты заплатила за мою разрушенную жизнь. — Дуглас угрожающе двинулся на Кэтрин. — Ты вынудила меня покинуть Милфорд-Парк. Ты погубила мою репутацию. Более того, ты пыталась убить меня. Что ж, твоя затея не удалась, но а я, уж будь уверена, не оплошаю.

Кэтрин охватил страх. Дуглас Роут пришел сюда, намереваясь убить ее. Она бросилась было к двери, но Дунстан решительно преградил ей путь.

— Я не пыталась убить вас, — произнесла Кэтрин, смело глядя ему в глаза. — Я желала вашей смерти, но не предпринимала никаких попыток. Если бы я решила покончить с вами, то сделала бы это наверняка.

— Ты всегда была наглой девчонкой, — гневно выпалил ей в лицо Дуглас. — Я почти верю тебе. Почти. Но даже если ты говоришь правду, я не изменю своих намерений. Ты разрушила мою жизнь и планы на будущее и заплатишь за это!

Кэтрин снова рванулась к двери, но дядя схватил ее за руку и откинул назад. Кэтрин больно ударилась обо что-то.

— У тебя ничего не выйдет! — злобно прошипел Дунстан и стал надвигаться на нее всем своим мощным телом.

— Помогите! Помогите мне, кто-нибудь! — испуганно закричала Кэтрин, но вряд ли кто-то мог ее услышать.

Дунстан со всей злости влепил ей пощечину так, что она едва устояла на ногах.

— Попробуй только еще раз закричать! — угрожающе произнес он. — Я не стану церемониться с тобой.

Кэтрин нисколько не сомневалась в этом. Помощи ей ждать было неоткуда. Кэтрин ударила дядю ногой по голени и снова рванулась к двери. Удар Дунстана настиг ее на полпути. Она рухнула на пол. Последнее, что Кэтрин помнила, была страшная боль в голове и дьявольский смех дяди.

Затем все погрузилось во тьму.

Люсьен возвращался с полей домой, пустив своего мерина легким галопом. День был в самом разгаре, но он решил вернуться. Смутное волнение терзало его душу. Кэтрин осталась одна в коттедже, и Люсьену вдруг захотелось проведать ее.

Въехав на вершину холма, он повернул лошадь в сторону маленького коттеджа Кэтрин. Дым, валивший из печной трубы, был слишком густым и обильным.

Сердце Люсьена тревожно забилось. Он пришпорил коня и, когда достиг подножия холма, увидел первые языки пламени, выбивавшиеся из-под крыши, и маленькую кобылу Кэтрин, которая беспокойно дергалась на привязи под навесом рядом с коттеджем.

Люсьен поскакал во весь опор. Вскоре он был уже перед коттеджем. Соскочив на землю, он опрометью бросился к тяжелой дубовой двери и, толкнув ее, ворвался внутрь. Пламя ударило ему в лицо.