Краски для Мальвины - Ольга Мариш

Я позволила сделать с собой все необходимые манипуляции… Кроме гинекологического осмотра… Не могу. Не могу и не хочу. Никак.

Понимаю, что это неправильно и это надо сделать, но я не могу… Душь мне принять не дают, что раздражает, как бы я ни понимала для чего все это, чувствую себя настолько отвратительно-грязной, что уже хочется наплевать на все правила и условности.

Пытка продолжается и после осмотра. Допрашивать начали практически одновременно с тем, как вытолкали врачей за дверь.

В какой-то момент вошел ещё один мужчина. Двое, что сидели напротив меня, задавая вопросы, соскочил со своих мест и вытянулись по струнке.

— Дальше я сам. — только и сказал, как двое засобирались и откланялись.

— Всё заново, да? — спрашиваю, игнорируя необходимость здороваться.

Рассказывать, все равно, что переживать заново случившееся. Слишком свежо.

Смотрит с жалостью, но после моего вопроса хмурится, а уголки его рта слегка дергаются.

— Нет. Мы лишь продолжим. — говорит мягко, совсем не так, как до этого с мужчинами.

Мы общаемся довольно долго. Он спрашивает и фиксирует. Скурпулезно уточняя детали. Отвечает на мои вопросы, за что ему отдельное спасибо, объясняя и раскладывая по полочкам, заполняя пробелы…

— Всё? — спрашиваю с надеждой.

— Ещё один момент. — тяжело вздыхает. — Мне сообщили, что осмотр ты прошла не полностью. Могу я поинтересоваться, почему?

Давно ждала этого вопроса. Ждала и боялась.

— Не хочу. — отвечаю холодно.

— Послушай, я понимаю, что это не та тема, которую хочется обсуждать… — наклоняется чуть ниже, но сидит довольно далеко, поэтому не реагирую.

Трёт ладони и не торопится продолжать. Как и я.

— Ты понимаешь, что если с тобой сделали нечто…

— Понимаю. — отвечаю поспешно и слишком дергано, за что ругаю себя.

Он внимательно смотрит, убирает папку и откидывается на стуле.

— Мы с тобой оба понимаем, что это не просто так… — делает паузу. — Артур в курсе.

У меня дыхание перехватывает. Знает. Догадался, значит…

— Я понял, что огласки ты не хочешь. Предлагаю другой вариант. — с цепляет руки в замок. — Ты называешь мне имя и он ответит за это. Обещаю.

Довериться человеку, которого вижу впервые в жизни? Что и озвучиваю ему, собственно.

— Твоя правда. Но не списывай Арта со счетов. Он выяснит. Но при этом дров наломает… Он на допрос к брату Давлатовой рвется. Явно не для того, чтобы поздороваться и чай попить. — намекает на то, что Артур "в деле".

— Давид мне помог. Я же говорила, что он увёз меня… — оживилась, защищая.

— Ты думаешь, что Арта это интересует?

96. Артур

— Молчит.

Влад садится вместе со мной, устало потирая глаза.

— Допусти меня к допросам.

— И ты мне сейчас будешь обещать, что не придушишь их всех? Арт! Я на своём-то месте еле сдерживаюсь, а на твоём…

— Даже не рассуждай об этом…

Молчим. Каждый думает о своём.

— Её близким сообщили, они уже едут. — все, что он сказал, прежде чем оставить меня одного.

Хочется ворваться к ней в палату, стиснуть в объятиях и не отпускать. Вот только ей это не нужно сейчас… Знаю… Чувствую…

Осознание, что я бессилен зудит, как комар ночью над ухом.

Но что я могу, так это сделать так, чтобы все, кто ответственен за случившееся, получили по заслугам сполна.

***

— Ей нужно через это проходить?

— Нужно.

Долбаная процедура опознания.

— Не переживай, это не затянется надолго.

Хочет того Мальвина или нет, но я буду рядом настолько, насколько это вобще возможно. Поэтому стою у окна и наблюдаю за тем как остальные расставляют стулья и готовят помещение к процедуре.

Не совсем понимаю зачем мне присутствовать, ведь, в любом случае, прикаснуться или просто подойти к ней мне нельзя…

Небольшая, но просторная комната готова. Через несколько минут сюда заводят шестерых парней, среди которых есть Денис и Сава.

Отворачиваюсь, стискивая челюсти. Настучать бы по ебалу этим двоим…

Ещё чуть погодя в комнату заводят Яну…

На ней чёрный балахон, джинсы и кеды, волосы убраны в хвост и ни грамма косметики. Будто это и не она вовсе, а совершенно другая девушка. Как же больно видеть её такой.

Меня она замечает не сразу. Недолгий зрительный контакт… секунда, две и снова взгляд в пол.

Рядом с ней стоит её мама, теребя ручку кожаной коричневой сумки. Она коротко кивает мне в знак приветствия и отворачивается.

Яна обнимает себя руками, и это единственное, что выдаёт в ней нервозность.

В следующий раз она она поднимает взгляд на Дениса, для того, чтобы указать на него, а на второго сученыша она не смотрит, а просто тычет в него пальцем.

— Я прошу Вас посмотреть внимательней, Вы точно утверждаете, что эти люди напали на вас?

Слышу голос Влада, что стоит почтительно недалеко от Яны.

Ну, нахуя, Влад?

— Да… — отвечает поспешно и я слышу нервные нотки…

— Я, все же, прошу Вас ПОСМОТРЕТЬ внимательней. — с нажимом повторяет свою просьбу. — ПОСМОТРИТЕ. - в этот раз его тон становится, почти, приказным.

— Влад. — вмешиваюсь.

На что он мне не отвечает, лишь даёт знак указательным пальцем, заткнуться.

Перевожу взгляд с него на Яну. Её мама вся побелела, губы сжала…

Яна сделала несколько шумных вздохов, будто призывая все силы, что у неё есть и опять посмотрела на Дениса.

— Это точно он. — произнесла уверенно. — И он. — просто махнула рукой на Саву, упорно избегая смотреть в его сторону.

— Вы уверены? — теперь я понимаю, что Влад откровенно давит.

В два шага сокращаю расстояние между нами.

— Перестань. — шиплю так, что все слышат.

Но он лишь заморозил меня взглядом…

— Яна. — рявкнул так, что на меня паника нашла… — Нам важно, чтобы вы не ошиблись.

Поворачивается к одному из ребят.

— Уведите этого. — кивает на Дениса.

Она не дёргается от его голоса, но и не торопится выполнять просьбу, прозвучавшую, как приказ.

Влад повторяет свои требования и терпеливо ждёт, пока Дениса выводят.

Я на грани того, чтобы навалять не только этим ублюдкам, но и другу…

Мама Яны почти плачет, но возразить боится.

А сама Яна, неожиданно, закусывает не успевшую до конца зажить губу и резко вскидывает взгляд.

— Он. — уверенно и коротко кидает, но это все, на что хватает её сил, потому как у неё начинается неконтролируемый приступ паники и она отворачивается к стене, судорожно хватая ртом воздух.

— Яна! Яночка! Милая! — причитает её мама, пока кто-то протягивает ей стакан воды, но сама Яна его игнорирует