Ангел для Лютого - Маргарита Светлова

— Извини, погорячилась, — вновь засыпая в чашку муку, решила повиниться.

— Всё нормально, я заслужил, — отмахнулся он, садясь на стул. — Мил, давай сегодня обойдёмся без выпечки?

— Я на пельмени тесто замешиваю, не заслужил ты плюшек сегодня.

— Фиг с этими плюшками, я век домашних пельменей не ел, — оживился он.

Зря.

— Вот сейчас вместе их и лепить будем, считай это нарядом по кухне за свою ложь, — ехидно отвечаю, с наслаждением наблюдая, как у него от этой новости округляются глаза.

— Мил, вот пельмени я лепить точно не умею, — попытался он соскочить. — Хочешь, я картошку месяц чистить буду?

— Ничего, я тебя научу. А теперь говори уж, почему скрыл от меня, что ты военный? И как это вообще возможно? Ты же бизнесмен, — замешивая тесто, приступила я к допросу.

— Одно другому не мешает. У меня же частная армия, — убил он меня ответом.

— Чт… что у тебя? — поперхнулась я воздухом.

— Это не совсем то, что ты представила. Я работаю на правительство, обучаю людей, занимаюсь разработкой операций, у меня есть люди, которые изобретают новые виды вооружения и экипировки для таких целей. Не переживай, всё законно. А бизнес — это задел на будущее, вдруг лавочку прикроют, всякое может быть.

— А почему частная армия?

— Ну, так я тут всё решаю, а не какой-то папочкин сынок, который в тактике нихрена не шарит, зато у него замашки Наполеона. Работа мне эта нравится, что уж душой кривить. Тут всё понятно, видно, кто друг, а кто враг. Нет полутонов. Да и фанатиков терпеть не могу, кто кричит, что верит в Бога, при этом убивая слабых и беззащитных людей.

— Ладно, это я понять могу, — согласилась с ним, так как понимаю его мотивы. — Но объясни, почему ты от меня это скрыл? — продолжая месить тесто, задаю вопрос, который меня больше всего интересовал.

— Дело в том, что, когда мы с тобой познакомились, я уже знал о твоих родителях. Только поэтому я включил второй пункт в договор и постоянно вёл с тобой по-свински. Думал, что это правильно и ты не будешь переживать, если…

— Замолчи! — перебила его. — Никаких если! Попробуй только не вернуться с задания, я тебя с того света достану!

— Мил…

— Лютов, не зли меня.

Со злостью принялась мять тесто.

— Значит, любишь, раз злишься.

— Конечно люблю! — начала я и тут же замерла. Почему я это сказала? Вырвалось, наверное. Точно, на автомате! Хотя…

— Неужели ты только что поняла, что любишь меня? — послышался ехидный голос Лютова.

— Можно сказать и так. И знаешь, очень неприятно открытие. — Взяла в руки пакет, чтобы положить туда тесто. — То, что тобой двигали благородные мотивы, я оценила. Но больше не нужно мне лгать, я этого не заслуживаю.

— Хорошо, больше этого не повторится. Но ты должна учесть, что я не обо всём могу рассказывать.

— Знаю и совать нос в твои дела не буду. А вот насчёт другого — знай, что я не потерплю больше лжи. Либо мы состроим наши отношения на доверии, либо…

— Договорились. А теперь иди ко мне, будем мириться.

— Да мы как-то и не ссорились. И не смей увиливать от наряда по кухне, вот как всё сделаем, тогда…

— Обещаешь? — И смотрит так лукаво при этом.

— Посмотрим, как ты отработаешь своё наказание. А пока тесто охлаждается, мы попьём чай с плюшками.

— О как! А как же «ты не заслужил»?

— Я не изверг, знаю, что ты у меня сластёна. Интересно, почему ты любишь, когда утром выпечкой пахнет? — Смотрю, после этого вопроса Егор резко перестал улыбаться. — Извини, наверное, я зря это спросила…