Воронья душа. Том 2 - Дарья Нестерук

После ужина, который прошел в полном молчании, Эванс провел торжественную церемонию сожжения останков своего дяди Саркаса, принца Эммерленда, а затем мы легли спать.

Проснувшись с первыми лучами раннего солнца, мы умылись, скудно позавтракали, собрали вещи и двинулись в путь. Быстроногая Фреда вновь понесла нас на своей спине. Понесла прямо в объятия Смерти.

Глава 37

POV Сильвия

Чем ближе мы подбирались к логову Третьего Стража, тем мрачнее и темнее становилось в моей душе. И меня охватывал все больший страх: за моего ребенка, за мою жизнь, за жизнь моих друзей. Слова королевы Эммерленда о том, что единственная косточка Алой Сливы обошлась ей смертью ее многих сильнейших магов, а также история Саркаса Валласа, который был повержен, а его защитный амулет разбит, все чаще возникали в моей голове, заставляя мою кожу покрываться мурашками. Мои друзья твердо заявили, что не оставят меня в этой битве, что мы обязательно победим это Чудовище вместе, но я вновь и вновь приходила к мысли, что без моей демонической магии, шансов на выживание у меня не было.

Кинжал Андрады… Да, полезная вещь, но что этот малыш сможет сделать против такой Темной Силы, как Третий Страж? Это будет то же самое, если я буду пытаться убить иголкой хищного волка! На что способен этот Страж? Владеет ли магией, как Эддер, или он так же физически силен и опасен, как гарпии? Чего нам ожидать? На этот вопрос ответа у меня не было, и в последнюю нашу остановку на отдых, я попросила друзей не следовать за мной и подошла к небольшой луже, которую нашла недалеко от нашей стоянки.

— Андрада! — повелительно сказала я, и через миг магичка уже смотрела на меня и даже улыбнулась мне.

— Рада вновь видеть Вас, Ваше Величество. С нашей последней беседы прошло два дня, и я… — начала было Андрада, но я решительно перебила ее вежливые приветствия.

— Он еще жив?

— Да, моя королева.

И вновь мои надежды потерпели крах.

— Мы почти у Третьего Стража. Мы остановились на ночевку в полудне от того места, которое обозначено на карте, как логово этого Монстра, — сказала я — Андрада, мне нужны мои силы. Без них я не только не справлюсь со Стражем, но и погибну сама. Погибнет и Эванс. Все мы погибнем. И тогда я не вернусь с ингредиентами, и Дерек умрет, — безжалостно напомнила я, давя на ее светлые чувства к моему мужу. В отличие от меня, она любила Дерека, и давить на это было легко. Когда она давила на мои чувства, мне было все равно, ведь к королю Калдвинда любви я не питала.

— Ваши силы, моя королева, подавлены Белым Талисманом, и я не могу ничего с этим поделать, — с сожалением в голосе, ответила Андрада.

— Уничтожь его, — прямо сказала я. — Если ты хочешь, чтобы твой король вернулся на трон, уничтожь Белый Талисман и верни мне силы, которые помогут мне убить Монстра.

— Но что, если ваши родители воспользуются этим? Что, если они вдруг почувствуют беззащитность Калдвинда и решатся на месть? — приподняла подбородок магичка. — Можете ли Вы дать слово, что король и королева Фламмехава не пойдут на нас войной?

— Их дочь сидит на троне Калдвинда. К чему им разрушать ее новые владения? — бросила я, однако в душе понимала, что Андрада была совершенно права: едва сила Талисмана ослабнет или исчезнет, мои родители ворвутся в королевство людей как шторм и уничтожат его своей яростной местью. Уничтожат всех: Альву, Вилью, леди Сульвай, Хедду… Дорогие мне люди не выживут в том ужасе, который могут принести с собой Ламар и Варма Росси.

— Вы сами знаете ответ на ваш вопрос, моя королева. И здесь, как придворная магичка, как положено моей должности, я ставлю безопасность королевства выше жизни его короля. Короновать нового короля намного легче, чем восстанавливать королевство, лежащее в руинах, — тихо сказала Андрада.

— Ты права. Так глупо с моей стороны было просить тебя об этом, — невольно усмехнулась я. — Но мне страшно… Мне страшно, Андрада! Я могу погибнуть, и тогда… Жизнь Дерека стоит слишком дорого! «Топор Мертвеца» использовать я не могу, а Эванса он не слушается! — горько прошептала я. — Но я обещала… Обещала Дереку, обещала его дочерям, что вернусь… Молись за меня своим богам, Андрада. Молись за меня и своего короля.

Андрада выглядела растерянной и даже тронутой до слез. Словно не зная, что сказать мне в ответ, она молча склонила голову, а я поспешила закрыть портал.

«И так, какие у меня шансы? Похоже, никаких, — мрачно подумала я, поднимаясь на ноги, но вдруг, откуда-то из глубин моей памяти возникли очертания чего-то странного, полного магии.

— Платья! — вырвалось у меня, и я бросилась к своим друзьям, чтобы поделиться с ними вдруг возникшей в моей голове полезной идеей.

— И ты молчала? Только взгляните на это! Единорог! — восторженно вскричала Астрид, когда я раскрыла свой мешок и вытащила из него платья, которые когда-то очень дорогу обошлись Дереку. — О, Сильвия! Ну и плутовка! С этими платьями мы прибьем Стража легко и быстро! Тебе ведь знакомы способности единорогов? — Она схватила платье, сотканное из волоса единорога, приложила его к себе и покружилась на месте.

— Конечно, они мне известны, — улыбнулась я, довольная тем, что смогла принести в сердца своих друзей надежду и хоть искру радости. Взглянув на Эванса, я улыбнулась еще шире: он не отрывал взгляда от своей возлюбленной, и его глаза горели таким восхищением, что будто озаряли сумерки, стоящие вокруг нас, лучами солнца.

— Единороги славятся своей скоростью и считаются самыми быстрыми существами в Ваккерланде, — вставил Эванс. — Но, как мы можем использовать эти платья для борьбы со Стражем, остается для меня загадкой.

— Тебе, мой дорогой, платье не нужно! Платья будут лишь для нас, дам! — Астрид подошла к Эвансу, потрепала его по щеке и весело продолжила: — Единороги — мои большие друзья! У меня даже был один! Мне пришлось переспать с уродливым толстяком, чтобы заполучить малыша-единорога, но товар стоил своей цены!

Эванс ничего не ответил, но по его лицу было видно, что ему было не так уж интересно слушать о том, с кем когда-то переспала его возлюбленная.

— У тебя есть единорог? — вступила в беседу Эддер, все это время безмолвно рассматривающая платье, сотканное из паутины арахнид.

— Был. Мне пришлось